Дело № 2-26/2020
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
город Кемерово **.**,**
Ленинский районный суд г.Кемерово Кемеровской области в составе председательствующего судьи Дугиной И.Н., при секретаре Зеленской В.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Мурасовой О.Г. к Кряковой Т.Е. о признании завещания недействительным
УСТАНОВИЛ:
Мурасова О.Г. обратилась в суд с иском к Кряковой Т.Е., в котором просит признать недействительным завещание МЛГ, умершей **.**,**, удостоверенное нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Романовской Н.М., **.**,**, зарегистрированное в реестре за № **.
Требования истец мотивирует тем, что **.**,** в … умерла ее бабушка МЛГ, проживавшая по адресу: …. Она является наследником первой очереди, других наследников нет.
**.**,** в г. Кемерово нотариусом ПГД квартира состоящая из двух комнат, находящаяся по адресу: …, принадлежащая бабушке на праве собственности, была завещана ей.
Через несколько дней после смерти бабушки ей стало известно, **.**,** в г. Кемерово бабушка МЛГ отменила завещание от **.**,** и составила новое завещание, удостоверенное нотариусом Романовской Н.М., по которому равными долями каждому по ? доли в праве общей долевой собственности в квартире по адресу: …, она завещала Кряковой Т.Е. и ей – внучке умершей. Завещание удостоверено вне помещения нотариальной конторы по адресу: ….
Считает, что МЛГ на момент составления и подписания завещания вследствие преклонного возраста (86 лет), инвалидности II группы, установленной **.**,** (бессрочно) до составления и подписания завещания, в связи с рядом тяжелых основных заболеваний <,данные изъяты>, не могла понимать значения своих действий и руководить ими.
Кроме того, в период с **.**,** по **.**,** бабушка проходила лечение в отделении № 6 ГКУЗ «Кемеровская областная клиническая психиатрическая больница» с диагнозом: <,данные изъяты>,. Считает, что ухудшение психического состояния здоровья бабушки, также повлияло на ее возможность понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления и подписания завещания. В связи с чем считает, что имеются основания для назначения посмертной психолого-психиатрической экспертизы на основании имеющихся медицинских документов.
МЛГ в связи с имеющимися заболеваниями имела сложности с передвижением по квартире, на улицу она не выходила последние годы, в квартире пользовалась ходунками шагающими, нуждалась в помощи посторонних лиц при обслуживании в быту. Ее мама МОИ часто навещала бабушку, приносила продукты, помогала по квартире, также ей помогала социальный работник.
МЛГ никогда не высказывала намерений о возможности выделения какой-либо доли в праве собственности на квартиру посторонним лицам, в частности, Кряковой Т.Е. Ответчик никогда не была близким человеком как для ее бабушки МЛГ, так и для семьи в целом.
Указывает, что Крякова Т.Е. после смерти МЛГ похитила из квартиры денежные средства и документы, вернуть их родственникам умершей отказывается. В отношении Кряковой Т.Е. по данному факту родственниками МЛГ подано заявление в Управление МВД России Отдел полиции Ленинский по г. Кемерово.
В контексте положений ст. 169 ГК РФ действия Кряковой Т.Е., заведомо противоречат основам правопорядка и нравственности. Статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является её цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит- заведомо и очевидно для участников гражданского оборота- основам правопорядка и нравственности. В настоящее время нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Серовой Н.А. ведется наследственное дело в связи с открытием наследства наследодателя МЛГ
На основании п.1 ст. 177, ст. 169, п. 2 ст. 1118, ст. 1131 ГК РФ просит признать недействительным завещание МЛГ, умершей **.**,**, удостоверенное нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Романовской Н.М., **.**,**, зарегистрированное в реестре за № **.
Истец Мурасова О.Г. в судебное заседание не явилась, о месте и времени слушания дела извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 145 – извещение, л.д. 148 — заявление).
Представитель истца Мурасовой О.Г. – Воробей И.П., действующая на основании доверенности № ** от **.**,**, в судебном заседании поддержала заявленные требования, ранее данные показания поддержала.
Ответчик Крякова Т.Е., ее представитель Батушев К.О., действующий на основании доверенности № ** от **.**,**, исковые требования не признали, ранее данные показания поддержали.
Третье лицо, не заявляющие самостоятельных требований относительное предмета спора, нотариус Романовская Н.М., в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась.
Третье лицо, не заявляющие самостоятельных требований относительное предмета спора, нотариус Серова Н.А. после перерыва в судебное заседание не явилась, о месте и времени слушания дела извещена надлежащим образом, об уважительности причин неявки суд не уведомила (л.д. 146).
Суд, выслушав участников процесса, заслушав показания свидетелей, экспертов, исследовав письменные материалы дела, находит исковые требования не подлежащими удовлетворению.
В соответствии с положениями пунктов 2, 5 ст. 1118 ГК РФ завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.
Завещание может быть совершено гражданином, обладающим на момент его совершения дееспособностью в полном объеме.
Согласно п. 1 ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему смотрению завещать имущество любым лицам, отменить или изменить совершенное завещание.
В соответствии с п. 1 ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Правила п. 2 ст. 1131 ГК РФ предусматривают, что завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Согласно п.1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте № 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 29.05.2012 «О судебной практике по делам о наследовании» завещание может быть оспорено только после открытия наследства.
Судом установлено, что истец Мурасова О.Г. является дочерью МГН, а соответственно, внучкой МЛГ, что подтверждается данными свидетельств о рождении указанных лиц, свидетельства о заключении брака (л.д. 15, 16, 56).
**.**,**МЛГ умерла (л.д. 9 – данные свидетельства о смерти).
МЛГ при жизни принадлежала на праве собственности квартира, состоящая из двух комнат, общей площадью 44,6 кв.м., в том числе жилой площадью 27,7 кв.м., расположенная по адресу: … (л.д. 58 оборот-59 — данные договора на передачу квартиры в собственность, л.д. 57 оброт-58, 60 — свидетельств о государственной регистрации права).
В указанном жилом помещении МЛГ была зарегистрирована и проживала одна, что не оспаривается сторонами и подтверждается справкой ООО «УК на Ворошилова» (л.д. 57).
В период с **.**,** по **.**,**МЛГ находилась на социальном обслуживание на дому в МБУ «Комплексный центр социального обслуживания населения г. Кемерово» (л.д. 30).
Согласно данным наследственного дела умершей МЛГ за № **, предоставленного нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Серовой Н.А., дело было заведено нотариусом **.**,** на основании заявления Мурасовой О.Г. о принятии ею наследства по завещанию на имущество, состоящее из ? доли в праве собственности на квартиру, находящуюся по адресу: …. **.**,** поступило заявление Кряковой Т.Е. на принятие наследства по завещанию, также состоящего из ? доли в праве собственности спорной квартиры (л.д. 53-71).
**.**,**МЛГ совершила завещание в пользу Кряковой Т.Е. и Мурасовой О.Г., завещав последним по ? доли в праве собственности в принадлежащей завещателю квартире, расположенной по адресу: …, которое было удостоверено нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Романовской Н.М., зарегистрировано в реестре за № ** (л.д. 55 — данные завещания).
В соответствии с п. 2 ст. 1130 ГК РФ завещатель вправе посредством нового завещания отменить прежнее завещание в целом либо изменить его посредством отмены или изменения отдельных содержащихся в нем завещательных распоряжений.
Указанным завещанием МЛГ отменила составленное **.**,** завещание, которым завещала спорную квартиру Мурасовой О.Г. (л.д. 10).
Судом установлено, что завещание от **.**,** на момент смерти МЛГ не было изменено, отменено, признано недействительным (л.д. 65 оборот — письменный ответ нотариуса Романовской Н.М.)
В ходе судебного разбирательства были получены пояснения от сторон, допрошены свидетели.
Истец Мурасова О.Г. суду пояснила, что со своей бабушкой она общалась один-два раза в месяц, приезжала к ней в гости. В квартире бабушка проживала одна, обслуживала себя сама, передвигалась по дому на ходунках, на улицу не выходила. Считает, что в силу своего возраста бабушка забывала некоторые вещи, даже ее с кем-то путала, имя забывала, постоянно все переспрашивала, все время рассказывала про прошлое. У бабушки был ряд заболеваний, были проблемы со зрением. Каким было психическое состояние бабушки, она оценить не может. Бабушка ей не говорила, что ее кто-то еще навещает, в том числе и соседи, что она общается, перезванивается с ними, говорила, что приходит какая-то женщина, помогает, истец считает, что это был социальный работник. Также бабушка говорила о том, что к ней приходила ответчик и предлагала ей покушать, но бабушка отвечала ей отказом.
Ответчик Крякова Т.Е. суду пояснила, что проживала с умершей МЛГ по соседству с **.**,** года. У них было одно горе, у МЛГ умер сын в **.**,** году, у нее в **.**,** году – дочь, поэтому они стали тесно общаться. Она приходила к МЛГ в гости 2-4 раза в месяц сама и по приглашению, приносила ягоду, и за это она платила, так как была таким человеком, что всегда за все платила. М. обслуживала себя сама, два раза в неделю к ней приходил социальный работник, также приходили соседи, то хлеб ей покупали, то продукты какие. М. самостоятельно передвигалась, сама вызывала врачей на дом, ей делали капельницу. Память у М. была отличная, у нее был математический склад ума. По разговору М. вполне нормальный человек, при ней она никогда ничего не забывала. Потом умершая М. как-то спросила у нее, может ли она на нее переписать завещание, поскольку она знала, что у М. есть внучка, она отказалась. Согласилась она только на третий раз. О завещании М. она узнала в **.**,**. Ее дату рождения М. знала, всегда поздравляла ее с днем рождения. Социального работника у М. она видела два или три раза, после работы. Другие соседи М. тоже помогали, сама М. не говорила, что просила кого-то ей помочь. Документы у М. она видела, видела у нее в тумбочке, она всегда ее открывала. М. ее умерший сын Г. советовал всегда обращаться к ней. Сына М. она знала как соседа, здоровались друг с другом, он интересовался о ее делах, также знал ее мужа, с ним он общался чаще.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, — нотариус Романовская Н.М. в своих пояснениях подтвердила, что **.**,** ею как нотариусом было удостоверено завещание МЛГ, которым она завещала принадлежащую ей квартиру в пользу Кряковой Т.Е. и Мурасовой О.Г. в равных долях, завещание не было отменено, изменено, признано недействительным на момент смерти.
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)
Допрошенная в качестве свидетеля ПЕГ показала, что ранее работала в поликлинике № 5 в терапевтическом отделении на 31 участке с **.**,** по **.**,**, куда входил и дом по …, где проживала МЛГ, которую она очень хорошо помнит. К МЛГ она стала приходить с **.**,**, чаще всего домой в период времени 12.00 час. до 16.00 часов, так как передвигалась она на ходунках, на улицу выходила редко, но если ей было необходимо в поликлинику к какому-то узкому специалисту или в диагностический центр, то она могла поехать на такси. У МЛГ один раз в месяц точно был вызов, так как она была на льготном обслуживании по выписке лекарственных средств, но в последний год она отказалась от лекарств, и покупала их сама, но стационар на дому один-два раза в год был, медсестра всегда приходила к МЛГ и выполняла данные ей назначения. Она периодически приходила, контролировала. М. обладала рядом тяжелых болезней – <,данные изъяты>, – это старческое заболевание, еще вроде бы у ревматолога с остеопорозом наблюдалась. Имеющиеся у М. заболевания не могли влиять на ее память. Отсутствием либо снижением памяти она не страдала, М. все помнила и происходящее, и что было накануне, и прошлое. Когда в **.**,** она ушла из поликлиники, состояние здоровья М. было таким же как и в **.**,**, когда она только пришла. Никаких странностей она за ней не замечала. М. всегда все помнила, и когда ей нужно было записаться к врачу, и какие лекарства купить, у нее была тетрадка, куда она все записывала, записывала свои расходы и т.п. Лекарства М. покупал социальный работник, возможно и соседи покупали, но и самостоятельно М. тоже могла купить. Внешний вид у М. всегда был опрятным, она была чистоплотной. В квартире никаких неприятных запахов не было, к своему здоровью М. всегда относилась бережно, всегда выполняла все назначения. Те лекарства, которые она принимала, никак не влияли на ее память, не затормаживали ее состояние. М. была замечательным человеком, в хорошем уме и памяти, но одинокая. Считает, что ей не хватало людского внимания и заботы, а в плане всех предписаний врача, ей не нужно было особо подсказывать, она все помнила сама. У нее был социальный работник, которая покупала лекарственные препараты и сопровождала ее при необходимости, а так М. сама покупала себе лекарственные препараты, жила с кошкой, передвигалась по дому на ходунках. В квартире было чистенько, но бедно. Всегда она переживала по поводу того, что не может позволить себе хороший ремонт. Знает, что у М. был сын, который умер, также, сноха и внучка, но она их ни разу не видела. У М. на них была какая-то обида что ли, что никто ей не помогал, но у нее была надежда, что кто-то придет. С соседями М. дружила, с Е.Г. дружила, с соседями из квартиры № **, № **, с Т. общалась, с Г.. М. была достаточно открытым человеком. Насколько тесно М. общалась с Кряковой ей не известно. По поводу завещания М. с ней никогда не делилась, про квартиру никаких разговоров не было (л.д. 91-92).
Допрошенная в качестве свидетеля ЛНИ показала, что в доме по … она проживает с **.**,**. Умершую МЛГ знала, она работала на одном предприятии вместе с ее мамой. М. проживала вместе со своим сыном, все ей помогали. Видела пару раз, когда к М. приходила сноха, М. была на нее обижена. Она к М. приходила часто, чтобы чем-то помочь, и ответчик к ней приходила, так как одну М. оставлять нельзя было. Сама М. о чем-то попросить всегда стеснялась. У М. была «чистая» голова, она все помнила. М. пользовалась очками, читать могла. Крякова часто приходила к М., она ей даже день рождение справляла. До **.**,**М. с Кряковой общались достаточно часто. М. говорила ей про то, что умерший сын ей советовал одну часть квартиры завещать внучке, а другой распорядиться по своему усмотрению. Как распорядилась квартирой М. не сказала. Крякова Т.Е. про завещание ей не говорила. Родственников М. она видела один раз, когда они что-то приносили М., она боялась и все выкидывала, а когда другие люди приносили, М. принимала. Я также ходила в магазин, потом приносила М., и Крякова ходила, В.П., и подружка еще какая-то была, а родственникам М. не доверяла. Со слов М. ей известно, что М. навещали её родственники один раз в год. М. была терпеливым человеком, ни с кем не ссорилась, и всегда за доброту людей чем-то хотела отплатить (л.д. 92-93).
Допрошенная в качестве свидетеля ТАВ показала, что в доме по …, она проживает с **.**,**, они вместе с М. работали на одном предприятии, и вместе заселялись проживать в данный дом. МЛГ всегда была адекватным человеком, умным, знала всех врачей. Проживала М. одна в квартире, сама за собой ухаживала, иногда к ней приходили в гости соседи – Н., В., я приходила. Врач к М. тоже приходил, так как она не могла к ним сама ходить, но если надо было ехать все же в больницу, то ее сопровождал социальный работник, и ездили они на такси. Умственное состояние М. было хорошее, единственное, у нее было шоковое состояние, когда умер ее сын. По просьбе М. она была свидетелем при удостоверении завещания М.. Никто при удостоверении завещания на Мурасову влияние не оказывал. М. говорила, что часть квартиры останется внучке, о том, что другую часть квартиры М. завещала Кряковой она узнала при удостоверении этого завещания. В тот момент М. была в здравом уме и отвечала на все вопросы нотариуса. Почему М. завещала часть квартиры Кряковой она не знает. Только Крякова всегда была рядом с М., она ее и хоронила. Завещание удостоверяли в квартире М., когда она пришла, в квартире уже находилась нотариус и соответственно М.. До этого она ни разу нотариуса не видела. Ее попросили расписаться в завещании, текст завещания был оглашен. М. просила никому не говорить, кому она завещала квартиру (л.д. 93-94).
Допрошенная в качестве свидетеля МГМ показала, что ее мама и М. были двоюродными сестрами, они вместе работали на швейной фабрике. С М. они хорошо общались, она приходила к ней в гости, вместе со своим мужем они ей помогали хоронить сына, с того времени и стали часто общаться. М. всегда также общалась с ее мамой, перезванивались с ней. У М. было нормальное состояние, она была адекватным человеком, все помнила, не заговаривалась, всех узнавала, имена не путала. Свою внучку М. называла только по имени О.. У М.О. она ни разу не видела. М. говорила только то, что к ней приходит Оля с внуком. С ответчиком у М. были нормальные отношения, они к ней в гости приходили, она угощала нас. Крякова не была посторонним человеком М.. Думает, что М., подписывая завещание, все понимала и осознавала. М. была человеком чистоплотным, неприятных запахов от нее не было, в квартире было чисто, но бедненько. К М. в гости приходили – она, родственники со стороны ее мужа, соседка Т., Т., Л., коллеги, Крякова, социальный работник также приходил. Соседи справляли М. даже день рождения. М. о чем-либо редко кого просила, но если просила, то за все расплачивалась. При ней врачи к М. не приходили, но врачей она вызывала. Лекарственные препараты М. знала лучше чем она, и очень щепетильно к ним относилась. Телевизор М. при ней не смотрела, так как зрение не очень хорошее у нее было, у нее всегда радио работало. Номера телефонов у М. все были записаны. Про завещание М. ей ничего не говорила, говорила только, что сын Г. просил все оставить О., но что все, не говорила. Крякова ей про завещание тоже ничего не говорила, и разговора у них такового не было. Ее М. не просила покупать лекарства. Дверь в квартиру М. всегда открывала сама, ключ не оставляла от квартиры, кому оставляла, не знает, где хранились документы М., не знала (л.д. 94-95).
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля МОИ показала, что умершую М. знает с **.**,**, вместе с её сыном учились в одном классе, потом они поженились, в браке у них родилась дочь, в последствие с мужем разошлись. После развода до **.**,**, пока её бывший супруг был жив, она поддерживала отношения со свекровью М. путем телефонных переговоров, М. к ним приезжала сама, а после смерти её бывшего мужа, она стала приезжать к М. сама. В **.**,**М. показала ей завещание и сказала, что завещала квартиру внучке О., так как её сын об этом просил. После смерти бывшего супруга она продолжала общаться с М., два раза в неделю навещала её, приносила ей продукты, лекарства, готовила ей еду. На Новый **.**,** она не приезжала к ней, но позвонила, поздравила с праздником. Знает, что у МЛГ<,данные изъяты>,, она принимала лекарства. Она общалась с умершей М. как с полноценным человеком, но М. жаловалась на голову, что не помнит ничего, она по несколько раз переспрашивала, так как забывала. Спрашивала про её маму, она ей отвечала, что она умерла, бабушка говорила, что забыла. Бабушка вспоминала в основном про что-то старое, как она работала на швейной фабрике, про своего маленького сына. Бабушка пользовалась телефонами, и городским и мобильным, в основном, городским телефоном пользовалась, так как плохо видела. Отношения у них были хорошие. Она предлагала свекрови сводить её к врачам, но она никому не доверяла, говорила о том, что к ней ходит врач. Она предлагала бабушке жить с ней, но она сказала, что останется у себя. Про завещание **.**,** ей не было известно, о нем узнала только после смерти бабушки-свекрови. Относительно завещания, ей кажется, что бабушка не могла так сделать (л.д. 162 оборот-170).
В обоснование заявленных исковых требований Мурасова О.Г. сослалась на то, что на момент составления оспариваемого завещания МЛГ находилась в таком состоянии, когда не могла понимать значение своих действий и не могла руководить ими в силу возраста и состояния здоровья, а также сослалась на то, что в завещании и в реестре регистрации нотариальных действий нотариуса Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Романовской Н.М. подпись и расшифровка подписи выполнена не МЛГ
В соответствии со ст. ст. 55, 56 ГПК РФ предметом доказывания по гражданскому делу являются обстоятельства, обосновывающие требования и возражения стороны, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.
Поскольку для правильного и всестороннего рассмотрения спора требовались специальные познания, по ходатайству истца определениями суда от **.**,** в порядке ст.79 ГПК РФ были назначены экспертизы: посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ГКУЗ КО «Кемеровская областная клиническая психиатрическая экспертиза, на разрешение которой были поставлены вопросы, указанные в определении о том, способна ли была МЛГ, **.**,** года рождения, уроженка …, проживавшая в …, смерть которой последовала **.**,**, понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения ею в качестве завещателя **.**,** завещания всего имущества, которое ко дню смерти окажется принадлежащим в пользу Мурасовой О.Г. и Кряковой Т.Е.? Если нет, то в силу каких недостатков состояния здоровья, в том числе, психического здоровья или иных обстоятельств состояния здоровья, завещатель МЛГ, **.**,** года рождения, уроженка …, проживавшая в …, не могла понимать значения своих действий и руководить ими на момент совершения ею **.**,** завещания в пользу Мурасовой О.Г. и Кряковой Т.Е., удостоверенного нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Романовской Н.М.? Являются ли выводы экспертов вероятностными, категоричными и почему? (л.д. 96-100), почерковедческая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ФБУ «Кемеровская лаборатория судебной экспертизы», на разрешение которой был поставлен вопрос о том, выполнена ли краткая рукописная подпись и расшифровка от имени МЛГ под печатным текстом завещания от **.**,**, удостоверенного нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Романовской Н.М., а также в реестре регистрации нотариальных действий нотариуса Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Романовской Н.М., МЛГ или другим лицом? (л.д. 101-104).
Согласно заключению амбулаторной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, выполненной комиссией экспертов ГКУЗ КО КОКПБ от **.**,** за № **, МЛГ, **.**,** г.р., уроженка …, проживавшая в …, смерть которой последовала **.**,**, хроническим психическим расстройством слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдала, в том числе и в юридически значимый период **.**,**, также на юридически значимый период у МЛГ не было каких-либо временных психических расстройств. В **.**,** в связи с психотравмирующей ситуацией (смерть сына) она перенесла <,данные изъяты>, (относится к категории временных психических расстройств) из которого в результате проведенного квалифицированного психиатрического лечения полностью вышла без каких-либо остаточных симптомов и впоследствии за психиатрической помощью не обращалась, наблюдалась у терапевтов и неврологов по поводу многочисленных заболеваний внутренних органов как это следует из представленной медицинской документации и материалов гражданского дела. По своему психическому состоянию, как не страдающая каким-либо психическим расстройством, МЛГ могла понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения ею в качестве завещателя **.**,** завещания всего имущества, которое ко дню смерти окажется принадлежащим в пользу Мурасовой О.Г. и Кряковой Т.Е., указанные выводы являются категоричными в связи с отсутствием у МЛГ психических расстройств (л.д. 114-117 ).
В судебном заседании допрошен эксперт (врач -докладчик) БЯВ, об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ судом предупрежден.
После допроса в судебном заседании свидетеля МОИ, и изучения экспертом медицинской карты на имя умершей МЛГ дополнительно представленной представителем истца после проведения экспертизы, эксперт, отвечая на вопросы суда и сторон, подтвердил выводы, изложенные в заключении экспертов от **.**,** за № **, пояснив, что выводы основаны на представленных медицинских картах М., и с учетом показаний свидетелей. Материалов дела было достаточно для проведения экспертизы.
Сведения, которые касались некой забывчивости МЛГ, связаны с возрастными изменениями, ей было 86 лет. У МЛГ не было слабоумия, она была ориентирована. Общалась с окружающими, планировала свои даты, была достаточно здорова и сохраняла социальную активность. Сами по себе соматические заболевания органов, как по отдельности, так и в совокупности, психическим расстройством не являются, они могут создавать некоторые условия для развития психических расстройств, но лишь условия, они не детерминируют развитие психических расстройств. В случае с МЛГ<,данные изъяты>, не оказала влияния на её психическое состояние. Хроническая <,данные изъяты>, психическим расстройством не является. В **.**,**МЛГ вышла из активного <,данные изъяты>,, данный вывод основан на том, что она не обращалась за психиатрической помощью. В **.**,** она обращалась в психиатрическую больницу сама, лечилась в отделении №16, это отделение неврозов, где лечат не тяжелые психические расстройства, и ситуация была связана не со склерозом, а со смертью сына, и у неё развилась <,данные изъяты>,. Прошло время, МЛГ получила квалифицированную психиатрическую помощь, и после этого, к врачам она больше никогда не обращалась, у неё восстановилось то социальное функционирование, которое было до болезни. У МЛГ многочисленные соматические заболевания не вызвали психические расстройства. Незадолго до составления завещания, МЛГ осматривалась врачами, у неё была отмечена хорошая ориентировка, в процессе беседе она излагала свои жалобы, добивалась медицинской помощи, лекарства она принимала достаточно аккуратно. У неё не было симптомов психического расстройства. Из дополнительной представленной медицинской карты МЛГ видно, что ей давно нездоровилось, её заболевания влияли на качество её жизни, что отображено в заключении. МЛГ предъявляла жалобы, осматривалась врачами регулярно, врачи приходили к ней на дом, но было это реже, чаще она ходила к ним сама, обращалась в том числе, к неврологу по поводу головокружения и шума в голове. Получала помощь, обращалась также к терапевту, её осматривали, в связи с чем, назначалось лечение, МЛГ предъявляла жалобы на здоровье. М. не игнорировала назначенные лечения, самолечением не занималась, из чего следует, что МЛГ адекватно контактировала с медицинскими работниками. М. ни разу не жаловалась на забывчивость, несмотря на то, что у неё кружилась голова, повышалось давление. Кроме того, М. жаловалась на проблемы <,данные изъяты>,, ей тоже назначалось лечение. Также, в конце медкарты имеется запись о том, что у М. подозревали опухоль надпочечников, но лечение при этом не назначалось, никуда не направляли Мурасову, биопсию не назначали. Данное заболевание заподозрили с **.**,**, но больше сведений об этом нет, была ли эта опухоль не узнать, дальнейшего хода развития это никак не имело. Проводились еще ЭКГ, больше ничего нового, кроме того, что М. болела, и ходила на прием к врачам. <,данные изъяты>, у М. была, лечение она получала. Никаких показаний, что это еще было и в совокупности с психикой, нет. Деменция – это психическое расстройство, психических расстройств у М. не обнаружено. Деменция – это состояние необратимого, неуклонного, постепенного, достаточно быстрого необратимого регресса психических действий. Регресса познавательных способностей, мышления, интеллекта, памяти. Деменции у М. не было. Из всех нарушений памяти, которые у неё были, это возрастное изменение, которое психическим расстройством не является. Лекарства, которые М. принимала для улучшения своего состояния, на её психику не повлияли, так как психотропные лекарства ей не назначались, а которые ей назначались, психотропными лекарствами не являлись, и назначались в тех дозах, что психическое расстройство у М. не вызывали. Считает, что материалов дела было достаточно для проведения экспертизы, выводы экспертизы поддерживает. МЛГ понимала значение своих действий и руководила ими в момент совершения ею в качестве завещателя **.**,** завещания всего имущества, выводы экспертизы являются категоричными (л.д.170 оборот-172).
Противоречий в показаниях судебного эксперта и в самом экспертном заключении не имеется.
Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что по данному делу юридически значимым и подлежащим доказыванию является вопрос, могла ли МЛГ на момент составления **.**,** завещания на принадлежащую ей квартиру в пользу Мурасовой О.Г., Кряковой Т.Е. отдавать отчет своим действиям и руководить ими.
Суд находит установленным правовой интерес истца Мурасовой О.Г. при оспаривании завещания, поскольку в силу ст. 1112 ГК РФ, в случае признания завещания недействительным, к ней как к одному из наследников первой очереди по закону в результате наследования должно перейти имущество наследодателя.
Оценивая представленные доказательства, суд исходит из положений ч.1 ст. 55 ГПК РФ, согласно которым доказательствами по делу являются полученные в установленном законом порядке сведения не о любых фактах, а только о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих позиции сторон, обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения спора.
Экспертное заключение, вынесенное в рамках посмертной комиссионной судебно- психиатрической экспертизы комиссией экспертов ГКУЗ КО « КОКПБ» от**.**,**№ **, в котором в категоричной форме сделан вывод о том, что МЛГ в момент совершения сделки завещания понимала значение своих действий и руководила ими, является обоснованным.
О достоверном характере названного экспертного заключения свидетельствует прежде всего то, что при производстве экспертизы были соблюдены общие требования к производству судебных экспертиз: эксперты при производстве экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, в состав комиссии вошли компетентные эксперты, обладающие медицинскими познаниями, имеющие большой стаж практической работы, содержание заключения соответствуют клиническим и нормативно-правовым требованиям, в частности, требованиям Федерального закона «О государственной судебно-психиатрической деятельности в Российской Федерации».
Также о достоверности названного заключения свидетельствует то, что оно является полным и ясным, не обнаруживают каких-либо противоречий между описательной, исследовательской частью и выводами, содержит оценку всех материалов дела, согласуется с ними, выводы экспертного заключения носят не предположительный, а категоричный характер, что свидетельствует об объективности, всесторонности и полноте проведенных исследований.
Выводы названного экспертного заключения подтверждают, что завещание от **.**,**, составленное МЛГ в пользу Мурасовой О.Г. и Кряковой Т.Е., удостоверенное нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Романовской Н.М., соответствовало действительной воле наследодателя МЛГ
Что касается показаний свидетелей, то суд приходит к общему выводу о том, что они подтверждают тот факт, что МЛГ при подписании ею **.**,** завещания понимала значения своих действий и руководила ими.
Так, свидетель ТАВ в судебном заседании показала о конкретных фактах поведения МЛГ в момент составления ею завещания, показав, что по просьбе МЛГ она была свидетелем при удостоверении завещания МЛГ, что на МЛГ никто не оказывал влияния, она была в здравом уме, отвечала на все вопросы нотариуса.
Также показаниями свидетелей, как со стороны истца, так и стороны ответчика подтверждается, что МЛГ имела различные заболевания внутренних органов, обращалась за медицинской помощью, принимала лекарства, назначенные врачом, но её воспринимали как адекватного человека, она общалась с окружающими, сохраняла социальную активность, была в здравом уме.
При этом суд отмечает отсутствие оснований для сомнения в достоверности, допустимости показаний всех свидетелей, учитывая, что они носят последовательный, полный характер, согласуются с данными письменных материалов дела.
При этом названные обстоятельства согласуются с данными заключения посмертной судебно-психиатрической экспертизы, выполненной в рамках настоящего дела, с данными медицинских карт МЛГ: амбулаторной карты № ** из поликлиники ГАУЗ КО «Кемеровская городская клиническая поликлиника № 5», карточка с направлением на медико-социальную экспертизу, представленную представителем истца, исследованными в суде.
С учетом изложенного, по делу не найдено, что имеющиеся у МЛГ недостатки в состоянии здоровья влекли неспособность МЛГ понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления оспариваемого завещания.
Таким образом, представленные доказательства, достоверность которых признана судом, в их совокупности и взаимосвязи не подтверждают, что составление **.**,**МЛГ оспариваемого завещания было выполнено с пороками ее воли, а именно в условиях, когда последняя не понимала значение своих действий и не могла руководить ими.
В силу ч. 2 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.
В силу ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства и в их совокупности.
Суд принимает заключение комиссии экспертов от **.**,** за № **, с учетом показаний эксперта БЯВ в судебном заседании, как доказательство по делу, поскольку при проведении экспертизы экспертами учтены объективные данные о состоянии здоровья МЛГ, экспертиза проведена компетентными экспертами, обладающими познаниями в специальной области. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Выводы экспертов основаны на исследовательской части заключения, в распоряжение экспертов были представлены материалы гражданского дела и подлинники медицинских документов.
Доказательств, опровергающих данные выводы посмертной судебно-психиатрической экспертизы, истцом не представлено, оснований для назначения повторной посмертной судебно-психиатрической экспертизы суд не усматривает, поскольку оснований сомневаться в правильности или обоснованности экспертного заключения не имеется, а не согласие с выводами экспертов основанием для назначения повторной экспертизы не является.
Протокольным определением от **.**,** в удовлетворении ходатайства представителю истца о назначении повторной посмертной судебно-психиатрической экспертизы отказано ( л.д. 173).
Согласно заключению эксперта ФБУ Кемеровская лаборатория судебной экспертизы Минюста России № ** от **.**,**, рукописные записи «МЛГ», «Л.Г.М.» и подписи, расположенные в завещании от **.**,** в пользу Кряковой Т.Е. и Мура- совой О.Г. в строке «подпись», а также в реестре № ** для регистрации нотариальных действий нотариуса Романовской Н.М. за № ** в графе «расписка в получении нотариально оформленного документа», выполнены самой МЛГ в необычных условиях под действием «сбивающих» факторов, носящих постоянный характер, в числе которых могут быть возрастные изменения, связанные с состоянием здоровья (л.д. 135-141).
В судебном заседании допрошен эксперт АНГ, об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ судом предупреждена.
Отвечая на вопросы суда и сторон, эксперт подтвердила выводы, изложенные в заключении эксперта № ** от **.**,**, пояснив, что у МЛГ было очень много записей в телефонной книжке, много фамилий, телефонов, и фамилии врачей, и, судя по образцам почерка можно сказать, что человек был коммуникабельным, общительным, и человек был в здравом уме. И, несмотря на то, что ей было 86 лет на момент написания завещания, у неё был достаточно четкий, устойчивый почерк. Выводы о том, что рукописные записи «МЛГ», выполнены самой МЛГ в необычных условиях под действием «сбивающих факторов», носящих постоянный характер, в том числе, которых могут быть возрастные изменения, связанные с состоянием здоровья, означает, и об этом указано в заключении, что имеются признаки нарушения координации движений, первой и второй группы, и приводится объяснение, в чем это заключается, это извилистость по вертикали и горизонтали. Данные признаки свойственны человеку пожилого старческого возраста. Эти же признаки присутствуют как в исследуемых записях и подписях, так и в образцах документов, представленных для проведения экспертизы. Данные диагностические признаки носят постоянный характер, что также отражено в экспертном заключении. Вывод эксперта категоричный, запись сделана самой МЛГ (л.д.170-171).
Заключение судебной почерковедческой экспертизы также является полным и сомнений в его неопределенности не вызывает.
Суд признает экспертное заключение № ** от **.**,**, с учетом пояснений эксперта АНГ в судебном заседании допустимым и достоверным доказательством, поскольку оно является полным, не содержит противоречий, согласуется с исследованными в судебном заседании доказательствами, выполнено в соответствии с положениями Федерального закона О государственной судебно — экспертной деятельности в Российской Федерации. Эксперт имеет высшее филологическое образование и квалификацию судебного эксперта по специальности 1.1. «Исследование почерка и подписей», имеет стаж экспертной работы с 1990 года, он не заинтересован в исходе дела и предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Разрешая спор, суд, оценил относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности, исследовав и оценив их по правилам, предусмотренным ст. 67 ГПК РФ, в том числе заключение судебной почерковедческой экспертизы, заключение посмертной судебно-психиатрической экспертизы, показания свидетелей, пришел к выводу о том, что исковые требования Мурасовой О.Г. о признании завещания недействительным удовлетворению не подлежат, поскольку в судебном заседании не нашло объективного подтверждения то обстоятельство, что оспариваемое завещание подписано не лично наследодателем МЛГ, что на момент составления оспариваемого завещания МЛГ находилась в таком состоянии, когда не могла понимать значение своих действий и не руководила ими.
Материалы дела и представленная медицинская и иная документация были исследованы экспертами при производстве посмертной судебно-психиатрической и почерковедческой экспертиз, и экспертами были сделаны выводы в заключениях не подтверждающие позицию истца. Каких-либо дополнительных доказательств, свидетельствующих о наличии у МЛГ такого состояния здоровья, которое бы лишало ее возможности правильно выразить свою волю в завещании, о понуждении ее к составлению завещания, истцом не представлено.
Доводы истца на то, что, что МЛГ никогда не высказывала намерений о возможности выделения какой-либо доли в праве собственности на квартиру посторонним лицам, в частности Кряковой Т.Е., выводов суда не опровергают и к иным выводам привести не могут.
Кроме того, в обоснование заявленных исковых требований Мурасова О.Г. сослалась на то, что в контексте положений ст. 169 ГК РФ действия Кряковой Т.Е., заведомо противоречат основам правопорядка и нравственности.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте № 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 29.05.2012 «О судебной практике по делам о наследовании» сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 гл. 9 ГК РФ) и специальными правилами разд. V ГК РФ.
В соответствии со ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.
С учетом установленных по делу обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что завещатель МЛГ при составлении завещания реализовала один из ключевых принципов наследственного права- принцип свободы завещания (ст. 1119 ГК РФ), который и позволил ей совершить завещание на подобных условиях, включение МЛГ в свое завещание распоряжения не противоречат основам правопорядка и нравственности, действия ответчика Кряковой Т.Е. не свидетельствуют о недобросовестном поведении с целью получения доли в квартире, поскольку своими действиями ответчик не способствовала составлению завещания со стороны наследодателя в свою пользу.
Суд не установил обстоятельства, свидетельствующие о возможности признания завещания недействительным по ст. 169 ГК РФ.
С учетом изложенного, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований Мурасовой О.Г. к Кряковой Т.Е. о признании завещания от **.**,**МЛГ в пользу Мурасовой О.Г., Кряковой Т.Е. в отношении принадлежащего ей имущества, состоящего из квартиры, расположенной по адресу: …, удостоверенного нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Романовской Н.М., зарегистрированного в реестре за № **, недействительным в соответствии со ст. 177 ГК РФ, а также судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о возможности признания завещания недействительным по ст. 169 ГК РФ.
Расходы по проведению экспертиз оплачены истцом, согласно определениям суда о назначении экспертиз в полном объеме, что подтверждается платежными документами, в связи с чем не подлежат взысканию в пользу экспертных учреждений (л.д. 157-158).
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Мурасовой О.Г. к Кряковой Т.Е. о признании завещания МЛГ, умершей **.**,**, удостоверенного **.**,** нотариусом Кемеровского нотариального округа Кемеровской области Романовской Н.М., реестровый № **, недействительным- отказать.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Ленинский районный суд г. Кемерово в течение месяца со дня составления мотивированного решения.
Председательствующий: подпись Дугина И.Н.
Мотивированное решение составлено **.**,**.
Верно.
Судья: