Статья 930. Страхование имущества

1. Имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

2. Договор страхования имущества, заключенный при отсутствии у страхователя или выгодоприобретателя интереса в сохранении застрахованного имущества, недействителен.

3. Договор страхования имущества в пользу выгодоприобретателя может быть заключен без указания имени или наименования выгодоприобретателя (страхование «за счет кого следует»).

При заключении такого договора страхователю выдается страховой полис на предъявителя. При осуществлении страхователем или выгодоприобретателем прав по такому договору необходимо представление этого полиса страховщику.

Комментарий к Ст. 930 ГК РФ

1. В комментируемой статье установлены основные правила, касающиеся договора страхования имущества. Содержащаяся в п. 2 ст. 929 ГК РФ отсылка к комментируемой статье свидетельствует, что указанный договор является разновидностью договора имущественного страхования. Соответственно, он подпадает под общее определение указанного договора по п. 1 ст. 929 ГК РФ. Из этого усматривается смысл данного договора с позиции страхователя (выгодоприобретателя) — при наступлении страхового случая получить в оговоренных договором пределах возмещение причиненных вследствие этого случая убытков в застрахованном имуществе.

Имуществом, которое может быть застраховано по договору страхования имущества, выступают прежде всего вещи. Отнесение к такому имуществу иных объектов гражданских прав, составляющих понятие имущества с точки зрения ст. 128 ГК РФ (деньги и др.), весьма спорно. Однако стоит согласиться с тем утверждением, что допустимо страхование таких видов имущества, которые в принципе (исходя из их природы) могут быть уничтожены, похищены или повреждены <1>, например животных <2>.

———————————
<1> См. п. 1 комментария к ст. 930 ГК РФ в кн.: Абрамова Е.Н., Аверченко Н.Н., Арсланов К.М. и др. Комментарии к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая: Учебно-практический комментарий / Под ред. А.П. Сергеева. М.: Проспект, 2010 // СПС «Гарант» (автор комментария к гл. 48 — В.В. Грачев). Здесь в качестве примера такого имущества названы программы для ЭВМ.

<2> См., например, Постановление ФАС Поволжского округа от 28 июля 2010 г. по делу N А06-6459/2009 // СПС «Гарант».

2. В п. 1 комментируемой статьи определено лицо, в пользу которого заключается договор страхования имущества. Подобный договор заключается либо в пользу самого страхователя, либо в пользу иного лица — выгодоприобретателя. В любом случае указанное лицо должно иметь интерес в сохранении этого имущества. Речь идет об интересе, который (1) является имущественным, (2) должен отвечать требованиям ст. 928 ГК РФ, т.е. не должен относиться к числу тех интересов, страхование которых в силу закона не допускается. Вместе с тем с точки зрения сложившейся судебно-арбитражной практики интерес собственника в сохранении имущества не может считаться противоправным исключительно на основании того, что застрахованное имущество в момент заключения договора страхования находилось на территории России с нарушением таможенных правил (п. 5 Обзора практики по страхованию). Думается, что этот вывод имеет и более общее значение — он должен касаться всех ситуаций, когда собственник (иной законный владелец) допускает в отношении застрахованного имущества нарушение установленных публичным правом предписаний.

Названный интерес следует понимать с учетом п. 2 ст. 929 ГК РФ, а также с учетом разъяснения, данного на примере интереса ссудополучателя в п. 4 Обзора практики по страхованию. Таким образом, рассматриваемый интерес представляет собой потребность лица в сохранении (сбережении) непосредственно для себя определенного (конкретно установленного) имущества от утраты (гибели), недостачи или повреждения. К подобным негативным имущественным последствиям могут привести различные обстоятельства, например хищение застрахованного груза путем разбойного нападения <1>.

———————————
<1> Пункт 6 Обзора ФАС Северо-Кавказского округа от 3 декабря 2010 г. «Обобщение практики рассмотрения споров по страхованию и хранению» // СПС «Гарант».

Согласно п. 1 комментируемой статьи означенный имущественный интерес должен основываться на законе, ином правовом акте (указе Президента РФ или постановлении Правительства РФ — см. п. 6 ст. 3 ГК) или на договоре. С учетом отмеченного договор страхования имущества может быть заключен прежде всего в пользу собственника имущества. Причем, как отмечено в п. 3 Обзора практики по страхованию, интерес в сохранении имущества имеется у его собственника и тогда, когда обязанность нести расходы по замене утраченного или восстановлению поврежденного имущества возлагается на другое лицо. Также такой договор может быть совершен в пользу ссудополучателя по договору ссуды (п. 4 Обзора практики по страхованию), арендатора <1>, заказчика или подрядчика по договору строительного подряда (ст. 742 ГК) и пр.

