Статья 1069. Ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Комментарий к Ст. 1069 ГК РФ

1. Статьи 1069 — 1071 ГК РФ образуют основу института возмещения вреда, причиненного действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, — института возмещения вреда, причиненного актами власти. Одно из наиболее значимых научных исследований этого института провел А.Л. Маковский <1>.

———————————
<1> См., например: Маковский А.Л. Гражданская ответственность государства за акты власти // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика. М., 1998. С. 67 — 112.

В комментируемой статье закреплены общие положения данного института, ст. 1070 устанавливает специальные положения для случаев причинения вреда незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а в ст. 1071 уточняется лишь порядок участия публичного субъекта в деликтном правоотношении.

2. На протяжении весьма длительного периода, начиная с 1917 г., в отечественном законодательстве отсутствовали какие бы то ни было основания для возмещения вреда, причиненного действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Так, не содержалось соответствующих норм в Конституции (Основном Законе) РСФСР 1918 г., Основном Законе (Конституции) СССР 1924 г., Конституции (Основном Законе) СССР 1936 г., Конституции (Основном Законе) РСФСР 1937 г. Не были закреплены положения о возмещении вреда, причиненного действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностными лицами, и в Гражданском кодексе РСФСР 1922 г.

С 1 мая 1962 г. были введены в действие Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик, ст. 89 которых предусматривала возможность возмещения вреда, причиненного неправильными служебными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, однако лишь в случаях, прямо предусмотренных законом. Аналогичные положения были закреплены в ст. 447 ГК РСФСР 1964 г.

18 мая 1981 г. был принят, а 24 июня 1981 г. утвержден Законом СССР Указ Президиума Верховного Совета СССР «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей» (далее — Указ о возмещении ущерба). В соответствии с этим Указом ущерб, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, подлежал возмещению государством в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Указ о возмещении ущерба опирался на ст. 58 Конституции СССР 1977 г., в соответствии с которой гражданам СССР предоставлялось право на возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей. Конституция СССР была введена в действие с 7 октября 1977 г. Аналогичная норма была закреплена в ст. 56 Конституции РСФСР, введенной в действие с 12 апреля 1978 г.

Соответствующие Указу о возмещении ущерба изменения были внесены в ст. 89 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 30 октября 1981 г., а в ст. 447 ГК РСФСР — Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 24 февраля 1987 г.

Однако особенностью Указа о возмещении ущерба явились специальные правила о его применении. В соответствии с п. 3 Указа право на возмещение ущерба получили граждане, в отношении которых незаконные действия были совершены после 1 июня 1981 г. Тем самым исключалась возможность возмещения вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц, имевшими место не только в 20-х, 30-х, 40-х, но и в 70-х гг. XX в.

Последующее гражданское законодательство хотя и закрепляло положения о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц, однако так же, как и Указ о возмещении ущерба, не придавало соответствующим нормам обратной силы.

Так, Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик, утвержденные 31 мая 1991 г. (применялись на территории Российской Федерации в силу Постановления Верховного Совета РФ от 14 июля 1992 г. «О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической реформы»), содержали нормы об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями государственных органов, но не предполагали их применения на прошлое время.

Введенный с 1 января 1995 г. Гражданский кодекс РФ (часть первая) содержит ст. 16, в соответствии с которой убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, подлежат возмещению. В то же время Федеральный закон от 30 ноября 1994 г. N 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» закрепляет общее положение о действии норм Кодекса во времени и не придает обратной силы его ст. 16.

Положения об ответственности за вред, причиненный актами власти, закреплены в части второй ГК РФ, которая была введена в действие с 1 марта 1996 г. Статья 12 Федерального закона от 26 января 1996 г. N 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» содержит специальное указание на то, что действие ст. ст. 1069 и 1070 Кодекса распространяется также на случаи, когда причинение вреда потерпевшему имело место до 1 марта 1996 г., но не ранее 1 марта 1993 г., и причиненный вред остался невозмещенным.

Таким образом, причинявшие вред деяния органов власти и их должностных лиц, имевшие место в период с 25 октября (7 ноября) 1917 по 1 июня 1981 г., никогда не рассматривались законодателем в качестве оснований для возмещения вреда.

Окончательное закрепление в современном законодательстве института возмещения вреда, причиненного актами власти, подчеркивает основной принцип участия государства в гражданских правоотношениях — участие на равных с иными субъектами началах <1>.

———————————
<1> Как отмечал А.И. Масляев, «включение Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований в число участников гражданских правоотношений означает обязательность соблюдения ими основных начал гражданского законодательства» (см.: Гражданское право. Часть первая: Учебник / Под ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. М., 1997. С. 107).

3. К условиям возмещения вреда в соответствии с комментируемой статьей следует отнести прежде всего наличие вреда (см. комментарий к ст. 1064 ГК). Вред может иметь как имущественный, так и неимущественный характер, т.е. на основании положений комментируемой статьи может быть взыскана также компенсация морального вреда <1>. Необходимым условием возникновения оснований для компенсации морального вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами, является нарушение личных неимущественных прав потерпевшего (ст. 151 ГК).

———————————
<1> Так, например, К.Б. Ярошенко считает, что вред необходимо рассматривать как единую категорию, включающую как имущественный, так и моральный вред (см.: Ярошенко К.Б. Понятие и состав вреда в деликтных обязательствах // Проблемы гражданского права: Сб. статей. М., 2000. С. 335 — 336).

Вторым условием возмещения вреда, причиненного актами власти, является причинно-следственная связь между действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов и наступившими вредоносными последствиями. Законодатель прямо указывает на то, что вред может быть причинен в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления.

Третье условие — противоправность деяния причинителя вреда — в комментируемой статье определено как «незаконные действия (бездействие)» государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов. Бремя доказывания правомерности деяния причинителя вреда лежит на ответчике.

И наконец, четвертым условием возмещения вреда, причиненного актами власти, является вина. Известный принцип «действия работников должника считаются действиями должника», отраженный в ст. ст. 402 и 1068 ГК РФ, применительно к случаям причинения вреда актами власти означает, что действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления есть действия или бездействие конкретных служащих или должностных лиц. В этом утверждении необходимо опираться на п. 2 ст. 124 ГК РФ, в соответствии с которым к публично-правовым образованиям применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов.

4. Одним из важнейших положений комментируемой статьи является определение субъекта в деликтном правоотношении — публично-правового образования, являющегося причинителем вреда. Указание на то, что вред возмещается за счет, соответственно, казны Российской Федерации, казны субъекта Федерации или казны муниципального образования, означает, что ответчиком в таких случаях должно выступать соответствующее публично-правовое образование. Этот вывод следует из ст. 124 ГК РФ, в соответствии с которой Российская Федерация, субъекты Федерации: республики, края, области, города федерального значения, автономная область, автономные округа, а также городские, сельские поселения и другие муниципальные образования выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений — гражданами и юридическими лицами.

Как отмечается в Постановлении Пленума ВАС РФ от 22 июня 2006 г. N 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации», рассматривая иски, предъявленные согласно ст. ст. 16, 1069 ГК РФ, судам необходимо иметь в виду, что должником в обязательстве по возмещению вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, также является публично-правовое образование, а не его органы либо должностные лица этих органов. Следовательно, при удовлетворении указанных исков в резолютивной части решения суда должно говориться о взыскании денежных средств из казны соответствующего публично-правового образования, а не с государственного или муниципального органа.

Понятие «казна» определено в ст. ст. 214 и 215 ГК РФ <1>. Государственная или муниципальная казна состоит из средств соответствующего бюджета и иного государственного или муниципального имущества, не закрепленного за государственными или муниципальными предприятиями и учреждениями. Вред, причиненный актами власти, возмещается за счет имущества, составляющего казну, в соответствии с положениями ст. 126 ГК РФ, отграничивающей ответственность публично-правового субъекта от ответственности созданных им юридических лиц. Учитывая положения ст. 126 ГК РФ, необходимо признать, что государство и муниципальные образования отвечают за причиненный ими вред не всей своей казной, а лишь той ее частью, которая не изъята из гражданского оборота («за исключением имущества, которое может находиться только в государственной или муниципальной собственности»). Кроме того, невозможно обратить взыскание по обязательствам публичных субъектов и на земельные участки и природные ресурсы, поскольку в соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 126 ГК РФ это возможно лишь в случаях, предусмотренных законом.

———————————
<1> Между тем в дореволюционном праве существовал подход, в соответствии с которым казна рассматривалась как государство, субъект прав (см.: Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2 ч. М., 1997. Ч. 1. С. 135).

Указанные особенности обращения взыскания на имущество публично-правовых образований понудили законодателя специально определить порядок исполнения судебных актов в таких случаях. Федеральным законом от 27 декабря 2005 г. N 197-ФЗ «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «Об исполнительном производстве» Бюджетный кодекс Российской Федерации (далее — БК РФ) был дополнен гл. 24.1 «Исполнение судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации». В соответствии со ст. 242.2 названной главы для исполнения судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц, в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, а также судебных актов по иным искам о взыскании денежных средств за счет казны Российской Федерации (за исключением судебных актов о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности главных распорядителей средств федерального бюджета), документы направляются для исполнения в Министерство финансов РФ. После этого исполнение судебных актов осуществляется в течение трех месяцев со дня поступления исполнительных документов за счет ассигнований, предусмотренных на эти цели законом (решением) о бюджете. При исполнении судебных актов в объемах, превышающих ассигнования, утвержденные законом (решением) о бюджете на эти цели, вносятся соответствующие изменения в сводную бюджетную роспись.

Для случаев, когда вред возмещается за счет казны субъекта Федерации или муниципального образования, БК РФ предусматривает аналогичные нормы.

Однако положения бюджетного законодательства не исключают применения норм ГК РФ об объеме ответственности публично-правового образования. Для участия в гражданских правоотношениях любому субъекту необходим такой признак, как имущественная обособленность или имущественная самостоятельность (ст. 2 ГК). Наличие отдельного имущества, обособленного от имущества иных лиц, — качество, необходимое для обеспечения стабильности и эффективности гражданского оборота. Очевидно, что реальная способность субъекта платить по своим обязательствам — наиболее привлекательная черта, выгодно отличающая его от других перед потенциальными контрагентами. Все сказанное может быть в известном смысле применено и к публичным субъектам гражданского права.

Поэтому справедливо утверждение ВАС РФ о том, что недопустимо ограничение источников взыскания с публично-правовых субъектов путем указания на взыскание только за счет средств бюджета, поскольку такое ограничение противоречит ст. ст. 126, 214, 215 ГК РФ. В данном случае действует общее правило об ответственности публично-правового образования всем принадлежащим ему на праве собственности имуществом, составляющим казну (см. п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2006 г. N 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации»).

После установления невозможности исполнения решения суда за счет средств бюджета в порядке, предусмотренном гл. 24.1 БК РФ, взыскатель вправе обратиться в службу судебных приставов, а судебный пристав-исполнитель вправе осуществить исполнительные действия по аресту и реализации принадлежащего публично-правовому образованию на праве собственности имущества, не закрепленного за созданными им юридическими лицами на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, на которое может быть обращено взыскание.

5. Иногда к комментируемому институту ошибочно причисляют положения законодательства о реабилитации жертв политических репрессий. Это неверно. Нормы Закона РФ от 18 октября 1991 г. N 1761-1 «О реабилитации жертв политических репрессий» (далее — Закон о реабилитации), определяющие правовые последствия реабилитации жертв политических репрессий, не могут быть отнесены к гражданско-правовому институту возмещения вреда, причиненного органами государственной власти и их должностными лицами. Во-первых, характер правовых последствий реабилитации жертв политических репрессий (в части возврата утраченного имущества или возмещения его стоимости ограниченный) имеет весьма существенные отличия от характера указанного института. Более того, взятые в целом эти последствия с возмещением вреда не совпадают по объему. Во-вторых, положения гражданского законодательства о возмещении вреда, причиненного органами государственной власти и их должностными лицами, носят императивный характер и не предполагают существования иных правил, установленных специальным законом. В-третьих, предусмотренные Законом о реабилитации правовые последствия распространяются на случаи, имевшие место в весьма отдаленном прошлом. Подобной обратной силы не имеют нормы действующего гражданского законодательства.

Не случайно законодатель при установлении порядка и последствий реабилитации жертв политических репрессий создал специальное законодательство, наличие которого позволяет обойти запрет на имущественные взыскания с государства за деяния органов государственной власти или их должностных лиц, совершенные до 1 июня 1981 г., и в какой-то степени защитить нарушенные субъективные права жертв политических репрессий.

Аналогичное соотношение между названными институтами установил и Конституционный Суд РФ в своем Определении от 21 декабря 2004 г. N 432-О, в соответствии с которым действием Закона о реабилитации не может «ограничиваться или исключаться применение общих норм действующего законодательства, в том числе гражданского права, касающихся защиты права собственности, возмещения причиненного вреда и т.д., которые должны применяться судами в случаях, когда гражданин, в том числе имеющий право на реабилитацию, обращается за защитой своих прав в судебном порядке на основе общегражданских норм». Справедливости ради, однако, надо заметить, что из приведенной позиции Конституционного Суда в сущности не следует, что суммы вреда, причиненного репрессиями, подлежат взысканию в полном объеме в пользу потерпевших. Если лицо, которому в соответствии с положениями Закона о реабилитации выдан документ о реабилитации, потребует в судебном порядке полного возмещения причиненного вреда, ссылаясь на положения действующего Гражданского кодекса РФ, то в удовлетворении такого требования ему должно быть отказано со ссылкой на ст. 12 Федерального закона «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации». Следовательно, обоснование требований жертв политических репрессий нормами действующего гражданского законодательства (о чем упоминается в ряде определений Конституционного Суда) возможно лишь при виндикации утраченного этими гражданами имущества, обнаруженного у третьих лиц (разумеется, при соблюдении условий предъявления и удовлетворения виндикационного иска, а также с учетом истечения давностных сроков). Вероятность удовлетворения таких требований крайне мала.