Судья Кузовкова И.С.
Докладчик Кузнецова Н.Е. Дело № 33 – 8371/2019 г.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:
председательствующего Быковой И.В.,
судей Кузнецовой Н.Е., Хабаровой Т.А.
при секретаре Башкирцевой В.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 22 августа 2019 года дело по апелляционной жалобе Шакуриной Е. И. на решение Кировского районного суда города Новосибирска от 24 мая 2019 года, которым оставлены без удовлетворения исковые требования Шакуриной Елены Игоревны к Бердниковой Людмиле Николаевне о признании завещания недействительным.
Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Кузнецовой Н.Е. объяснения Шакуриной Е.И. и ее представителя —Шакурина С.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителей ответчика Бердниковой Л.Н.— Щелкина А.А. и Куренных В.А., возражавших против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Шакурина Е.И. обратилась в суд с уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ иском к Бердниковой Л.Н. о признании завещания недействительным.
В обоснование заявленных исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ умерла бабушка истца — <,данные изъяты>,, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
Истица является наследником по закону в порядке правопреемства после смерти <,данные изъяты>, — отца истицы. Других наследников по закону не имеется.
12.05.2008 нотариусом было удостоверено завещание, которым Игнатова Г.И. завещала ответчику Бердниковой Л.Н. свою квартиру. Однако, истица полагает, что данную сделку, Игнатова Г.И. совершала не понимая значение свих действий, соответствующее волеизъявление распоряжения имуществом на случай смерти отсутствуют.
В течение долгих лет наследодатель страдала психическим расстройством в форме сосудистой деменции, заболеваниями сосудов головного мозга, сердце принимала сильнодействующие препараты с побочными действиями, чт подтверждается медицинскими документами.
На основании изложенного истец просила признать недействительным завещание <,данные изъяты>,, умершей ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом Зайковой Л.А. в пользу Бердниковой Л.Н.
Судом постановлено вышеуказанное решение, с которым не согласилась Шакурина Е.И.
В апелляционной жалобе изложена просьба решение суда отменить, назначить по делу повторную (дополнительную) экспертизу.
В жалобе апеллянт оспаривает заключение проведенной по делу судебной экспертизы.
Полагает, что при проведении посмертной судебно-психиатрической экспертизы №254/19 от 29.04.2019г был нарушен ФЗ №73 ст.25 приказ 401 М3 РФ а именно:П.1.2, П.1.7, П.1.11, П.1.13, П.2.2.2, П.2.2,5, П.2.2.6, П.3.8.
По мнению апеллянта, заключение судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 29.04.2019г № 254/19 носит формальный характер и не может считаться научно обоснованным, полным всесторонним и тщательным. Ответы на поставленные вопросы не являются исчерпывающими и верными, выводы экспертов вызывают сомнения в их объективности и правильности.
Указывает, что при проведении исследования экспертами не было учтено психическое расстройство Игнатовой Г.И. с учетом имеющихся у нее тяжелых заболеваний и их последствий, не раскрыты, не изучены и не исследованы последствия имевшихся у Игнатовой Г.И. заболеваний и их последствия на момент составления и подписания завещания, не раскрыт, не описан и не исследован основной диагноз F 02.8, также экспертами не было учтено и то, что у Игнатовой Г.И. были постоянные жалобы на головные боли, головокружения, утомляемость и снижение памяти на текущие события. Кроме того, экспертами был проигнорирован факт регулярного приема препаратов бензодиазепинового ряда (нитрозепам) в юридически значимый период, неправильно сделан вывод о том, что Игнатова Г.И. в юридически значимый период времени могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Апеллянт полагает, что имеются основания для назначения по делу повторной экспертизы.
Также в жалобе апеллянт ставит под сомнение подлинность представленных копий дипломов и сертификатов членов судебно-психиатрической комиссии эксперты Корниенко и Гончаренко.
Ссылается на то, что суд отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания в связи с необходимостью провести рецензию на посмертную судебнопсихиатрическую экспертизу.
В дополнительной жалобе апеллянт также указывает на свое несогласие с заключением судебнопсихиатрической экспертизы.
Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со ст.327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии со ст.1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.
Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.
В силу п.1 ст.1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.
В силу ч.1 ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые интересы нарушены в результате ее совершения.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 12.05.2008 Игнатова Г. И. завещала все свое имущество, в том числе, принадлежащую ей <,адрес>, в <,адрес>,Бердниковой Л. Н..
Завещание удостоверено нотариусом нотариального округа г Новосибирска Зайковой Л.А., зарегистрировано в реестре за № 4449 (л.д.138).