———————————
<1> Однако статус арендатора как страхователя или выгодоприобретателя, т.е. наличие или отсутствие у него страхового интереса, зависит от содержания договора аренды. Соответственно, если из этого содержания страховой интерес не усматривается, то нет оснований и для страховой выплаты. См., например, Постановление ФАС Северо-Западного округа от 22 сентября 2010 г. по делу N А56-49204/2008 // СПС «Гарант».

3. Правило п. 1 комментируемой статьи о необходимости наличия у лица, в пользу которого заключен договор страхования, особого интереса подкрепляется содержанием п. 2 этой же статьи. Здесь установлено правовое последствие совершения договора страхования имущества при отсутствии у страхователя или выгодоприобретателя интереса в сохранении застрахованного имущества. Данный договор считается недействительным. В таком случае к этому договору применяется положение ст. 168 ГК РФ — сделка является ничтожной как не соответствующая закону <1>. Если же между сторонами возникает спор о действительности договора страхования имущества в связи с отсутствием интереса у лица, в пользу которого заключен договор, обязанность доказывать отсутствие интереса лежит на лице, предъявившем соответствующее требование о признании договора недействительным (п. 2 Обзора практики по страхованию).

———————————

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (учебно-практический). Части первая, вторая, третья, четвертая (под ред. С.А. Степанова) включен в информационный банк согласно публикации — Проспект, Институт частного права, 2009 (2-е издание, переработанное и дополненное).

<1> В юридической литературе в отношении этой ничтожности считается дискуссионным следующий вопрос: имеет ли место ничтожность уже в момент заключения договора страхования имущества при отсутствии названного интереса, что отвечает буквальному смыслу п. 2 комментируемой статьи, или же данная норма подлежит ограничительному толкованию — на момент наступления страхового случая страховой интерес был, значит, договор действителен и подлежит исполнению? Об этом см. п. 4 комментария к ст. 930 ГК РФ в кн.: Комментарии к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая: Учебно-практический комментарий / Под ред. А.П. Сергеева; п. 2 комментария к ст. 930 ГК РФ в кн.: Алексеев С.С., Васильев А.С., Голофаев В.В., Гонгало Б.М. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (учебно-практический). Части первая, вторая, третья, четвертая / Под ред. С.А. Степанова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект; Екатеринбург: Институт частного права, 2010. Конечно, здесь остается открытым вопрос о том, почему подобное ограничительное толкование нужно связывать именно с моментом наступления страхового случая, а не, скажем, с моментом осуществления страховой выплаты. Представляется, что в любом случае такое ограничительное толкование необходимо применять при страховании «за счет кого следует» (п. 3 комментируемой статьи).

В судебно-арбитражной практике рассмотренное правило п. 2 комментируемой статьи применяется, например, тогда, когда у страхователя или выгодоприобретателя нет права собственности на застрахованное имущество <1>.

———————————
<1> См., например, п. 15 Обзора ФАС Северо-Кавказского округа от 3 декабря 2010 г.

4. В п. 3 комментируемой статьи определены специальные правила об одной из разновидностей договора страхования имущества. Согласно данной норме производится так называемое страхование «за счет кого следует». В этом случае договор страхования имущества (1) совершается в пользу выгодоприобретателя, (2) заключается без указания имени (ст. 19 ГК) или наименования (ст. 54 ГК) выгодоприобретателя, (3) оформляется путем выдачи страхователю страхового полиса на предъявителя. Причем значение этого документа не только удостоверительное (подтверждает факт заключения договора страхования). Наряду с этим страховой полис на предъявителя необходим на стадии осуществления прав, следующих из договора страхования: при осуществлении данных прав страхователем или выгодоприобретателем он должен предъявляться страховщику. Такое предъявление не является единственной удостоверительной процедурой. В целях осуществления своих прав (получения страхового возмещения) страхователь или выгодоприобретатель должны традиционно подтвердить и факт наступления страхового случая, и факт наличия соответствующего страхового интереса (статус собственника и пр.).

5. Одним из спорных вопросов в области имущественного страхования, в том числе и страхования имущества физических лиц (непредпринимателей), является вопрос о применении к этим отношениям Закона о защите прав потребителей. Учитывая, что слабой стороной в страховых отношениях выступает, как принято считать, страхователь, одной из главнейших задач законодателя в области правового регулирования названных отношений, а также в рамках правоприменительной практики по страховым делам являются, соответственно, организация и реальное осуществление повышенной правовой защиты именно страхователя. Тем не менее в последнее время совершенно очевидной тенденцией стало снижение уровня указанной защиты для ситуаций, когда в роли страхователей выступают обычные физические лица (не индивидуальные предприниматели).

Такая тенденция в значительной степени обусловлена позицией Верховного Суда РФ в вопросе о том, применяется ли Закон о защите прав потребителей к правоотношениям, вытекающим из договоров имущественного страхования <1>. Ее суть сводится к тому, что названный Закон регламентирует отношения, связанные с защитой прав потребителей товаров, работ и услуг, а в случае с имущественным страхованием страхователь (физическое лицо) не является указанным субъектом (потребителем услуг). Это, в свою очередь, обусловлено тем, что, очевидно, по мнению Верховного Суда РФ, имущественное страхование не относится к услугам. По крайней мере напрашивается такой вывод. Получается, что в правоотношениях по имущественному страхованию нет оказания услуг, отсюда — нет такого субъекта, как потребитель услуг, а следовательно, нет и применения Закона о защите прав потребителей.

———————————
<1> См. вопрос 2 и ответ на него в разделе «Ответы на вопросы» Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за I квартал 2008 г., утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 28 мая 2008 г. // СПС «Гарант». По сведениям СПС «Гарант», данный акт официально не опубликован.

Думается, что подобная позиция не должна быть взята за основу существующей судебной практики по спорам между страхователями (физическими лицами) и страховыми организациями. Это подтверждается следующими аргументами.

Во-первых, сначала ответим на вопрос: является ли имущественное страхование областью оказания услуг? Общее определение услуги в ГК РФ, как известно, содержится в п. 1 ст. 779: это совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности. Хотя формально сфера действия нормы, содержащей данное определение, ограничена, о чем свидетельствует содержание п. 2 ст. 779 ГК РФ, представляется, что указанная дефиниция в силу ее универсального характера может быть использована для определения практически всех услуг — подпадающих и не подпадающих под действие договора возмездного оказания услуг, т.е. под действие правила гл. 39 ГК РФ о возмездном оказании услуг.

Соответственно, встает вопрос: можно ли считать имущественным страхованием совершение страховщиком определенных действий или осуществление определенной деятельности? Представляется, что на данный вопрос нужно дать положительный ответ. Действительно, предоставляя в рамках имущественного страхования страховую защиту, страховщик выполняет в пользу страхователей конкретные действия: формирует и в установленных пределах управляет специальными денежными фондами, принимает на себя на определенное договором страхования время имущественные риски страхователя (имущественную ответственность перед другими лицами либо возникновение убытков), при наступлении страхового случая осуществляет в рамках специальной юридической процедуры выплату страхового возмещения. Таким образом, имущественное страхование нужно оценивать в качестве деятельности по организации и осуществлению страховой защиты страхователя от указанных имущественных рисков. Другими словами, имущественное страхование есть страховая услуга. А если это услуга, то физическое лицо, которому она оказывается, нужно именовать потребителем услуги. Поэтому в том случае, если физическое лицо обладает всеми правовыми признаками потребителя, указанными в преамбуле Закона о защите прав потребителей (данное лицо заказывает конкретную услугу для непредпринимательских нужд и др.), нужно распространять на отношения с его участием действие названного Закона.

Характеристика страхования как особой сферы оказания услуг находит свое подтверждение в действующем законодательстве. При этом в ряде нормативных правовых актов прямо использован термин «страховая услуга». Приведем несколько примеров: в ст. 28 Федерального закона от 13 марта 2006 г. N 38-ФЗ «О рекламе» <1> устанавливаются специальные требования к рекламе финансовых услуг, в числе которых названы и страховые услуги. В ст. 4 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ «О защите конкуренции» <2> сформулирован аналогичный подход: страховая услуга отнесена к разряду финансовых услуг.

———————————
<1> Собрание законодательства РФ. 2006. N 12. Ст. 1232.

<2> Собрание законодательства РФ. 2006. N 31 (ч. I). Ст. 3434.

В центральном акте отечественного законодательства о налогах и сборах — Налоговом кодексе — законодатель исходит из представления о страховании как о деятельности в области оказания услуг. В соответствии с п. 3 статьи 149 НК РФ не подлежит обложению налогом на добавленную стоимость (освобождается от налогообложения) на территории РФ оказание услуг по страхованию, сострахованию и перестрахованию страховыми организациями, а также оказание услуг по негосударственному пенсионному обеспечению негосударственными пенсионными фондами.

Аналогичный подход к страхованию как особого рода услугам имеет место и в ряде федеральных подзаконных актов. Так, например, отмеченный подход, формально выраженный в использовании термина «страховая услуга», применен в Концепции развития страхования в Российской Федерации, одобренной распоряжением Правительства РФ от 25 сентября 2002 г. N 1361-р <1>, в п. 2.4 Общих требований к бизнес-инкубатору и порядку предоставления помещений и оказанию услуг субъектам малого предпринимательства в бизнес-инкубаторе <2>.

———————————
<1> Собрание законодательства РФ. 2002. N 39. Ст. 3852.

<2> Приложение N 5 к Приказу Минэкономразвития России от 25 апреля 2008 г. N 119 «О мерах по реализации в 2008 году мероприятий по государственной поддержке малого предпринимательства» // СПС «Гарант».

Кроме актов российского законодательства использование термина «страховая услуга» можно встретить в отдельных международно-правовых актах. Например, в п. 69 Международной стратегии развития на третье десятилетие развития Организации Объединенных Наций, принятой Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 5 декабря 1980 г. N 35/56 <1>, в ряде двусторонних соглашений, подписанных Россией <2>.

———————————
<1> СПС «Гарант».

<2> См., например: Договор между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой о долгосрочном экономическом сотрудничестве на период до 2010 года (Москва, 25 января 2002 г.) // Бюллетень международных договоров. 2004. N 1; Договор между Российской Федерацией и Республикой Армения о долгосрочном экономическом сотрудничестве на период до 2010 года (Ереван, 15 сентября 2001 г.) // Бюллетень международных договоров. 2005. N 10.

Наряду с действующим отечественным законодательством, международно-правовыми актами и в нашей судебной практике также часто исходят из понимания сферы страхования как специальной области оказания услуг. По существу, знак равенства между имущественным страхованием и услугами поставлен в п. 3.3 Постановления Конституционного Суда РФ от 31 мая 2005 г. N 6-П «По делу о проверке конституционности Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в связи с запросами Государственного Собрания — Эл Курултай Республики Алтай, Волгоградской областной Думы, группы депутатов Государственной Думы и жалобой гражданина С.Н. Шевцова» <1>, в котором указано: «Исходя из того что договор обязательного страхования гражданской ответственности является институтом частного права, а участниками страхового правоотношения — независимые, имущественно самостоятельные, равноправные субъекты, страховая премия, представляющая собой плату за оказание страховщиком — организацией, занимающейся предпринимательской деятельностью, услуги (страхование), т.е. эквивалентную, возмездно-индивидуальную цену договора, имеет, вопреки мнению заявителей, гражданско-правовую, а не налоговую природу».

———————————
<1> Вестник Конституционного Суда РФ. 2005. N 4.

Не только в практике Конституционного Суда РФ, но и в соответствующей судебно-арбитражной практике употребляется (и довольно часто) термин «страховая услуга» <1>. Вместе с тем в опубликованных материалах практики судов общей юрисдикции использование данного термина не обнаруживается.

———————————
<1> См., например, Постановления: ФАС Северо-Кавказского округа от 21 февраля 2008 г. N Ф08-520/08, ФАС Центрального округа от 3 июля 2008 г. N А64-5709/07-8 // СПС «Гарант».

Исследуемая категория «страховая услуга», кроме различных нормативных правовых актов разной отраслевой принадлежности и судебной практики, используется в научной и практической литературе, в том числе в той, которая представлена в СПС «Гарант» <1>. Например, профессор Л.В. Санникова отмечает, что с экономических позиций страховая деятельность причисляется к отношениям по оказанию услуг, в связи с чем в действующем законодательстве о страховании используется термин «страховые услуги». Однако, по ее мнению, поскольку объектом страхового обязательства господствующая доктрина признает страховой интерес, а не услуги, то нет оснований относить страховое обязательство к обязательствам по оказанию услуг <2>.

———————————
<1> См., например: Майфат А.В. Гражданско-правовые конструкции инвестирования. М.: Волтерс Клувер, 2006; Комментарий (постатейный) к главам 21 «Налог на добавленную стоимость» и 22 «Акцизы» Налогового кодекса Российской Федерации / Под ред. Н.С. Чамкиной. М.: ООО «Статус-Кво 97″, 2007; Шишкин С.Н. Государственное регулирование экономики: предпринимательско-правовой аспект. М.: Волтерс Клувер, 2007; и др.

<2> Санникова Л.В. Услуги в гражданском праве России. М.: Волтерс Клувер, 2006.

Думается, что указанная позиция нуждается в некотором уточнении. Действительно, страховой интерес ярко выражен в страховом обязательстве, с помощью которого данный интерес, собственно говоря, и удовлетворяется. Тем не менее непосредственным объектом страхового обязательства выступает не сам интерес. Полагаем, что страховое правоотношение, возникающее из договора имущественного страхования, имеет организационный характер. Его объектом выступает юридическая процедура получения (выплаты) денежных средств. Юридическая процедура, в свою очередь, в традиционном ее понимании представляет установленную правом последовательность определенных действий. Для страхования это действия по организации страховой защиты и выплате, в соответствующих случаях, в рамках установленной процедуры страхового возмещения. Таким образом, следует исходить из того, что в рамках страхового обязательства страховщик оказывает страхователю услуги особого рода — страховые услуги.

Все изложенное позволяет сформулировать два вывода: 1) на поставленный выше вопрос нужно дать положительный ответ: да, имущественное страхование является областью оказания услуг; 2) страховая услуга с терминологических позиций представляет собой межотраслевую правовую категорию, используемую не только в области действия гражданского права, но и в других правовых областях, в частности в законодательстве о налогах и сборах. Конечно, основа представления о страховых услугах, несомненно, гражданско-правовая. Это обстоятельство подтверждает тезис о межотраслевом значении ряда гражданско-правовых терминов (например, «предпринимательская деятельность», «юридическое лицо» и др.).

Во-вторых, нужно дать оценку возможным правовым последствиям реализации рассматриваемой позиции Верховного Суда РФ в отношении имущественного страхования. Одним из таких последствий является распространение анализируемого подхода на область страхования в целом, т.е. не только на имущественное, но и на личное страхование. Другим последствием выступает изменение судебной практики.

В-третьих, приведенная позиция Верховного Суда РФ выступила в качестве нового направления судебной практики судов общей юрисдикции. Причем в данном случае судебная практика меняется не в пользу страхователей — физических лиц, что характеризует ее известную нестабильность. До появления такой позиции судебная практика в области защиты прав потребителей-страхователей формировалась в основном с учетом разъяснений, данных федеральным антимонопольным органом в 1996 г. <1>. Суть этих разъяснений сводится к тому, что к страховым отношениям законодательство о защите прав потребителей применяется, но ограниченно. В частности, к ним не применяется гл. 3 Закона о защите прав потребителей, где содержится известное правило о взыскании 3% неустойки. Иными словами, данная неустойка неприменима к отношениям из договора страхования.

———————————
<1> См. п. 14 разъяснений ГКАП РФ по отдельным вопросам применения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» в редакции Федерального закона от 9 января 1996 года // СПС «Гарант». По сведениям СПС «Гарант», данный акт официально не опубликован. Согласно действующей в период принятия указанного акта редакции ст. 40 Закона о защите прав потребителей указанный орган был вправе давать официальные разъяснения по вопросам применения законов и иных правовых актов РФ, регулирующих отношения в области защиты прав потребителей. Вместе с тем правовая природа данных и иных подобных разъяснений, механизм их применения в судебной практике до конца неясны.

Представляется верным сохранить отмеченную прежнюю судебную практику по спорам между страховыми организациями и физическими лицами — страхователями, поскольку в ней был заложен сбалансированный подход к соблюдению интересов страхователей и страховщиков, а также к соблюдению довольно жестких (императивных) предписаний законодательства о защите прав потребителей и законодательства о страховании. Полагаем, что будет правильно, если вопрос о применении законодательства о защите прав потребителей к отношениям по страхованию, а также к иным спорным ситуациям будет решен на уровне федерального закона.