Дело №2-3970/2017
Р Е Ш Е Н И Е
Именем Российской Федерации
г.Краснодар 14 ноября 2017 года
Октябрьский районный суд г.Краснодара в составе: председательствующего Балина М.В., при секретаре Логвиненко В.И.,
с участием истицы Тимофеевой Н.М., ее представителя по доверенности Проскурниной Е.В., ответчицы Джинджия Л.А. и ее представителя – адвоката Татаринцева Ю.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Тимофеевой Нины Михайловны к Джинджия Ларисе Александровне о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением и завещания, а также о взыскании судебных расходов,
У С Т А Н О В И Л :
Тимофеева Н.М. через представителя обратилась в суд с иском к Джинджия Л.А., в котором просит признать недействительным завещание Тимофеевой Н.М. от 21 марта 2017 года и договор пожизненного содержания с иждивением от 30 мая 2017 года.
В обоснование заявленных требований истица указала, что 31 августа 2017 года умерла ее бабушка Тимофеева Н.М. Считая себя единственной наследницей, она обратилась к нотариусу с заявлением о вступлении в открывшееся наследство, состоящее из двух квартир, расположенных по адресам: <,адрес>,, и <,адрес>,. Однако нотариус ей сообщила, что собственником двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <,адрес>,, с ДД.ММ.ГГГГ является ФИО1 на основании договора пожизненного содержания с иждивением от 30 мая 2017 года. Также ей стало известно, что 21 марта 2017 года ее бабушка Тимофеева Н.М. подписала новое завещание, по условиям которого, однокомнатная квартира, расположенная по адресу: <,адрес>,, завещана истице – Тимофеевой Н.М., а двух комнатная квартира, расположенная по адресу: <,адрес>,, завещана – Джинджия Л.А. Указала, что Джинджия Л.А. не является родственницей умершей, в связи с чем, не имеет права на часть ее имущества. Полагает, что при подписании завещания Тимофеева Н.М. была не способна понимать значение своих действий или руководить ими. Кроме того, собственноручно, в виду болезни, она не могла подписать завещание и договор. Указывает, что у умершей имелось большое количество заболеваний, в виду которых у нее было снижено интеллектуальное мышление и она не могла оценивать окружающую ситуацию, страдая при этом провалами в памяти. Считает, что на момент подписания договора иждивения и указанного завещания Тимофеева Н.М. не была полностью дееспособна и не могла понимать значение своих действий и руководить ими, что является основанием для признания завещания от 21 марта 2017 года и договора о пожизненном содержании с иждивением от 30 мая 2017 года незаконными.
В судебном заседании истица Тимофеева Н.М. и ее представитель по доверенности Проскурнина Е.В. исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении. Дополнительно истица пояснила, что она является единственной внучкой умершей Тимофеевой Н.М. В виду смерти ее родителей, в 2010 году она переехала жить на постоянной основе к бабушке. Через два года Тимофеева Н.М. сильно заболела. Первое время помогала ее подруга Светлана, но позже в виду ссоры, Светлана уехала в г.Москва, оставив ее на едина с лежачей бабушкой. На протяжении двух лет она самостоятельно ухаживала за бабушкой, выполняя все необходимые медицинские и гигиенические процедуры. Позже состояние бабушки ухудшилось, и она решила нанять сиделку, чтобы иметь возможность учиться и работать. Долгое время бабушка отказывалась от всех предложенных ею кандидатур на должность сиделки, а позже, по рекомендации знакомых, она наняла ФИО1, кандидатура которой в полной мере устроила бабушку. Джинджия Л.А. не всегда надлежащим образом выполняла свои обязанности, иногда уходила в запой и не выходила на работу. Она предлагала бабушке заменить Джинджию Л.А. на другую сиделку, но бабушка возражала и настаивала только на ней. Спустя некоторое время отношения между ней и бабушкой стали портиться, бабушка стала обзывать ее, обвинять в воровстве ее еды. Узнав, что бабушка решает без ее ведома вопрос о переоформлении одной из квартир на Джинджия Л.А., она, являясь единственной внучкой и на протяжении долгого времени осуществляющей постоянный уход за Тимофеевой Н.М., попросила ее заключить с ней договор пожизненного содержания с иждивением, а также договор дарения второй квартиры, в качестве гарантии сохранности имущества, но бабушка отказалась это делать. Поскольку дальнейшее совместное проживание с бабушкой из-за участившихся бытовых скандалов и споров относительно судьбы недвижимого имущества стало невозможным, она предложила бабушке в течение 07 дней определиться с судьбой квартир и согласиться на ее условия, либо она просто уйдет от нее и будет жить отдельно. Бабушка не согласилась на ее условия, и она вместе со своим сожителем, собрав вещи, в ноябре 2016 года съехали с квартиры. После этого она несколько раз (на новый год, на день рождения бабушки и на 08 марта) приходила проведывать бабушку. Звонила она ей когда 1 раз в неделю, когда 1 раз в две недели. Продукты питания и медикаменты после ухода она больше для бабушки не приобретала и не приносила. Оценивая состояние здоровья бабушки, истица указала, что последние 04 года Тимофеева Н.М. засыпала лишь после приема снотворного, в результате чего иногда имелись провалы в памяти и путаница во времени суток. Бабушка принимала большое количество медикаментов и не всегда могла отдавать отчет своим действиям. Полагает, что ФИО25 и Джинджия Л.А. оказали плохое воздействие на Тимофееву Н.М. и настроили ее против нее, что послужило причиной изменения воли последней относительно распоряжения наследственным имуществом.
Ответчица Джинджия Л.А. и ее представитель – адвокат Татаринцев Ю.А. в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требования, считая их необоснованными и несостоятельными. Ответчица Джинджия Л.А. дополнительно пояснила, что с июня 2014 года она начала работать сиделкой у Тимофеевой Н.М. с оплатой – 150 рублей в час, с 14 часов 00 минут до 20 часов 00 минут, имея два выходных в неделю. На момент ее прихода Тимофеева Н.М. проживала в квартире вместе с внучкой, а позже с ними стал жить сожитель внучки. В ноябре 2016 года между Тимофеевой Н.М. и ее внучкой произошел конфликт, из-за желания внучки получить договоры дарения на две квартиры, принадлежащие Тимофеевой Н.М. На сколько ей известно, Тимофеева Н.М. отказалась заключать подобные договоры, поскольку боялась, что внучка ее бросит либо сдаст в дом престарелых. После конфликта внучка и ее сожитель съехали с квартиры. Состоянием Тимофеевой Н.М. резко ухудшилось. Она сильно переживала, рассказывала, что внучка грубо с ней обращалась и ее интересовали лишь деньги и квартиры. В тот период времени также пропал паспорт Тимофеевой Н.М., который был позже восстановлен. С того момента она стала на постоянной основе проживать с Тимофеевой Н.М. Тимофеева Н.М., понимая, что нуждается в помощи, говорила, что хочет заключить договор ренты с пожизненным содержанием. ФИО25 (старый друг Тимофеевой Н.М.) стал предлагать ей различные кандидатуры, но она постоянно отказывалась. В один момент Тимофеева Н.М. предложила ей заключить с ней договор ренты с пожизненным содержанием, на что она ответила согласием, поскольку на протяжении долгого времени ухаживала за Тимофеевой Н.М. и к ней привыкла. В процессе подготовки, она по доверенности от Тимофеевой Н.М., оформила недостающие документы на квартиру. Второй квартиры она не касалась и ей про нее ничего не известно. До того как был подписан договор иждивения, в январе 2017 года внучка Тимофеевой Н.М. со своим молодым человеком приходили за своими вещами и она предложила внучке помириться с Тимофеевой Н.М., но диалога между ними не получилось. В марте 2017 года, по инициативе Тимофеевой Н.М., в виду затяжного процесса оформления договора ренты с пожизненным иждивением, было составлено завещание, по условиям которого, однокомнатная квартира отходила к внучке Тимофеевой Н.М., а двухкомнатная квартира – к ней. Она предупреждала Тимофееву Н.М., что в случае такого раздела имущества у нее в дальнейшем будут проблемы с внучкой, но она настояла именно на таком варианте раздела. Позже, оформив выезд нотариуса на дом, Тимофеева Н.М. через рукоприкладчика ФИО25 в присутствии нотариуса дала согласие на подписание ФИО25 завещания именно в такой редакции. В мае 2017 года подобным образом был подписан договор ренты с пожизненным содержанием между ней и Тимофеевой Н.М. На вопросы участников процесса и суда ответчица дополнительно пояснила, что за время ее ухода за Тимофеевой Н.М., последняя набрала около 15 кг веса, стала лучше себя чувствовать. Обстановка в квартире улучшилась, стало чище. Относительно состояния здоровья Тимофеевой Н.М. ответчица пояснила, что до самой смерти она была адекватная и полностью отдавала отчет своим действиям и поступкам. Действительно у нее имелся комплекс заболеваний, но при этом на умственные способности это никакого воздействия не оказывало. Относительно привлечения ФИО25 в качестве рукоприкладчика ответчика пояснила, что это была исключительно инициатива и желание Тимофеевой Н.М., поскольку он являлся ее давним другом и всегда помогал, когда она его об этом просила. После ухода внучки из квартиры Тимофеевой Н.М., никакой помощи с ее стороны не было, продукты питания и медикаменты она приобретала за свои собственные денежные средства. Похороны Тимофеевой Н.М. и поминки были также оплачены исключительно ею.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО25 в судебном заседании показал, что Тимофееву Н.М. знал на протяжении 35 лет и находился с ней в дружеских отношениях. Всегда оказывал посильную помощь в просьбах последней. Ему известно, что около 4-х лет совместно с Тимофеевой Н.М. проживала Джинджия Л.А., работающая в качестве сиделки. Тимофеева Н.М. ему рассказывала, что внучка обращается с ней грубо. Осенью 2016 года Тимофеева Н.М. ему рассказала, что ее внучка заявила о том, что завещание на две квартиры ее не устраивает, и она хочет, чтобы Тимофеевна Н.М. заключила с ней договоры дарения на эти квартиры. Но Тимофеева Н.М. не согласилась на поставленное условие, и через неделю, данную ей внучкой на раздумье, внучка и ее сожитель съехали с квартиры, оставив Тимофееву Н.М. одну с Джинджия Л.А. Тогда же пропал паспорт на имя Тимофеевой Н.М. После ухода внучки с квартиры, Тимофеева Н.М. резко изменила свое мнение о ней и попросила организовать выезд нотариуса на дом, и он от имени Тимофеевой Н.М., в присутствии нотариуса, расписался в завещании, по которому однокомнатная квартира отходила к внучке Тимофеевой Н.М., а двухкомнатная квартира – к Джинджия Л.А. Такой порядок раздела имущества был предложен Тимофеевой Н.М. Перед подписанием завещания нотариус продолжительное время общалась с Тимофеевой Н.М., после чего, убедившись, что она отдает отчет своим действиям и понимает суть происходящего, разрешила ему подписать завещание от имени Тимофеевой Н.М. Джинджия Л.А. при этом в комнате отсутствовала. Позже был заключен договор ренты с пожизненным содержанием. На вопросы участников процесса и суда ФИО25 пояснил, что после того, как за Тимофеевой Н.М. стала ухаживать Джинджия Л.А., ее состояние улучшилось. При выборе кандидатуры на заключение договора ренты с пожизненным содержанием, он и Тимофеева Н.М. уговаривали Джинджия Л.А. согласиться досматривать Тимофееву Н.М. и заключить данный договор. Джинджия Л.А. долго отказывалась, так как ухаживать за Тимофеевой Н.М. было не просто. Относительно состояния здоровья Тимофеевой Н.М. в момент составления завещания и подписания договора ренты с пожизненным содержанием, ФИО25 пояснил, что она была адекватная и понимала суть происходящего. Он на протяжении долгого времени и регулярно приходил, проведывал ее и утверждает, что Тимофеева Н.М. интеллектуальных расстройств не имела и четко с пониманием возможных последствий выразила свою волю относительно порядка раздела принадлежащего ей имущества. Ему известно, что Джинджия Л.А. предпринимала попытки к примирению Тимофеевой Н.М. и ее внучки, но положительного результата от этого получено не было.
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)
Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, нотариус ФИО24 в судебном заседании показала, что ДД.ММ.ГГГГ обратилась ФИО1 с заявлением Тимофеевой Н.М. на выдачу доверенности на оформление документов на квартиру и заключение договора ренты с пожизненным содержанием. Придя домой в Тимофеевой Н.М., она обратила внимание на чистоту и порядок. Последняя самостоятельно и внятно обосновала ей необходимость получения нотариальной доверенности на имя Джинджия Л.А. Тимофеева Н.М. говорила медленно, но четко, понимая и осознавая все происходящее. Говорила, что за ней хорошо ухаживают, и она хочет заключить договор ренты с пожизненным содержанием. В марте 2017 года ее снова вызвали домой в Тимофеевой Н.М. Придя по вызову, Тимофеева Н.М. ей пояснила, что сын у нее умер, а осталась внучка и две квартиры, и она желает написать завещание, по которому квартира, расположенная по адресу: <,адрес>,, после ее смерти отойдет внучке, а квартира, расположенная по адресу: <,адрес>,, — Джинджия Л.А. Также пояснила, что плохо себя чувствует и не хочет ждать заключение договора ренты с пожизненным содержанием. Оценивая состояние Тимофеевой Н.М. на предмет умственных способностей к совершению подобных юридических действий, она убедилась, что последняя по-прежнему находится в здравом уме и осознает происходящее. После чего, по просьбе Тимофеевой Н.М., подготовленное завещание подписал рукоприкладчик ФИО25 Не смотря на данное завещание, в мае 2017 года между Тимофеевой Н.М. и Джинджия Л.А. был заключен договор ренты с пожизненным содержанием. Придя домой к Тимофеевой Н.М. для удостоверения факта подписи указанного договора, она снова обратила внимание, на состояние здоровья Тимофеевой Н.М. и, убедившись, что оно не изменилось, удостоверила подпись данного договора. После этого, она приходила в последний раз к Тимофеевой Н.М. по вопросу составления завещания по вкладам, которые она также решила разделить в равных долях между внучкой и Джинджия Л.А. Сомнений в адекватности Тимофеевой Н.М. у нее не возникло. Относительно состояния здоровья Тимофеевой Н.М. нотариус ФИО24 пояснила, что она была старенькая, но адекватная, благородная, образованная и грамотная женщина, способная четко изложить суть вопроса и дать обоснованный ответ на любой вопрос. Перед заверением подписи в завещании и в договоре, она осматривала медицинскую справку о том, что Тимофеева Н.М. является <,данные изъяты>,. Но данная справка была иного образца, когда инвалидность присвоена в виду психического заболевания, поэтому сомнений в дееспособности Тимофеевой Н.М. у нее не возникло.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 показала, что Тимофеева Н.М. являлась ее двоюродной тетей. Отношения между ними были хорошие. Ей известно, что с 2012 по 2014 года за Тимофеевой Н.М. уход осуществляла ее внучка Нина, а в мае 2014 года они привлекли Джинджия Л.А. для ухода за Тимофеевой Н.М. по 6 часов в день с оплатой – 150 рублей в час. Деньги на оплату ее услуг шли от сдачи в аренду квартиры, расположенной на <,адрес>, в <,адрес>,. За время работы Джинджия Л.А. нареканий не было, все было хорошо, Тимофеева Н.М. была всем довольна. В 2016 году, в связи с тем, что квартира была в плохом техническом состоянии, ушли квартиранты и стал вопрос об оплате услуг Джинджия Л.А. Она сильного участия в данных вопросах не принимала. Ей известно, что вопрос продажи квартиры долго обсуждался, к данному вопросу также поключался друг Тимофеевой Н.М. – ФИО25. На фоне проблемы с квартирой отношения между Тимофеевой Н.М. и ее внучкой резко ухудшились. Когда внучка ушла, Тимофеева Н.М. предлагала платить Джинджия Л.А. по 20 000 рублей в месяц после продажи квартиры. С ноября 2016 года по ДД.ММ.ГГГГ Джинджия Л.А. самостоятельно ухаживала за Тимофеевой Н.М., и никто из родственников ей за это не платил и особой помощи не оказывал. За месяц до смерти Тимофеевой Н.М. ей стало известно, что в мае 2017 года с Джинджия Л.А. был заключен договор ренты с пожизненным содержанием. Данному факту она не удивилась, поскольку понимала, что за те услуги, которые оказывала Джинджия Л.А., квартира отойдет к ней. Это было абсолютно логично. Внучка Тимофеевой Н.М. просила заключить договор дарения квартиры, чтобы не допустить ее продажи. Почему внучка оставила Тимофееву Н.М. с чужим человеком ей не известно. Дополнительно указала, что на протяжении всей жизни у Тимофеевой Н.М. был жесткий и конкретный характер, в семье она была очень требовательна, хотела многого внимания к себе. У Тимофеевой Н.М. имелись множественные заболевания, но в медицинских учреждениях, в том числе и психиатрических, она не находилась, поскольку не было необходимости. В последнее время она общалась с Тимофеевой Н.М. по праздникам, а последний раз – за два дня до ее смерти. Из телефонного разговора она поняла, что Тимофеева Н.М. чувствует себя хорошо. Тимофеева Н.М. давала ей советы по медицинским процедурам и находилась в абсолютно адекватном состоянии. Указала, что ей известно, что Джинджия Л.А. предпринимала попытки примирить Тимофееву Н.М. с внучкой, но этого не получилось.
Свидетель ФИО10, будучи допрошенной в судебном заседании, показала, что Тимофееву Н.М. она знает с 1973 года. Отношения между ними были хорошие. После того, как осенью 2013 года у Тимофеевой Н.М. случился сердечный приступ, она долгое время помогала ухаживать за ней. В 2013 года было сделано завещание на внучку. В августе 2016 года между ней и Тимофеевой Н.М. произошел словесный конфликт и отношения между ними испортились. После этого ей звонил ФИО25 (друг Тимофеевой Н.М.) и предлагал быть рукоприкладчиком от имени Тимофеевой Н.М. по договору ренты с пожизненным содержанием, но она отказалась. Причины изменения завещания ей не известны. На вопросы суда и участников процесса свидетель дополнительно пояснила, что Джинджию Л.А. она узнала, когда пришла в гости к Тимофеевой Н.М. В семейные вопросы и вопросы раздела квартир она не лезла и ничего не знает. Ей известно, что ранее отношения между Тимофеевой Н.М. и ее внучкой были хорошие. Относительно состояния здоровья Тимофеевой Н.М. свидетель пояснил, что здоровье у нее было хорошее, но она сильно переживала смерть сына. В целом она была адекватная, но могла забывать некоторые вещи. У нее был жесткий характер из-за занимаемой должности.
Свидетель ФИО11, допрошенная в судебном заседании, показала, что работает врачом-психиатром в СПБ № диспансерном отделении. ДД.ММ.ГГГГ, с выездом на дом, Тимофеева Н.М. была освидетельствована <,данные изъяты>,ФИО12 Перед началом освидетельствования Тимофеева Н.М. пояснила, что согласна пройти освидетельствование, и расписалась об этом. По итогу указанного освидетельствования, врач-психиатр установила диагноз – <,данные изъяты>,. После этого амбулаторная карта Тимофеевой Н.М. была передана на врачебную комиссию диспансерного отделения. ДД.ММ.ГГГГ она приехала домой к Тимофеевой Н.М. Там же находилась Джинджия Л.А. Тимофеева Н.М. не возражала против проведения психиатрического освидетельствования, она была доступна продуктивному контакту, пояснила, что из-за болезни колен сама ходить не может. Причину визита и суть она понимала полностью. Вопросы понимала, ответы давала полные, имелась внешняя утомляемость. Нарушений интеллекта и памяти выявлено не было. Она ориентировалась во времени, в датах, в размере пенсии. Внешних признаков обмана или галлюцинаций не было. Тяжелые психиатрические заболевания отсутствовали, оснований для постановки на соответствующий учет не имелось. Позже ФИО25 приехал в больницу и получил справку о том, что Тимофеева Н.М. на учете не состоит. ДД.ММ.ГГГГ поступило заявление Джинджия Л.А. о проведении домашнего осмотра Тимофеевой Н.М. для предоставления соответствующей справки нотариусу. В этот же день она приехала домой к Тимофеевой Н.М., она была в постели. В присутствии Джинджия Л.А. Тимофеева Н.М. высказала согласие о прохождении психиатрического освидетельствования. Ее состояние не изменилось, она была адекватная и все понимала, в связи с чем, в отношении нее был установлен диагноз – органическое-астеническое расстройство смешанного генеза. Тимофеева Н.М. лично расписалась в заявлении о выдаче справки и доверила ее получение Джинджия Аркадию. В результате проведенной беседы, Тимофеева Н.М. пояснила, что очень благодарна Джинджия Л.А. за ее помощь и собирается с ней оформить договор ренты с пожизненным содержанием. В результате такого общения, она установила, что интеллект не нарушен. Позже данная справка была подготовлена, и ДД.ММ.ГГГГФИО26 получил ее. На дополнительные вопросы свидетель пояснила, что на момент ее прихода в квартире Тимофеевой Н.М. была чистота и порядок, а последняя – чистая и опрятная. Перед тем, как получить подпись от Тимофеевой Н.М., поскольку она плохо видела, она подносила ей лист бумаги, показывала, где нужно расписаться и Тимофеева Н.М. расписывалась. На момент освидетельствования Тимофеева Н.М. отдавала отчет своим действиям и рассказывала о главном враче больницы, который являлся ее знакомым.
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО13, пояснила, что Тимофеева Н.М. ранее до выхода на пенсию работала в должности главного врача в больнице и всегда была честной и справедливой. Навещала она ее 3-4 раза в год и последний раз был в конце мая 2017 года. Во время последней встречи Тимофеева Н.М. ей рассказала и в ходе беседы несколько раз повторила, что ее бросила внучка и никакой помощи ей не оказывает. Ей известно, что причиной конфликтной ситуации стал вопрос о разделе квартир, поскольку внучка хотела, чтобы все квартиры были переписаны на нее. Относительно состояния здоровья Тимофеевой Н.М. свидетель пояснила, что последняя была в адекватном состоянии и в полной мере отдавала отчет своим действиям. В ходе беседы Тимофеева Н.М. консультировала ее по медицинским вопросам, рассказывая о свойствах некоторых медицинских препаратов. Дополнительно свидетель показала, что ФИО14 порекомендовала Тимофеевой Н.М. Джинджия Л.А. в качестве сиделки, поскольку досмотр был плохой, и Тимофеева Н.М. находилась в истощенном состоянии. После привлечения Джинджия Л.А. состояние Тимофеевой Н.М. значительно улучшилось.
Свидетель ФИО15 в судебном заседании показала, что работает социальным работником в КСЦО «Берег» и в ее обязанности входит принос и доставка продуктов питания, промтоваров, оплата коммунальных услуг, помощь в уборке и т.д. На протяжении 12 лет она 2 раза в неделю приходила к Тимофеевой Н.М. и выполняла ее поручения. Иногда ей приходилось готовить кушать. Тимофеева Н.М. ей рассказывала, что ее внучка плохо ухаживала за ней и ей не хватает оказываемого ухода. После появления Джинджия Л.А. ситуация нормализовалась, дома стало гораздо чище, практически все домашние вопросы она взяла на себя, Тимофеева Н.М. была очень довольна услугами Джинджия Л.А. Когда она в очередной раз пришла к Тимофеевой Н.М., то увидела у входа коробки с вещами, на что Тимофеева Н.М. ей рассказала, что ее внучка съезжает с квартиры, поскольку стала требовать дарственную на все квартиры, а она отказалась от этого. Тогда же Тимофеева Н.М. ей рассказала, что будет просить Джинджия Л.А., чтобы она продолжала за ней ухаживать, а она ей за это отпишет квартиру.
Свидетель ФИО16 в судебном заседании показала, что с ФИО2 была знакома много лет. Ей известно, что ФИО2 проживала вместе со своей внучкой, которая за ней ухаживала, и Тимофеева Н.М. была всем очень довольна. Последний раз она общалась с ней в мае 2017 года, хотела поздравить с праздниками, но этого сделать ей не удалось, так как она не смогла разобрать, что Тимофеева Н.М. ей в ответ отвечала. Тимофеева Н.М. ее не узнала и положила трубку. Разговора толком не получилось. Перед этим она звонила Тимофеевой Н.М. 08 марта 2017 года, они хорошо пообщались, и в ходе беседы Тимофеева Н.М. ей рассказала, что е внучка забрала у нее паспорт. Относительно состояния здоровья последней свидетель показала, что Тимофеева Н.М. была полностью адекватная и давала ей советы по медицине. Речевые проблемы у нее были, но после прохождения курса лечения речь восстанавливалась в полном объеме. Она были свидетелем такого 2 раза. Зрение у Тимофеевой Н.М. было тоже плохое, она узнавала ее по голосу. Очень сильно переживала относительно разлада с внучкой.
Свидетель ФИО10 в судебном заседании показала, что с Тимофеевой Н.М. она знакома с 1973 года. После того, как у Тимофеевой Н.М. случился сердечный приступ в 2013 году, она с ее двоюродной племянницей вызвали нотариуса Чугай, которая в итоге составила и заверила завещание Тимофеевой Н.М. на внучку. С осени 2013 года по август 2016 года она периодически оказывала помощь по уходу за Тимофеевой Н.М. Однажды ей позвонил ФИО17 и интересовался условиями заключения договора ренты. В августе 2016 года у нее с Тимофеевой Н.М. произошел словесный конфликт и их отношения ухудшились, в связи с чем, от поступившего позже предложения ФИО25 быть рукоприкладчиком Тимофеевой Н.М. по договору ренты она отказалась. Причины изменения условий завещания Тимофеевой Н.М. ей не известны. Отношения между Тимофеевой Н.М. и ее внучкой были хорошие. О Ситуации с квартирами она узнала после смерти последней. Относительно здоровья Тимофеевой Н.М. свидетель показала, что состояние у нее было хорошее, сильно беспокоили ноги. Она очень переживала смерть сына. В последние годы Тимофеева Н.М. была адекватная, иногда забывала некоторые моменты.
Свидетель ФИО18 в судебном заседании показал, что встречается с внучкой Тимофеевой Н.М. – Ниной с апреля 2011 года, Тимофееву Н.М. знает с того же времени. В ноябре 2015 года он переехал жить к Нине с ее бабушкой – Тимофеевой Н.М. Отношения между ними были хорошие, он часто помогал Нине ухаживать за бабушкой, а иногда и замещал ее. С середины 2015 года в качестве сиделки они привлекли Джинджия Л.А., так как учеба Нины стала требовать большего времени. После появления Джинджия Л.А., они стали замечать, что отношение Тимофеевой Н.М. к ним стало меняться, она стала к ним хуже относиться, кричала, обвиняла в воровстве, обзывать Нину. После того, как съехали квартиранты с одной из квартир, принадлежащих Тимофеевой Н.М., у них начались проблемы с деньгами. Однажды он стал свидетелем разговора Тимофеевой Н.М. и ФИО25 о необходимости продажи одной из квартир. Нина стала возмущаться, почему этот вопрос решается без ее участия, на что Тимофеева Н.М. ответила, что не обязана ни с кем советоваться и обсуждать этот вопрос с ними. Чтобы не продавать квартиру, он вместе с Ниной и его мама предлагали различные варианты Тимофеевой Н.М. относительно стабилизации материального вопроса, но она не желала их слушать. В виду участившихся конфликтов, 19 ноября 2016 года они съехали с квартиры и переехали к его маме. На протяжении 8 месяцев Нина созванивалась с бабушкой и редко приезжала к ней. В последнее время Тимофеева Н.М. путала людей и у нее начались проблемы с памятью, иногда случались провалы в воспоминаниях.
Свидетель ФИО19 в судебном заседании показала, что ее сын – ФИО18 – с 2011 года общается с Ниной. Ей известно, что у Нины родители умерли и она проживает вместе с бабушкой – Тимофеевой Н.М. На протяжении 6,5 лет она ходила в гости к детям и иногда общалась с Тимофеевой Н.М. В ноябре 2016 года Нина ей рассказала, что бабушка решила выставить на продажу квартиру, расположенную на <,адрес>, в <,адрес>,. Однажды в ноябре 2016 года она осталась одна в комнате Нины и ее сына на квартире у Тимофеевой Н.М. и стала свидетелем разговора ФИО25, Джинджия Л.А. и Тимофеевой Н.М. о необходимости продажи квартиры. ФИО25 пояснял, что договорился с нотариусом, но для этого потребуется заключение психиатра в отношении Тимофеевой Н.М., на что последняя согласилась. Узнав об этом, она и Нина стали предлагать различные варианты сохранения квартиры: оформить ренту на Нину, заключить договор дарения с Ниной, но все предложения были отклонены Тимофеевой Н.М. Об оформлении квартир на внучку, она не желала слышать. О том, что договор ренты был заключен с Джинджия Л.А., она узнала в день похорон Тимофеевой Н.М. Считает, что последняя была не совсем адекватная.
Свидетель ФИО20 в судебном заседании показала, что она является подругой Тимофеевой Нины Михайловны, внучки Тимофеевой Н.М. Тимофееву Н.М. она впервые увидела в 2008-2009 года, а потом в 2014 года, когда она уже была лежачая. Когда она приходила к подруге в гости, то иногда немного общалась и с ее бабушкой (Тимофеевой Н.М.). Со временем у Тимофеевой Н.М. зрение ухудшилось. Несколько раз она оставалась ночевать в квартире подруги, так как за Тимофеевой Н.М. нужно было ухаживать, а оставить ее одну внучка не могла. Иногда Тимофеева Н.М. ей жаловалась, что ее внучка ворует у нее еду. В ноябре 2016 года Нина вынужденно ушла от бабушки. О причине конфликта с бабушкой она знает со слов подруги. Ей также известно, что после переезда Нина несколько раз приезжала навестить бабушку.
Свидетель ФИО21 в судебном заседании показал, что является другом Нины – внучки Тимофеевой Н.М. В конце ноября 2016 года он помогал перевозить вещи Нины и ее сожителя с квартиры бабушки, где они совместно проживали. Находясь в квартире, он слышал разговор между Ниной, ее сожителем, Тимофеевой Н.М., ФИО19 и еще двух незнакомых ему женщин. ФИО19 предлагала выкупить квартиру, либо подарить ее Нине, либо оформить на Нину ренту с пожизненным содержанием, но находящийся в комнате мужчина высказался против этого предложения, и разговор на этом прекратился.
Исследовав материалы дела, выслушав мнения сторон, суд приходит к выводу, что заявленные требования являются необоснованными и не подлежат удовлетворению, по следующим основаниям.
Согласно ст.1118 ГК РФ, распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания через представителя не допускается. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.
Часть 1 статьи 1119 ГК РФ устанавливает, что завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных ГК РФ, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами ст.1130 ГК РФ. Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве.
В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО22, вне помещения нотариальной конторы, по адресу: <,адрес>,, удостоверено завещание Тимофеевой Нины Михайловны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, подписанное лично последней, согласно которому, все принадлежащее ей на момент смерти имущество и имущественные права были завещаны ее внучке – Тимофеевой Нине Михайловне, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
В соответствии с ч.2 ст.1119 ГК РФ, завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.
ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО24, вне помещения нотариальной конторы, по адресу: <,адрес>,, удостоверено завещание Тимофеевой Нины Михайловны, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, подписанное в виду болезни последней в ее присутствии рукоприкладчиком ФИО25, предупрежденным о соблюдении требований статей 1123 и 1124 ГК РФ, по условиям которого Тимофеева Н.М., находясь в здравом уме и твердой память, действуя добровольно, завещала принадлежащую ей на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: <,адрес>,, — своей внучке Тимофеевой Нине Михайловне, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а квартиру, расположенную по адресу: <,адрес>, – завещала Джинджия Ларисе Александровне, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Личность завещателя установлена, дееспособность его проверена.
Из завещания следует, что его текст записан нотариусом со слов Тимофеевой Н.М. и до подписания оглашен ей нотариусом в полном объеме, поскольку не мог быть прочитан в виду болезни.
Учитывая факт болезни Тимофеевой Н.М., по ее личной просьбе в присутствии нотариуса от ее имени подписался ФИО25, будучи ознакомленный с положениями статей 1123 и 1124 ГК РФ.
В соответствии со ст.1130 ГК РФ, завещатель вправе отменить или изменить составленное им завещание в любое время после его совершения, не указывая при этом причины его отмены или изменения. Для отмены или изменения завещания не требуется чье-либо согласие, в том числе лиц, назначенных наследниками в отменяемом или изменяемом завещании.
Также установлено, что завещатель вправе посредством нового завещания отменить прежнее завещание в целом либо изменить его посредством отмены или изменения отдельных содержащихся в нем завещательных распоряжений. Последующее завещание, не содержащее прямых указаний об отмене прежнего завещания или отдельных содержащихся в нем завещательных распоряжений, отменяет это прежнее завещание полностью или в части, в которой оно противоречит последующему завещанию.
Учитывая описанные выше положения Закона, а также принимая во внимание факт соблюдения процедуры составления и нотариального удостоверения последнего завещания Тимофеевой Н.М., с учетом его подписи рукоприкладчиком ФИО25, которому предварительно были разъяснены требования ст.1123 и 1124 ГК РФ, суд приходит к выводу, что данное обстоятельство свидетельствует об отмене прежнего завещания Тимофеевой Н.М., удостоверенного нотариусом ФИО22ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того, в судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между Тимофеевой Ниной Михайловной, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и Джинджия Ларисой Александровной, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заключен и нотариально удостоверен договор пожизненного содержания с иждивением, по условиям которого, Тимофеева Н.М. бесплатно передала в собственность Джинджия Л.А. принадлежащую ей на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: <,адрес>,, а Джинджия Л.А., в свою очередь, обязалась пожизненно содержать Тимофееву Н.М., обеспечивая ее питанием, одеждой, медикаментами, уходом, необходимой помощью, стоимость которых определена сторонами ежемесячно в размере двух величин прожиточного минимума на душу населения, и сохранив за ней право бесплатного пожизненного проживания и пользования указанной выше квартирой. При этом Джинджия Л.А. обязалась оплатить все ритуальные и похоронные услуги, в случае смерти Тимофеевой Н.М. В виду болезни Тимофеевой Н.М., по ее личной просьбе, в присутствии нотариуса указанный договор подписан ФИО25, личность которого установлена. Дееспособность участников сделки проверена.
06 июня 2017 года указанный договор прошел государственную регистрацию, по результату которой переход права был зарегистрирован.
31 августа 2017 года ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла (актовая запись № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельство о смерти №).
В соответствии со ст.1113 ГК РФ, наследство открывается со смертью гражданина.
Согласно ст.1112 ГК РФ, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Принимая во внимание факт заключения и государственной регистрации договора пожизненного содержания с иждивением, в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО2, из недвижимого имущества вошла лишь квартира, расположенная по адресу: <,адрес>,, которая, согласно волеизъявлению умершей ФИО2, зафиксированному в завещании от ДД.ММ.ГГГГ, завещана Тимофеевой Нине Михайловне, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
В обоснование требований о признании недействительным завещания Тимофеевой Н.М. от ДД.ММ.ГГГГ и договор пожизненного содержания с иждивением от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Тимофеевой Н.М. и Джинджия Л.А., истица указала, что на момент совершения указанного завещания и заключения описанного договора Тимофеева Н.М. не была в полной мере дееспособной, а если и была, то находилась в состоянии, когда не понимала значения своих действий и не могла руководить ими.
Анализируя совокупность материалов дела, учитывая показания свидетелей и третьих лиц, суд приходит к выводу, что указанные утверждения истицы являются необоснованными, надуманными и голословными.
Из показаний свидетелей ФИО10, ФИО13, ФИО15, ФИО16, ФИО9, третьих лиц нотариуса ФИО24 и ФИО25 установлено, что сомнений в адекватности Тимофеевой Н.М. ни у кого из перечисленных лиц при непосредственном общении с Тимофеевой Н.М. не возникло. Относительно состояния здоровья свидетели и третьи лица пояснили, что Тимофеева Н.М. была старенькая, но адекватная, благородная, образованная и грамотная женщина, способная четко изложить суть вопроса, дать обоснованный ответ на любой вопрос и проконсультировать по медицинскому направлению.
Согласно показаний свидетеля ФИО9, у Тимофеевой Н.М. имелись множественные заболевания, но в медицинских учреждениях, в том числе и психиатрических, она не находилась, поскольку не было необходимости. В последнее время она общалась с Тимофеевой Н.М. по праздникам, а последний раз – за два дня до ее смерти. Из последнего телефонного разговора она поняла, что Тимофеева Н.М. чувствует себя хорошо, так как давала ей дельные советы по медицинским процедурам и находилась в абсолютно адекватном состоянии.
Из показаний свидетеля ФИО11, работающей врачом-психиатром в СПБ № в диспансерном отделении, следует, что ДД.ММ.ГГГГ она приехала домой к Тимофеевой Н.М., где уже находилась Джинджия Л.А. Тимофеева Н.М. не возражала против проведения психиатрического освидетельствования, она была доступна продуктивному контакту и пояснила, что из-за болезни колен сама ходить не может. Причину визита и суть она понимала полностью. Вопросы понимала, ответы давала полные, имелась внешняя утомляемость. Нарушений интеллекта и памяти выявлено не было. Она ориентировалась во времени, в датах, в размере пенсии. Внешних признаков обмана или галлюцинаций не было. Тяжелые психиатрические заболевания отсутствовали, оснований для постановки на соответствующий учет не имелось. По итогу освидетельствования ей была подготовлена справка о том, что Тимофеева Н.М. на учете не состоит. 26 мая 2017 года поступило заявление Джинджия Л.А. о проведении домашнего осмотра Тимофеевой Н.М. для предоставления соответствующей справки нотариусу. В этот же день она приехала домой к Тимофеевой Н.М. и в присутствии Джинджия Л.А., Тимофеева Н.М. высказала согласие о прохождении психиатрического освидетельствования. Ее состояние не изменилось, она была адекватная и все понимала, в связи с чем, в отношении нее был установлен диагноз – органическое-астеническое расстройство смешанного генеза. Тимофеева Н.М. лично расписалась в заявлении о выдаче справки и доверила ее получение Джинджия Аркадию. В результате проведенной беседы, она установила, что интеллект у Тимофеевой Н.М. не нарушен. На момент освидетельствования Тимофеева Н.М. отдавала отчет своим действиям.
По показаниям третьего лица – нотариуса ФИО24, в марте 2017 года ее в очередной раз вызвали домой к Тимофеевой Н.М. Придя по вызову, Тимофеева Н.М. пояснила, что желает написать завещание, по которому квартира, расположенная по адресу: <,адрес>,, после ее смерти отойдет внучке, а квартира, расположенная по адресу: <,адрес>,, — Джинджия Л.А. Также пояснила, что плохо себя чувствует и не хочет ждать заключение договора ренты с пожизненным содержанием. Оценивая состояние Тимофеевой Н.М. на предмет умственных способностей к совершению подобных юридических действий, она убедилась, что последняя по-прежнему находится в здравом уме и осознает происходящее. После чего, по просьбе Тимофеевой Н.М., подготовленное завещание подписал рукоприкладчик ФИО25 Также нотариус указала, что перед заверением подписи в завещании и в договоре, она осматривала медицинскую справку о том, что Тимофеева Н.М. является <,данные изъяты>,. Но данная справка была иного образца, когда инвалидность присвоена в виду психического заболевания, поэтому сомнений в дееспособности Тимофеевой Н.М. у нее не возникло.
Показания указанных свидетелей суд принимает как достоверные, поскольку они согласуются с совокупностью материалов дела и им не противоречат. Каждый из указанных свидетелей предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст.307 УК РФ, повода для оговора ими Тимофеевой Н.М., Джинджия Л.А. и Тимофеевой Нины судом не установлено, в связи с чем, оснований не доверять данным показаниям не имеется.
Кроме того, согласно идентичным справкам № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 по диспансерным наблюдением у врача-психиатра диспансерного отделения ГБУЗ СПБ № МЗ КК не состояла.
Какие-либо документы, подтверждающие факт признания Тимофеевой Н.М. недееспособной либо ограниченно дееспособной, сторонами по делу не представлены.
Указанные медицинские документы, в совокупности с перечисленными выше показаниями свидетелей, по мнению суда, свидетельствуют об отсутствии объективных обстоятельств, позволяющих усомниться в дееспособности Тимофеевой Н.М. как на момент удостоверения завещания от ДД.ММ.ГГГГ, так и в момент заключения и удостоверения подписей по договору пожизненного содержания с иждивением от ДД.ММ.ГГГГ, а также о неспособности последней руководить своими действиями и понимать суть происходящего.
Медицинская документация в отношении Тимофеевой Н.М., предоставленная истицей в обоснование позиции по делу, не свидетельствует о наличии у последней психических заболеваний, препятствующих совершению значимых юридических действий, либо иных отклонений, исключающих возможность понимать и руководить своими действиями.
Суд также не усматривает оснований для признания недействительным договора пожизненного содержания с иждивением от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Тимофеевой Н.М. и Джинджия Л.А., поскольку данных, свидетельствующих о ненадлежащим исполнении обязанностей по указанному договору в ходе рассмотрения настоящего дела получено не было.
Согласно справки, выданной уполномоченным представителем ООО «ГУК-Краснодар» ФИО23, Джинджия Л.А. осуществляла уход за гражданской Тимофеевой Н.М. с 2014 года до момента смерти последней, ДД.ММ.ГГГГ. Надлежащим образом обеспечивала ее медикаментами, продуктами питания, оплачивала коммунальные платежи и проживала по ее адресу.
По месту своего постоянного места жительства, Джинджия Л.А. характеризуется положительно.
В соответствии с ч.2 ст.605 ГК РФ, при существенном нарушении плательщиком ренты своих обязательств получатель ренты вправе потребовать возврата недвижимого имущества, переданного в обеспечение пожизненного содержания, либо выплаты ему выкупной цены. При этом плательщик ренты не вправе требовать компенсацию расходов, понесенных в связи с содержанием получателя ренты.
Из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей и третьих лиц, которые признаны судом достоверными и допустимыми доказательствами по делу, следует, что после того, как за Тимофеевой Н.М. стала ухаживать Джинджия Л.А., ее состояние улучшилось, в квартире стало чище. С ноября 2016 года по 31 августа 2017 года Джинджия Л.А. самостоятельно ухаживала за Тимофеевой Н.М., и никто из родственников ей за это не платил и особой помощи не оказывал. Тимофеева Н.М. была очень довольна услугами Джинджия Л.А. Свидетель ФИО9 показала, что факту заключения договора пожизненного содержания с иждивением между Тимофеевой Н.М. и Джинджия Л.А. она не удивилась, поскольку понимала, что за те услуги, которые оказывала Джинджия Л.А., квартира отойдет к ней. Это было абсолютно логично.
При таких обстоятельствах, учитывая факт отсутствия у Тимофеевой Н.М. психических заболеваний, препятствующих совершению значимых юридических действий, либо иных отклонений, исключающих возможность понимать и руководить своими действиями, а также принимая во внимание отсутствие и недоказанность факта ненадлежащего исполнения Джинджия Л.А. обязанностей по договору пожизненного содержания с иждивением, заключенному 30 мая 2017 года с Тимофеевой Н.М., суд находит исковые требования необоснованными, в связи с чем, отказывает в их удовлетворении.
Судебные расходы по делу отсутствуют.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 196-198 ГПК РФ, суд
Р Е Ш И Л :
Исковые требования Тимофеевой Нины Михайловны к Джинджия Ларисе Александровне о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением и завещания, а также о взыскании судебных расходов – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Краснодарского краевого суда через Октябрьский районный суд г.Краснодара в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.
Судья: подпись.
Копия верна.
Судья
Решение изготовлено в окончательной форме 14.11.2017 года.