Согласно справки от 12.05.2008 года, выданной врачом ОГБУЗ «Новосибирская областная психиатрическая больница №6» Игнатова Г.И. прошла добровольное психиатрическое освидетельствование, на момент освидетельствования способна адекватно оценивать происходящее и может принимать участие в совершении имущественных и иных сделок ь осознавать их последствия (л.д.99 оборот).
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)
ДД.ММ.ГГГГ<,данные изъяты>, умерла, что подтверждается свидетельством с смерти от 01.08.2018 (л.д. 10).
В состав наследственного имущества, оставшегося после смерти Игнатовой Г.И. входит <,адрес>,, принадлежащая наследодателю на праве собственности (л.д.68).
ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариальной палаты г. Новосибирска Титовой И.Л открыто наследственное дело N № к имуществу Игнатовой Г.И.
Из материалов наследственного дела следует, что с заявлением о принятии наследства по завещанию в установленный законом 6-месячный срок обратилась Бердникова J1.H. (л.д.62).
Истец Шакурина Е.И. также в течение 6-месячного срока со дня смерти наследодателя обратилась к нотариусу г. Новосибирска Титовой И.Л. с заявлением о принятии наследства по закону (л.д.61).
Согласно копии свидетельства о рождении от ДД.ММ.ГГГГ следует, что <,данные изъяты>, родилась ДД.ММ.ГГГГ, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись №. Родители <,данные изъяты>,, мать <,данные изъяты>, (л.д.66).
Из копии свидетельства о заключении брака от 0-ДД.ММ.ГГГГ следует, что Шакурин С.А. и Игнатова Е.И. заключили брак ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлена запись акта о заключении брака №. После заключения брака присвоены фамилии: мужу Шакурин, жене — Шакурина ( л.д.67).
Из копии свидетельства о рождении серии №№ от ДД.ММ.ГГГГ следует, что Игнатов И. родился ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о рождении №. Родители — отец Игнатов С. А., мать Игнатова Г. И. (л.д.64).
Из копии свидетельства о смерти серии 11-ЕТ № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что Игнатов И. С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения умер ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлена запись акта о смерти №смэ (л.д.65).
Обращаясь в суд с указанными требованиями, истец указала, что Игнатова Г.И. является бабушкой истца, на момент составления завещания бабушка не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
В обоснование заявленных требований истцом представлены следующие доказательства.
Согласно справки МСЭ-2004 №Игнатова Г.И.ДД.ММ.ГГГГ была установлена вторая группа инвалидности по общему заболеванию (л.д.15).
Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ№, проведенной в отношении Игнатовой Г.И. в рамках рассмотрение дела о признании гражданина недееспособным, у Игнатовой Г.И обнаруживается психическое расстройство в форме сосудистой деменции, о чем свидетельствует медицинская документация (много лет страдает сосудистым заболеваниями головного мозга, навыки самообслуживания снижены, социально дезадоптирована). Настоящее исследование выявило у нее непродуктивность контакта, амнестическую дезориентировку, грубое снижение памяти и интеллекта, непродуктивность мышления, выраженные эмоционально-волевые нарушения и отсутствие критики к своему состоянию. Психическое расстройство носит хронический характер и выражено у Игнатовой Г.И. столь значительно, что лишает ее способности понимать значение своих действий и руководить ими нуждается в установлении над ней опеки, по своему психическому состоянию не способна участвовать в судебном процессе (л.д.30- 32).
Согласно решению Центрального районного суда г. Новосибирска орт 09.06.2017 Игнатова Г.И. была признана недееспособной на основании заявления Шакуриной Е.И. (л.д.33).
В материалы дела представлена копия договора пожизненного содержания от 10.07.2008 года заключенного между Игнатовой Г.И. и Бердниковой Л.Н., по которому Игнатова Г.И. обязуется передать в собственность Бердниковой Л.Н. однокомнатную <,адрес>,, а Бердникова Л.Н. обязуется в обмен на полученное имущество предоставить пожизненное содержание с иждивением. Данный договор заверен нотариусом Малышевой В.А. (л.д.35-38).
По сообщению нотариуса Малышевой В.А. от 08.11.2017, направленного в адрес Центрального районного суда <,адрес>, следует, что ДД.ММ.ГГГГ к ней обратились Игнатова Г.И. и Бердникова Л.Н. по вопросу передачи однокомнатной квартиры по <,адрес>,, в <,адрес>, принадлежащей Игнатовой Г.И. в собственность Бердниковой Л.Н..
При этом, ей помимо правоустанавливающих документов на квартиру, была представлена справка от 12.05.2008 года, выданная ОГБУЗ «Новосибирская областная психиатрическая больница №6» о том, что Игнатова Г.И. прошла добровольное психиатрическое освидетельствование, и на момент освидетельствования способна адекватно оценивать происходящее и может принимать участие в совершении имущественных и иных сделок и осознавать их последствия.
Игнатова Г.И. сообщала, что хочет, чтобы принадлежащая ей квартира перешла к Бердниковой Л.Н., сын умер, а с родственниками сложились плохие отношения.
Нотариус разъяснила сторонам, какие нотариальные действия у нее возможно оформить. В результате 10.07.2008 стороны явились, и она удостоверила от их имени договор пожизненного содержания с иждивением.
В 2017 году, к ней неоднократно обращалась Бердникова Л.Н. с просьбой расторгнуть данный договор, так как ей стали чинить препятствия общения с Игнатовой Г.И..
04.08.2018 Бердникова Л.Н. и Игнатова Г.И. пришли к нотариусу, чтобы подписать заранее подготовленное соглашение о расторжении договора, но Игнатова Г.И. отказалась его подписывать и просила Бердникову Л.Н. не оставлять ее. Состояние Игнатовой Г.И. вызвало у нее сомнения, в связи с чем соглашение она отказалась удостоверять без заключения врача психиатра (л.д.39).
В судебном заседании были опрошены свидетели.
Свидетель Игнатова С.С. в суде пояснила, что она является матерью истца, Игнатова Г.И. ранее была ее свекровью, с ней были хорошие отношения После смерти сына — Игнатова И.С., в 2003 года, она стала замечать, что у Игнатовой Г.И. стали происходить изменения, она стала нервной и подозрительной, злой. Ранее она была добрая. Когда та приходила в гости Игнатова Г.И. относилась подозрительно. После 2003 года, Игнатова не могла ее узнать, однако, к врачам они не обращались по этому поводу. После того, как они узнали, что в 2008 году Игнатова заключила договор пожизненной ренты, то перестали с ней общаться. Поведение бабушки смутило, но думали, раз заключила договор, то за ней будут ухаживать. Она полагает, что Игнатова была не адекватная. Однако, при разговорах по телефону, на состояние здоровья не жаловалась, говорила, что все нормально. В 2016 году, они приехали к Игнатовой Г.И. домой и увидели, что она находится в плачевном состоянии, квартира ее была запущена, состояние было неудовлетворительное, она никого не узнавала, ничего не могла пояснить.
Согласно справки ГБУЗ НСО «ГПКБ №2» от 25.02.2019, Игнатова Г.И. состояла под диспансерным наблюдением у психиатра, диагноз: F02.8 (л.д.101).
В ходе судебного разбирательства, судом была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, порученная экспертам ГБУЗ НСО «Государственная клиническая психиатрическая больница №3».
По заключению экспертов от 29.04.2019 № 254/19 Игнатова Г.И. в период подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ обнаруживала признаки легкого когнитивного расстройства, органического генеза, о чем свидетельствуют данные гражданского дела наличия органической патологии, в результате чего, являлась инвалидом 2 группы по общему заболеванию. На приемах у терапевта предъявляла жалобы на головную боль, головокружение, утомляемость. При этом, в материалах гражданского дела указано, что подэкспертная проживала одна, регулярно посещала врача, самостоятельно себя обслуживала, на сколько позволяло ее соматическое состояние. В день подписания завещания прошла освидетельствование у психиатра, где обнаруживала лишь незначительное снижение памяти на текущие события, была последовательна, не обнаруживала какой-либо психопродуктивной симптоматики, пояснила, что с родственниками связи не поддерживает, в связи с чем хочет написать завещание на Бердникову JI.H., с которой пребывает в хороших взаимоотношениях. В гражданском деле есть информация о способности к целенаправленной деятельности подэкспертной в ситуациях, которые затрагивали ее личные интересы (имущественные, либо вопросы собственного физического здоровья), на период подписания завещания 12.05.2008 подэкспертная обнаруживала признаки достаточной социальной адаптации в виде способности к самостоятельному ведению хозяйства, регулярного посещения врача, прием лекарственных средств. В момент составления и подписания завещания от 12.05.2008 у Игнатовой Г.И. отсутствовала совокупность факторов и нарушений психики которые бы снижали волевую и побудительную активность, способность к самоконтролю, отсутствовали признаки выраженной интеллектуальной несостоятельности. На момент составления и подписания завещания, Игнатова Г.И. обнаруживала достаточные критико-прогностические способности.
Таким образом, <,данные изъяты>, в момент составление завещания от 12.05.2008 находилась в состоянии, когда была способна понимать значение своих действий или руководить ими.
Исходя из материалов гражданского дела, медицинской документации, сведений о том, что в момент подписания завещания, подэкспертная находилась под воздействием сильнодействующих препаратов или алкоголя не обнаружено, так как указание истца на злоупотребление подэкспертной алкоголем, регулярное беспрерывное употребление лекарственный средств бензодиазепинового ряда объективного подтверждения к материалах гражданского дела не имеют (л.д. 142-144).
Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что доказательств, с достоверностью подтверждающих неспособность Игнатовой Г.И. отдавать отчет своим действиям и руководить ими в момент составления оспариваемого завещания, истцом суду не представлено, а судом в ходе судебного разбирательства не добыто, поскольку по своему психическому состоянию в юридически значимый период Игнатова Г.И. могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Данный вывод суда первой инстанции судебная коллегия находит правильным, основанным на правовых нормах регулирующих спорные правоотношения и представленных сторонами доказательствах, которым суд первой инстанции дал надлежащую оценку.
Вывод суда о способности Игнатовой Г.И. в момент составления завещания 12.05.2008 года понимать значение своих действий и руководить ими судебная коллегия находит правомерным, поскольку, оценивая имеющиеся в материалах дела доказательства, не установлено наличие у наследодателя психического расстройства.
Доводы истца о недействительности оспариваемого завещания ввиду его составления в тяжелом состоянии из-за болезненного состояния и принятия сильнодействующих лекарственных препаратов носят предположительный характер, основаны исключительно на ее субъективном мнении в отсутствие специальных познаний в области медицины, психиатрии и фармакологии и каких-либо доказательств, свидетельствующих о пороке воли Игнатовой Г.И. при составлении завещания 12.05.2008 года ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не представлено.
Наличие у Игнатовой Г.И. заболевания не свидетельствует с очевидностью о пороке ее воли при составлении завещания, а достаточные доказательства, подтверждающие невозможность наследодателя понимать свои действия и руководить ими, в материалы дела не представлены.
В апелляционной жалобе истица выражает несогласие с выводами судебной экспертизы, указывая на то, что выводы экспертное заключение носят формальный характер, не могут считаться научно обоснованными, полными и всесторонними.
Отклоняя приведенные доводы, судебная коллегия исходит из следующего.
Оценивая заключение судебной экспертизы, суд первой инстанции признал выводы эксперта обоснованными, поскольку экспертиза была проведена экспертом компетентной организации в предусмотренном законом порядке в соответствии с требованиями ст. ст. 79, 80, 84, 85, 86 ГПК РФ, экспертиза содержит подробное описание проведенного исследования и основанные на нем выводы, эксперты были предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, в распоряжение экспертной комиссии были представлены материалы гражданского дела, медицинская документация Игнатовой Г.И.
Проанализировав содержание приведенного заключения судебной экспертизы в совокупности с вышеприведенными доказательствами, судебная коллегия приходит к выводу о том, что указанное заключение в полной мере отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы, вопреки доводам жалобы, являются научно обоснованными, основаны они на анализе материалов дела и представленной медицинской документации Игнатовой Г.И., эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Доводы жалобы о сомнительности в подлинности представленных копий дипломов и сертификатов членов судебно-психиатрической комиссии являются надуманными и ничем не подтвержденными.
В этой связи суд обоснованно, вопреки доводам подателя жалобы, не усмотрев оснований для назначения повторной экспертизы на основании ч. 2 ст. 87 ГПК РФ, отказал в удовлетворении ходатайства стороны истца об этом.
Таких обстоятельств не установлено и в суде апелляционной инстанции, в связи с чем, оснований для удовлетворения соответствующего ходатайства в суде апелляционной инстанции также не имеется.
Несогласие с оценкой судом доказательств по делу, не может служить основанием к отмене решения, поскольку согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Право оценки доказательственного материала принадлежит суду, разрешающему спор по существу, которая произведена судом первой инстанции в соответствии с требованиями, предъявляемыми ГПК РФ, является правильной, в связи с чем, у судебной коллегии оснований не согласиться с такой оценкой не имеется.
По существу доводы апелляционной жалобы не содержат каких-либо новых обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда первой инстанции или опровергали выводы судебного решения, аналогичны доводам, заявленным в суде первой инстанции, и не могут служить основанием к отмене правильного по существу решения суда.
Правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены на основании добытых судом доказательств, оценка которым дана согласно ст. 67 ГПК РФ, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, направленные на переоценку доказательств по делу, не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, правильность определения судом прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований к отмене состоявшегося судебного решения.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Кировского районного суда города Новосибирска от 24 мая 2019 года в пределах доводов апелляционной жалобы оставить без изменения, апелляционную жалобу Шакуриной Елены Игоревны без удовлетворения.
Председательствующий:
Судьи: