Решение № 2-5/17 от 01.02.2017 Карачаевского городского суда (Карачаево-Черкесская Республика)

Гражданское дело 2-5/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

01 февраля 2017 года город Карачаевск

Резолютивная часть решения оглашена — 01 февраля 2017 года

Решение в окончательной форме изготовлено — 06 февраля 2017 года

Карачаевский городской суд Карачаево-Черкесской республики в составе председательствующего судьи Тарасова М.В.,

при секретаре судебного заседания Джашееве М.Ю.,

с участием:

истца Бородаева С.В., истца Динаевой Е.П.,

представителя истцов, адвоката филиала в г. Карачаевске, представившего удостоверение (номер обезличен) от (дата обезличена) и ордер (номер обезличен) Аджиева М.Х.,

ответчика Черныш Н.В.,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Черныш А.В., действующей на основании доверенности (номер обезличен) от (дата обезличена) Черныш Н.В.,

представителя ответчика — Администрации Карачаевского городского округа, действующего на основании доверенности (номер обезличен) от (дата обезличена)

Кубанова Ш.Г.,

представителя ответчика — Карачаево-Черкесского республиканского государственного унитарного предприятия «Бюро технической инвентаризации по Карачаевскому городскому муниципальному образованию» в лице исполняющей обязанности директора Заузановой Д.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Карачаевского городского суда гражданское дело по исковому заявлению Бородаева С.В. и Динаевой Е.П. к Администрации Карачаевского городского округа, Черныш Н.В., Карачаево-Черкесскому республиканскому государственному унитарному предприятию «Бюро технической инвентаризации по Карачаевскому городскому муниципальному образованию» о признании недействительным договора на передачу и продажу квартиры в собственность гражданам, признании недействительной регистрационной надписи БТИ г. Карачаевска, о признании недействительным свидетельства о праве на наследство по завещанию,

УСТАНОВИЛ:

Истцы Бородаев С.В., Динаева Е.П., обратилась в Карачаевский городской суд с исковым заявлением к Администрации Карачаевского городского округа,
Черныш Н.В., Карачаево-Черкесскому республиканскому государственному унитарному предприятию «Бюро технической инвентаризации по Карачаевскому городскому муниципальному образованию» о признании недействительным договора на передачу и продажу квартиры в собственность гражданам, признании недействительной регистрационной надписи БТИ г. Карачаевска, о признании недействительным свидетельства о праве на наследство по завещанию.

Исковые требования истцы обосновали тем, что Бородаев С.В. является инвалидом детства. Инвалидность установлена в соответствии с актом освидетельствования во ВТЭК бессрочно.

В соответствии с решением Исполнительного комитета Карачаевского городского Совета народных депутатов от (дата обезличена) его бабушке —
Наумчик М.В. путем обмена (адрес обезличен) была предоставлена (адрес обезличен) в городе Карачаевске.

В указанной квартире он проживает более двадцати пяти лет. Кроме него в данной квартире проживает его сестра Черныш Н.В.. Также в квартире проживает его племянник Черныш А.В. и его семья в составе 3 человек.

Вот уже несколько лет, как его сестра не дает ему возможность проживать в указанной квартире и всячески препятствует ему пользоваться и проживать в ней. На его требования о том, что он имеет такие же права на данную квартиру, она с сыном указывают на то, что у него лишь 8 кв.м. и, что он не вправе проживать в указанной квартире.

Его сестра и его племянник поменяли входной замок, отказываются предоставлять ему ключ от входной двери квартиры и не дают ему возможности для доступа в свою квартиру и нормально, как все собственники пользоваться данной квартирой.

Вследствие указанных действий его родственников, он вынужден ютиться, где попало. В последнее время он арендует помещения в общежитии, или у своих знакомых.

При всем этом, его сестра Черныш Н.В. получала у почтальона монетизацию коммунальных услуг и оплачивала коммунальные услуги за пользование квартирой.

Его другая сестра — Динаева Е.П., узнав про их взаимоотношения с
Черныш Н.В., предложила проверить в БТИ по Карачаевского городскому округу и в Росреестре по КЧР в Карачаевском филиале за кем оформлена квартира и в каких долях.

Сейчас им стало известно, что вышеуказанная (адрес обезличен) городе Карачаевске жилой площадью 42.71 кв.м., состоящая из трех комнат была приобретена в собственность Наумчик М.В. у Администрации города Карачаевска по договору на передачу и продажу квартир в собственность граждан (дата обезличена).

Согласно данному договору продавцом по указанной сделке выступил от лица Администрации г. Карачаевска Батруков Ш.С. и они — покупатели: Наумчик М.В., Черныш Н.В., Черным А.В., Бородаев С.В..

Между тем ни он, ни его сестра Динаева Е.П. заявление на приватизацию, выкуп жилого помещения в Администрацию города Карачаевска не подавали. Он и его сестра полагают, что они заявление о приватизации не подавали и свое согласие на приватизацию не давали.

Не подавала заявление на приватизацию и их бабушка Наумчик М.В., так как она была инвалидом первой группы по зрению и доверенность она никому не выдавала. Она не могла быть покупателем, иначе они бы об этом знали. Каждый из них участвовал в присмотре за ней, так как она в указанный период времени могла передвигаться только по комнате и с помощью кого-либо из членов семьи.

Документ о приватизации появился в последующем, после смерти их бабушки.

В настоящее время им также стало известно, что 1/4 доли права собственности Наумчик М.В. было завещано Черныш Н.В.

Полагали, что договор на передачу и продажу квартир в собственность граждан 23 февраля 1993 года между Администрацией г. Карачаевска и ими — нанимателями жилого помещения фактически не заключался.

В соответствии со ст. 38 Жилищным кодексом РСФСР, действовавшим на момент выкупа жилого помещения, норма жилой площади на одного человека составляла 12 кв.м.

Согласно ст. 2 Закона от 04 июля 1991 года № 1541-1 о приватизации жилищного фонда в Российской Федерации (в редакции закона РФ от 23 декабря 1992 года № 4199-1), граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору социального найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую собственность, на условиях, предусмотренных Кодексом, иными нормативными актами Российское Федерации и республик в составе Российской Федерации.

В соответствии со ст. 8 Закона о приватизации, решение вопроса о приватизации жилья должно приниматься по заявлениям граждан в двухмесячный срок со дня подачи документов.

О состоявшейся сделке в 1992 году, они с сестрой узнали лишь в 2016 году, после получения информации из архива Карачаевского городского округа.

Кроме того, указанный договор не прошел в установленный период регистрацию в БТИ по Карачаевскому городскому округу до августа 2000 года.

Согласно сведениям БТИ по «Карачаевскому городскому муниципальному образованию», по инвентарному делу, под (номер обезличен) на квартиру по (адрес обезличен) имеется договор на передачу квартир в собственность граждан от (дата обезличена) на имя Наумчик М.В., Черныш Н.В., Черныш А.В.,
Бородаевым С.В. На данном договоре отсутствует регистрационная надпись. В реестровой книге (номер обезличен) имеется запись на стр.11, п.п. (номер обезличен) от (дата обезличена).

Согласно свидетельству о праве на наследство по закону от (дата обезличена), указанная квартира принадлежала наследодателю в размере 1/4 доли на основании вышеуказанного договора и была удостоверена в БТИ г. Карачаевска, имела регистрационную надпись (номер обезличен).

Между тем, в указанный период времени, по сведениям БТИ данные сведения не подтверждаются и они — истцы не заключали указанный договор.

Так, по сведениям БТИ г. Карачаевска, по архивным данным объект под номером 1-96-18 не зарегистрирован.

Таким образом, спорная квартира в указанный период времени в какой-либо доле на праве собственности не могла принадлежать наследодателю.

Незаконно выданное свидетельство о праве на наследство и договор на передачу квартир в собственность граждан, нарушает их права пользователей, нанимателей квартиры.

Полагали, что квартира могла быть предоставлена Наумчик М.В.,
Черныш Н.В., но не её сыну Черныш А.В. Включение Черныш Л.В. в список собственников, по мнению истцов, нарушало их права, поскольку норма жилой площади на каждого из них — уменьшилась. Они в связи с этим не дали бы свое согласие на приватизацию.

Закон от 04 июля 1991 года № 1541-1 о приватизации жилищного фонда в Российской Федерации (в редакции закона РФ от 23 декабря 1992 года № 4199-1) не предусматривал включения в договор передачи жилого помещения в собственность несовершеннолетних. Такое право было предоставлено Федеральным законом от 11 августа 1994 года № 26-ФЗ.

Таким образом, по мнению истцов, если и была заключена указанная сделка, то она не соответствовала закону и является ничтожной в соответствии со ст. 168 ГК РФ.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

С учётом изменений и уточнений, истцами заявлены следующие требования:

— о признании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан (дата обезличена), заключенного между Администрацией
г. Карачаевска и Наумчик М.В.. Черныш Н.В., Черныш А.В., Бородаевым С.В. о продаже квартиры (адрес обезличен) в городе Карачаевске, недействительным,

— о признании регистрационной надписи БТИ г. Карачаевска на договорах на передачу и продажу квартир в собственность граждан от (дата обезличена) между Администрацией г. Карачаевска и Наумчик М.В., Черныш Н.В., Черныш А.В., Бородаевым С.В. о продаже (адрес обезличен) в городе Карачаевске и регистрационной надписи с записью «Восстановлено мною директором БТИ (адрес обезличен) Акбаевым М.У. (дата обезличена)», недействительными,

— о признании свидетельства о праве на наследство по завещанию от (дата обезличена), выданного Пономаревой Н.Д., нотариусом Карачаевской нотариальной конторы (адрес обезличен), недействительным.

Истцы Бородаев С.В. и Динаева Е.П., а также их представитель Аджиев М.Х. в судебном заседании поддержали заявленные требования, просили их удовлетворить по изложенным основаниям.

Ответчик Черныш Н.В., действующая от своего имени, а также представляя интересы третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Черныш А.В., просила отказать в удовлетворении заявленных требований, указав, что договор на передачу и продажу квартиры в собственность осуществлялся по заявлению, с ведома и согласия, проживавших в ней на тот момент Наумчик М.В., Бородаева С.В., а также с её согласия и согласия, данного ею в отношении её несовершеннолетнего сына, который также участвовал в приватизации. Истец Динаева Е.П. в спорной квартире на момент приватизации не проживала, и зарегистрирована не была.

Ответчик Черныш Н.В. указала на пропуск истцами срока исковой давности для обращения в суд.

Представитель ответчика — Администрации Карачаевского городского округа Кубанов Ш.Г. просил отказать в удовлетворении заявленных требований, поскольку истцами не представлено доказательств в обоснование заявленных требований. Кроме того, просил отказать в удовлетворении заявленных требований в связи с пропуском истцами сроков исковой давности.

Представитель ответчика — Карачаево-Черкесского республиканского государственного унитарного предприятия «Бюро технической инвентаризации по Карачаевскому городскому муниципальному образованию» Заузанова Д.Д. полагала возможным удовлетворить заявленные требования, поскольку отсутствуют сведения о его регистрации, а следовательно оспариваемый договор не был своевременно зарегистрирован в БТИ в соответствии с действовавшим законодательством.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора — Управления имущественных и земельных отношений Администрации Карачаевского городского округа, будучи извещенной о времени и месте проведения судебного заседания, не явилась, ходатайств о рассмотрении дела в её отсутствие не представила.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора — нотариус Тюфанова Х.А., также будучи извещенной о времени и месте проведения судебного заседания, не явилась, о рассмотрении дела в её отсутствие не просила.

В соответствии с положениями статьи 167 ГПК РФ, предусматривающей возможность рассмотрения дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, оценивая доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, относимость и допустимость, каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, пришел к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Рассматривая требования истцов Бородаева С.В. и Динаевой Е.П. о признании недействительной сделки по передаче и продаже квартир в собственность граждан по тем основаниям, что Динаева Е.П. не была включена в число лиц, имеющих право на участие в приватизации, совместно с Бородаевым С.В. не давала согласия на приватизацию, а также в связи с необоснованным включением в число лиц — участников приватизации спорной квартиры, несовершеннолетнего Черныш А.В., суд пришёл к следующему.

В соответствии со ст. 1 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года
N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции от 23 декабря 1992 года, действовавшей на время заключения оспариваемого договора), приватизация жилья есть бесплатная передача в собственность граждан на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде.

Согласно ст. 2 Закона, граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору социального найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую собственность, на условиях, предусмотренных Кодексом, иными нормативными актами Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации.

Из содержания указанных норм следует, что приватизация занимаемых жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде осуществлялась и осуществляется на добровольной основе, и наличие согласия всех совершеннолетних лиц, проживающих в жилом помещении, является обязательным условием для заключения договора приватизации.

Ставшие собственниками приватизированного жилого помещения граждане вправе владеть, пользоваться и распоряжаться им по своему усмотрению, не нарушая при этом прав и охраняемых законом интересов других лиц (ст. 30 Жилищного кодекса РФ и ст. 209 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 г. N 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

Согласно ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным. Суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В силу ст. 56 ГПК РФ, лицо участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Определяя круг юридически значимых обстоятельств, в частности обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о наличии или отсутствии оснований для признания договора купли-продажи квартиры недействительным, суд приходит к следующему.

Как установлено в ходе судебного заседания и подтверждается представленными письменными доказательствами, на основании решения Исполнительного комитета Карачаевского городского Совета депутатов трудящихся (номер обезличен) от (дата обезличена), утверждён список распределения квартир в жилом доме по (адрес обезличен) в г. Карачаевске, согласно которому Наумчик М.В. предоставлено жилое помещение жилищного фонда социального использования — однокомнатная (адрес обезличен) указанном доме, жилой площадью 16,62 кв.м.

В дальнейшем, на основании решения указанного Исполнительного комитета
(номер обезличен) от (дата обезличена), Наумчик М.В. в порядке социального найма предоставлена 3-х комнатная квартира, расположенная в г. Карачаевске (адрес обезличен), площадью 42,71 кв.м., путём обмена ранее предоставленной
квартиры.

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела, суду сторонами представлены два экземпляра договора на передачу квартир в собственность граждан от (дата обезличена), согласно которым продавец — Администрация
г. Карачаевска в лице Батрукова Ш.С., действующего на основании доверенности и покупатели Наумчик М.В., Черныш Н.В., Черныш А.В., Бородаев С.В. заключили договор купли-продажи квартиры, расположенной в (адрес обезличен), состоящей из 3 комнат, общей площадью 58,4 кв.м., в том числе жилой 42,71 кв.м.

Продажная цена квартиры установлена оценочной комиссией в сумме (данные изъяты), о чём свидетельствует представленный акт оценочной комиссии. Как следует из указанного выше договора приватизации, акт оценочной комиссии составлен в феврале 1993 года.

Согласно п. 9 договора, он составлен в 4 экземплярах, из которых один находится в делах нотариальной конторы, второй выдаётся «Покупателю», третий «Продавцу», четвёртый в БТИ.

На договоре имеется оттиск мастичной печати «Предприятие жилищного хозяйства. Отдел жилищно-коммунального хозяйства Карачаевского исполкома. Гор. Совет народных депутатов. Карачаево-Черкесская автономная область Ставропольского края.»

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
8 (499) 938-53-89 (Москва и МО)
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)

В представленных двух экземплярах договора имеется подпись представителя продавца Батрукова Ш.С., подписи покупателей в данных экземплярах отсутствуют.

На представленном ответчиком Черныш Н.В. экземпляре договора, выданном покупателю, имеется регистрационная надпись, которой зарегистрировано право собственности указанной выше квартиры на имя Наумчик М.В., Черныш Н.В., Черныш А.В., Бородаева С.В., на основании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан от (дата обезличена), инвентарное дело
(номер обезличен), (дата обезличена). Начальник инвентаризационного Бюро. Подпись. Печать. Здесь же имеется запись: «Восстановлено мною директором БТИ г. Карачаевска Акбаевым М.У. (дата обезличена). Подпись. Печать.

Экземпляр указанного выше договора, представленный в наследственном деле содержит аналогичные реквизиты, подписи покупателей также отсутствуют. В этом же договоре имеется мастичный штамп с рукописными записями следующего содержания: «Регистрационная надпись. Домовладение (номер обезличен) по (адрес обезличен) гор. Карачаевск. Зарегистрировано по праву л/с за Наумчик М.В., Черныш Н.В., Черныш А.В., Бородаевым С.В. в регистрационную книгу под (номер обезличен). Начальник Инвентар. Бюро. Подпись». Здесь же имеется оттиск мастичной печати со следующими реквизитами: «Бюро технической инвентаризации. Производственное объединение жилищно-коммунального хозяйства Исполкома Карачаевского городского совета народных депутатов Карачаево-Черкесской автономной области».

В представленном суду инвентарном деле (адрес обезличен) в
г. Карачаевске один из четырёх составленных экземпляров договора отсутствует, при этом имеется светокопия оспариваемого договора. Подписи покупателей в данной копии отсутствуют. Регистрационная надпись отсутствует.

Согласно справки БТИ на запрос адвоката от (дата обезличена) КЧРГУП БТИ по Карачаевскому городскому муниципальному образованию» за (номер обезличен), по архивным данным объект под номером 1-96-18 не зарегистрирован.

Из пояснений представителя ответчика — БТИ Заузановой Д.Д., данных в судебном заседании, следует, что в период, относящийся к заключению оспариваемого договора приватизации, на многих экземплярах договоров, содержащихся в инвентаризационных делах, регистрационные надписи не проставлялись, вследствие чего, в последующем, указанные записи восстанавливались на основании архивных данных БТИ, в том числе реестровых книг.

В ходе проведения судебного заседания представителем ответчика БТИ — Заузановой Д.Д. представлены три реестровые книги: под (номер обезличен),
(номер обезличен) и реестровая книга, номер которой установить не представилось возможным. По утверждению представителя ответчика Заузановой Д.Д. книга без номера является реестровой книгой (номер обезличен), в которую должна была быть внесена запись о регистрации спорного договора, под (номер обезличен), других реестровых книг и учётов приватизированного жилищного фонда, со слов представителя ответчика не имеется, вследствие чего они не представлены.

Исследовав в судебном заседании представленные реестровые книги (номер обезличен) и книгу без номера, установлено, что они составлены в соответствии с инструкцией «О порядке регистрации строений в городах, рабочих, дачных и курортных посёлках РСФСР», утверждённой приказом N 83 Министерства коммунального хозяйства РСФСР от (дата обезличена).

Как установлено в ходе проведения судебного заседания, сведения, содержащиеся в реестровой книге без номера, свидетельствуют о включении в них данных об объектах жилого фонда, на период с 1970 по 1977 годы. При этом, все учтённые в данной книге объекты, являются частными жилыми домами. Сведений о регистрации квартир в многоквартирных домах, в том числе и по (адрес обезличен) в г. Карачаевске, в данной книге отсутствуют. Отсутствуют такие сведения и в реестровой книге под (номер обезличен).

Как установлено в ходе судебного заседания, в период, относящийся к заключению оспариваемого договора, учёт жилищного фонда осуществлялся на основании Постановления Совета Министров СССР от (дата обезличена) N 136 «О порядке государственного учёта жилищного фонда» и в соответствии с инструкцией о порядке проведения регистрации жилищного фонда с типовыми формами учётной документации, утверждённой Приказом Центрального статистического управления СССР от (дата обезличена) N 380.

В соответствии с указанными актами государственный учет жилищного фонда, независимо от его принадлежности, осуществлялся по единой для Союза ССР системе на основе регистрации и технической инвентаризации.

Основной задачей государственного учета жилищного фонда являлось получение данных о его количественном и качественном составе, принадлежности, а также численности проживающих граждан.

Государственному учету подлежали жилые дома и жилые помещения в других строениях, предназначенные для постоянного проживания граждан, а также для использования в установленном порядке в качестве служебных жилых помещений и общежитий.

Правовая регистрация жилищного фонда производилась с целью установления права собственности (права оперативного управления) на жилые дома и учета его по разновидностям как в городских, так и в сельских поселениях.

Регистрацию домов с обслуживающими их строениями и сооружениями в целях учета принадлежности их в городах, поселках городского типа и сельской местности проводили бюро технической инвентаризации исполкомов местных Советов народных депутатов.

Объектами регистрации являлись жилые дома с отдельными порядковыми номерами по улице, переулку, площади.

При ведении реестров и регистрации жилых домов (помещений) бюро технической инвентаризации обязаны были выявлять, в том числе собственников жилых домов (помещений), на которые их право оформлено в установленном законом порядке.

Данные о праве собственности на жилые дома (помещения) на основании решений исполкомов районных, городских, районных в городе Советов народных депутатов вносились бюро технической инвентаризации в реестровые книги данного населенного пункта, а также в инвентаризационные карточки в соответствии с теми пунктами и графами, которые в них предусмотрены.

Если в населенном пункте имелось большое количество жилых домов всех четырех видов владений (местных Советов, госучреждений и предприятий, кооперативных и других общественных организаций, граждан), реестры должны были вестись в отдельных книгах для каждого вида собственности.

После регистрации прав собственности в реестровых книгах бюро технической инвентаризации делало на правоустанавливающих документах собственников жилых домов (помещений) и на надлежаще заверенных копиях с них, оставляемых в делах бюро технической инвентаризации соответствующие регистрационные надписи (кроме регистрационного удостоверения).

Реестровая книга является документом учета собственников жилых домов (помещений) города (поселка, села), в связи с чем, обеспечивалась постоянная ее сохранность.

Согласно указанной выше инструкции, в бюро технической инвентаризации должна была вестись алфавитная картотека всех собственников жилых домов (помещений) города (поселка, села) с указанием фамилии, имени и отчества (для граждан) и полного наименования организаций, учреждений и предприятий.

Каждый собственник заносился в отдельную алфавитную карточку или отдельную строку журнала с указанием доли в общей собственности согласно правоустанавливающему документу.

На новых собственников жилых домов (помещений) в алфавитной картотеке заводились новые карточки, а карточки на выбывших собственников изымались из этой картотеки и переносились в картотеку выбывших собственников.

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 13 октября 1997 года N 1301 «О государственном учете жилищного фонда в Российской Федерации» утверждено Положение о государственном учете жилищного фонда в Российской Федерации. Также установлено, что государственный учет жилищного фонда независимо от его принадлежности осуществляется по единой для Российской Федерации системе. Государственному учету подлежат, независимо от формы собственности, жилые дома, специализированные дома (общежития, служебные жилые помещения, гостиницы-приюты, дома маневренного фонда, специальные дома для одиноких престарелых, дома-интернаты для инвалидов, ветеранов и другие), квартиры, иные жилые помещения в других строениях, пригодные для проживания. Государственный учет жилищного фонда включает в себя технический (оперативный) учет, официальный статистический учет и бухгалтерский учет. Порядок ведения технического учета устанавливает Государственный комитет Российской Федерации по жилищной и строительной политике. Официальный статистический учет жилищного фонда осуществляется Государственным комитетом Российской Федерации по статистике. Бухгалтерский учет жилищного фонда производится в соответствии с Федеральным законом «О бухгалтерском учете» и иными нормативными правовыми актами.

В соответствии с указанным положением учет домовладений, строений и жилых помещений (квартир) производится БТИ путем ведения реестра жилищного фонда. Учетно-техническая, оценочная и правоустанавливающая документация жилищного фонда, включая технические паспорта, регистрационные книги, копии зарегистрированных документов, сформированные в инвентарные дела, и иные инвентаризационные документы, хранятся в архиве БТИ, а также в объединенном архиве Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству.

С указанного времени признано не действующим на территории Российской Федерации Постановление Совета Министров СССР от 10 февраля 1985 года N 136 «О порядке государственного учета жилищного фонда».

Учитывая изложенное выше, принимая во внимание порядок учёта жилищного фонда, установленный действующим законодательством на момент заключения оспариваемого договора, наличие в составе жилищного фонда г. Карачаевска многоквартирых домов, подлежащих соответствующему учёту и регистрации, к доводам представителя ответчика Заузановой Д.Д. о том, что договор на передачу и продажу спорной квартиры между Администрацией г. Карачаевска, Наумчик М.В., Бородаевым С.В., Черныш Н.В. и Черныш А.В. в БТИ г. Карачаевска не регистрировался, суд относится критически.

Факт наличия регистрации указанного договора подтверждается представленными письменными доказательствами, в том числе двумя экземплярами оспариваемого договора, на которых имеются регистрационные надписи.

Исследованный в судебном заседании технический паспорт на жилой дом индивидуального жилого фонда, представленный суду ответчиком Черныш Н.В. составлен по состоянию на (дата обезличена). В техническом паспорте имеется указание на инвентарный (номер обезличен) и реестровый (номер обезличен). Собственниками указаны Черныш Н.В. — 2/4 доли, Черныш А.В. — 1/4 доли, Бородаев С.В. — 1/4 доли Технический паспорт подписан начальником БТИ — Нуйкиным В.М.

В исследованном инвентарном деле содержаться правоустанавливающие документы, содержащие указание на регистрацию в реестровой книге (номер обезличен) других квартир в (адрес обезличен) в г. Карачаевске:

— договор на передачу и продажу (адрес обезличен) в собственность граждан Герюгова С.М.Ш., Герюговой Р.Х., Герюговой Р.С. от (дата обезличена) не содержит подписей покупателей и регистрационной надписи БТИ. Следующий за ним договор купли продажи данной квартиры от (дата обезличена), в пункте 2 содержит ссылку на регистрацию указанного выше договора приватизации в реестровой книге за (номер обезличен),

— договор на передачу и продажу (адрес обезличен) в собственность граждан Батруковой М.М., Батруковой Ф.М.-А., Батрукова Д.М.А. от (дата обезличена) не содержит регистрационной надписи БТИ. Однако, следующее за ним свидетельство о праве на наследство от (дата обезличена), содержит указание на регистрацию указанного выше договора приватизации в реестровой книге за (номер обезличен).

— договор на передачу и продажу (адрес обезличен) в собственность граждан Уразлова В.И., Уразловой А.Н., Сметанникова Н.И., Уразлова В.В., Уразлова А.В., от (дата обезличена) не содержит подписей покупателей и регистрационной надписи БТИ. Следующий за ним договор купли- продажи данной квартиры от (дата обезличена), в пункте 3 содержит ссылку на регистрацию указанного выше договора приватизации в реестровой книге за
(номер обезличен),

— договор на передачу и продажу (адрес обезличен) в собственность граждан Биджева М.А., Джео А.У., от (дата обезличена) не содержит регистрационной надписи БТИ. Следующим за ним договор купли- продажи данной квартиры от (дата обезличена), в пункте 1 содержит ссылку на регистрацию указанного выше договора приватизации в реестровой книге БТИ за
(номер обезличен),

— договор на передачу и продажу (адрес обезличен) в собственность гражданки Кравцовой Н.В., Кравцова Д.А., Кравцова Р.Ю., от (дата обезличена) не содержит регистрационной надписи БТИ. Следующим за ним договор купли- продажи данной квартиры от (дата обезличена), в пункте 3 содержит ссылку на регистрацию указанного выше договора приватизации в реестровой книге БТИ за (номер обезличен),

— договор на передачу и продажу (адрес обезличен) в собственность граждан Радаева М.М., Радаевой А.А., от (дата обезличена) не содержит регистрационной надписи БТИ. Следующим за ним договор купли- продажи данной квартиры от (дата обезличена), в пункте 3 содержит ссылку на регистрацию указанного выше договора приватизации в реестровой книге БТИ за
(номер обезличен),

Доводы представителя ответчика Заузановой Д.Д. относительно того, что в БТИ отсутствовали иные реестровые и учётные книги, помимо тех, которые представлены суду — не состоятельны. Суд относится к пояснениям представителя ответчика критически, поскольку они опровергаются указанными выше доказательствами.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что на момент заключения оспариваемого договора, БТИ (адрес обезличен) осуществлялся учёт жилищного фонда (адрес обезличен) и регистрация прав собственности на жилые помещения, осуществлялась путём внесения сведений, в том числе в реестровую книгу под (номер обезличен).

Оценивая представленный истцами ответ начальника БТИ, суд приходит к выводу о том, что содержащиеся в нём сведения об отсутствии регистрации объекта под номером 1-96-18 свидетельствуют о факте предоставления информации при отсутствии самой реестровой книги под (номер обезличен) в архиве КЧРГУП БТИ (адрес обезличен). Данное обстоятельство подтверждается, в том числе пояснениями представителя ответчика БТИ Заузановой Д.Д. в судебном заседании о том, что реестровые книги ей по акту предыдущим начальником не передавались.

Сам факт отсутствия указанной реестровой книги в архиве БТИ не является доказательством того, что данная книга не существовала в период заключения договора, и в неё не заносились соответствующие сведения.

Суду не представлено доказательств того, что имеющиеся на двух экземплярах договора приватизации спорной квартиры от (дата обезличена) регистрационные надписи подложны и их наличие стало следствием чьих-либо незаконных действий, в том числе ответчика Черныш Н.В. и работников БТИ.

Доказательств того, что представленная суду реестровая книга без номера является реестровой книгой (номер обезличен), а также доказательств того, что регистрация оспариваемого договора в 1993 году не осуществлялась, представителем ответчика — БТИ Заузановой Д.Д. истцами и их представителем, суду не представлено.

В представленной суду реестровой книге (номер обезличен) имеется учётная запись на
стр. 11, (номер обезличен) от (дата обезличена) в отношении (адрес обезличен) в г. Карачаевске, согласно которой документами, устанавливающими право собственности Наумчик М.В. и Черныш Н.В. являются договор на передачу от (дата обезличена) и свидетельство о наследстве от (дата обезличена).

Таким образом, довод истцов и их представителя, о том, что договор на передачу и продажу квартир в собственность граждан от (дата обезличена) не был зарегистрирован в установленном законом порядке, несостоятелен, опровергается представленным выше договором, содержащимся в наследственном деле и имеющим регистрационную надпись с соответствующими реквизитами, указанными выше правоустанавливающими документами, содержащимися в инвентарном деле дома по (адрес обезличен), свидетельствующими о регистрации договоров другими собственниками квартире в этом же доме в реестровой книге
(номер обезличен).

Требования истцов о признании незаконным факта восстановления регистрационной надписи также несостоятельно по следующим основаниям.

Довод истцов и их представителя о том, что регистрационная надпись, содержащаяся в экземпляре договора, представленном ответчиком Черныш Н.В., совершена директором БТИ (адрес обезличен) на основании свидетельства о праве на наследство по закону от (дата обезличена) является предположением, поскольку, как следует из ответа начальника БТИ Акбаева М.У., запись восстановлена на основании записи в реестровой книги (номер обезличен), которая составлена в (дата обезличена). В то же время, судом учитываются пояснения представителя ответчика Заузановой Д.Д. о том, что в представленном ответе допущена техническая ошибка и речь шла о реестровой книге (номер обезличен) и записи под (номер обезличен).

Истцы в обоснование заявленных требований указали, что согласно архивной справке от (дата обезличена) Архивного отдела Администрации г. Карачаевска, (номер обезличен) в имеющихся в архиве постановлениях с (дата обезличена), (номер обезличен) по (дата обезличена), (номер обезличен) о приватизации квартир сведений о передаче в собственность (адрес обезличен)(номер обезличен) Наумчик М.В. не имеется, отсутствуют заявления в администрацию соответствующего образования о предоставлении в собственность квартиры, с подтверждением согласия на приватизацию, в представленных экземплярах договоров, отсутствуют подписи лиц, в чью собственность передавалась квартира.

Оценивая указанные доводы, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 7 Закона «О приватизации», передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность, в порядке, установленном законодательством.

Согласно указанной выше архивной справке, сведения о передаче квартиры в собственность Наумчик М.В. проверялись согласно имеющимся постановлениям на период с (дата обезличена) по (дата обезличена). В то же время договор заключен (дата обезличена).

Доказательств того, что после (дата обезличена) Администрацией Карачаевского городского округа не выносились иные постановления на передачу и продажу квартир гражданам, в том числе Наумчик М.В. и членам её семьи, а также, что указанные сведения передавались в архивный отдел, суду не представлено.

Пунктом 7 Примерного положения о бесплатной приватизации жилищного фонда в Российской Федерации, утвержденного Решением Роскоммунхоза от (дата обезличена) N 4 предусмотрено, какие документы граждане должны представлять для приобретения в собственность жилого помещения в порядке приватизации. В частности, должно быть представлено заявление (заявления) на приватизацию занимаемого жилого помещения, подписанное всеми совершеннолетними членами семьи нанимателя.

Как установлено, оспариваемый договор составлен в 4 экземплярах. Суду представлено 2 экземпляра договора, не содержащих подписей участвовавших в приватизации лиц. Истцами не представлено доказательств того, что два других экземпляра договора, не представленных суду, не содержат подписей всех покупателей.

В то же время, доводы ответчика Черныш Н.В. о том, что договор заключался на основании заявления всех членов семьи, которые давали согласие на приватизацию, в том числе её согласие в интересах несовершеннолетнего сына, подтверждаются представленным письменным доказательством — Актом оценки квартиры в составе комиссии администрации г. Карачаевска, из которого следует, что комиссия, образованная при Администрации г. Карачаевска произвела оценку назначенной к приватизации квартиры в жилом доме, в г. Карачаевске (адрес обезличен) Анализируя данный акт, суд приходит к выводу о том, что он косвенно подтверждает факт заключения договора приватизации квартиры, которая не могла состояться при отсутствии соответствующего заявления лиц, проживавших в данной квартире. Наличие данного акта подтверждает доводы ответчика Черныш Н.В., о том, что указанная комиссия посещала спорную квартиру и производила её оценку в присутствии всех членов семьи, участвовавших в приватизации. Учитывая, что оценочная комиссия производила оценку назначенной к приватизации квартиры, суд приходит к выводу о том, что действия комиссии могли осуществляться только на основании соответствующих принятых решений Администрацией г. Карачаевска, в том числе с вынесением постановлений. Согласно пояснениям представителя ответчика — Администрации Карачаевского городского округа, приватизационные дела в настоящее время в распоряжении Администрации Карачаевского городского округа отсутствуют и могли не передаваться Управлением жилищно-коммунального хозяйства в архив. Само по себе отсутствие сведений в архиве Администрации КГО не является доказательством того, что сделка по передаче и продаже спорной квартиры в собственность граждан осуществлялась в нарушений требований действовавшего законодательства, при отсутствии согласия всех членов семьи, а также при отсутствии заявления, поданного Черныш Н.В. в интересах несовершеннолетнего Черныш А.В. об участии в договре приватизации. Доказательств обратного, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ истцами не представлено.

Рассматривая требования, заявленные истцом Динаевой Е.П. о признании сделки недействительной и оценивая доказательства, представленные в обоснование заявленных требований, суд приходит к следующему.

Как следует из пояснений истца Динаевой Е.П., данных в ходе судебного заседания, на момент приватизации спорной квартиры, она проживала в ней и была зарегистрирована, являлась членом семьи Наумчик В.М.

Согласно представленному истцом Динаевой Е.П. сообщению начальника отдела ВК КЧР по г. Карачаевск и (адрес обезличен)(номер обезличен) от (дата обезличена), истец Динаева Е.П., 1961 года рождения была принята на воинский учёт (дата обезличена) в связи с получением военно-учётной специальности «телеграфист телеграфной аппаратуры», зарегистрованной в г. Карачаевск (адрес обезличен).

Оценивая указанное письменное доказательство, суд приходит к выводу о том, что Факт регистрации в указанной квартире по состоянию на (дата обезличена) не является доказательством проживания или регистрации Динаевой Е.П. в спорной квартире по состоянию на февраль 1993 года.

Истцом Динаевой Е.П. представлены уведомления об отсутствии сведений в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним, из которых следует, что данных о зарегистрированных правах на (адрес обезличен) в
(адрес обезличен), а также на (адрес обезличен), расположенную в (адрес обезличен) в г. Карачаевске, не имеется.

Из представленного истцом Динаевой Е.П. паспорта следует, что она зарегистрирована по адресу (адрес обезличен)(дата обезличена)

Согласно представленной справке о заключении брака (номер обезличен), в архиве отдела ЗАГС Управления записи актов гражданского состояния КЧР по Карачаевскому городскому округу, имеется запись акта о заключении брака Полищук Е.П. и Динаева В.Ю.(номер обезличен) от (дата обезличена).

Данная справка подтверждает доводы ответчика Черныш Н.В. о том, что после замужества и создания семьи Динаева Е.П. в спорной квартире не проживала.

Согласно представленной ответчиком Черныш Н.В. домовой книге, в (адрес обезличен) в г. Карачаевске, зарегистрированы
Черныш А.В., (дата обезличена) года рождения, зарегистрирован по достижении 14 летнего возраста (дата обезличена), Черныш Н.В.(дата обезличена) года рождения, зарегистрирована (дата обезличена), Бородаев С.В., (дата обезличена) года рождения, зарегистрирован (дата обезличена), Черныш А.А., (дата обезличена) года рождения, зарегистрирована (дата обезличена), Черныш Д.А., (дата обезличена) года рождения, зарегистрирован (дата обезличена). Сведений о регистрации в указанной квартире истца Динаевой Е.П. в представленной домовой книге, в том числе и на момент приватизации спорной квартиры не имеется.

Разрешая спор по существу, суд исходит из того, что истцом Динаевой Е.П. не представлено доказательств того, что она имела статус члена семьи нанимателя квартиры — Наумчик М.В., проживала и была зарегистрирована в данной квартире, несла бремя расходов на содержание квартиры.

С учётом изложенного, истец Динаева Е.П. не имела права пользования жилым помещением, а следовательно, не могла участвовать в приватизации. Доказательств обратного, истцом не представлено.

Рассматривая довод истцов о том, что Черныш А.В., являясь несовершеннолетним, не мог участвовать в приватизации квартиры, суд приходит к следующему.

Как установлено в ходе судебного заседания и не отрицается сторонами, на момент заключения договора приватизации спорной квартиры от (дата обезличена), в ней на тот момент проживал несовершеннолетний Черныш А.В. — сын ответчика Черныш Н.В.

Согласно ст. 53 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшей на момент заключения договора, члены семьи нанимателя, проживающие совместно с ним, пользовались наравне с нанимателем всеми правами и несли все обязанности, вытекающие из договора найма жилого помещения. Совершеннолетние члены семьи несли солидарную с нанимателем имущественную ответственность по обязательствам, вытекающим из указанного договора.

К членам семьи нанимателя относились супруг нанимателя, их дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, а в исключительных случаях и иные лица могли быть признаны членами семьи нанимателя, если они проживали совместно с нанимателем и вели с ним общее хозяйство.

Если указанные граждане, переставали быть членами семьи нанимателя, но продолжали проживать в занимаемом жилом помещении, они имели такие же права и обязанности, как наниматель и члены его семьи.

В соответствии со ст. 17 ГК РСФСР местом жительства признавалось место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

Местом жительства несовершеннолетних, не достигших пятнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признавалось место жительства их родителей, усыновителей или опекунов.

Разрешая спор и принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требовании, суд исходит из того, что Закон РФ от 04 июля 1991 года N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» не предусматривал обязанности обеспечения участия несовершеннолетних до 11 августа 1994 года и до этой даты включение несовершеннолетних в договор о приватизации не считалось обязательным. В то же время указанный Закон не содержал запрета включения несовершеннолетних в договор приватизации. Невключение несовершеннолетнего в договор о приватизации могло быть осуществлено только с согласия родителя, усыновителя, опекуна или попечителя несовершеннолетнего и с одобрения органов опеки и попечительства. Если такое согласие получено не было, действительность договора оспорима.

Отказ от участия несовершеннолетнего ребенка в приватизации мог быть осуществлен родителями и усыновителями несовершеннолетних, а также их опекунами и попечителями лишь при наличии разрешения органов опеки и попечительства.

Доказательств такого обращения совершеннолетними членами семьи суду не представлено, как не представлено доказательств несогласия совершеннолетних членов семьи на включение Черныш А.В. в договор приватизации.

При таких обстоятельствах, несовершеннолетний Черныш А.В. подлежал включению в приватизацию спорной квартиры.

Рассматривая требования истцов о признании свидетельства о праве на наследство по завещанию от (дата обезличена), выданного нотариусом Карачаевской нотариальной конторы Ставропольского края, Пономаревой Н.Д., недействительным, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно представленному в ходе судебного заседания наследственному делу, 28 января 1998 года Наумчик Н.В. в присутствии дочери Черепковой М.Б. и нотариуса Темирджановой Ф.И. составлено завещание, которым последняя распорядилась принадлежащей ей 1/4 доли (адрес обезличен) в (адрес обезличен), завещав её после смерти Черныш Н.В.

(дата обезличена) Наумчик М.В. умерла, что подтверждается свидетельством о смерти серии I-ЯЗ (номер обезличен) от (дата обезличена).

(дата обезличена) Черныш Н.В. подано заявление нотариусу на принятие наследства в виде 1/4 доли спорной квартиры.

На основании поданного заявления, (дата обезличена) государственным нотариусом Пономарёвой Н.Д., выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию, согласно которому Черныш Н.В. унаследовала от Наумчик М.В, 1/4 доли трёхкомнатной квартиры, расположенной в (адрес обезличен).

На выданном свидетельстве имеется регистрационная надпись в отношении спорной квартиры, с указанием на факт регистрации в личную собственность за Черныш Н.В. на основании свидетельства о наследовании от (дата обезличена) в реестровой книге под (номер обезличен). Инвентарное дело (номер обезличен). Дата — (дата обезличена). Мастичная печать Бюро технической инвентаризации. Подпись начальника инвентаризационного Бюро Нуйкина В.М.

При исследовании судом наследственного дела установлено наличие справки Жилищно-эксплуатационного участка Карачаевского городско Совета народных депутатов от (дата обезличена) о том, что её бабушка — Наумчик М.В. до дня смерти проживала совместно с ней в (адрес обезличен)

Также в наследственном деле имеется справка, выданная Бюро технической инвентаризации на имя Черныш Н.В., датированная сентябрём 1999 года (номер обезличен), из которой следует, что квартира, расположенная в (адрес обезличен), зарегистрирована в материалах БТИ на праве личной собственности за гражданами Наумчик М.В., Черныш Н.В., Бородаевым С.В., Черныш А.В. по 1/4 доли за каждым. Стоимость квартиры определена в 41857 рублей. Справка подписана начальником БТИ Нуйкиным В.М.

Согласно статье 73 Основ законодательства РФ о нотариате, нотариус при выдачесвидетельства о праве на наследство по завещанию путем истребования соответствующих доказательств, проверяет факт смерти наследодателя, наличие завещания, время и место открытия наследства, состав и место нахождения наследственного имущества.

Нотариус выясняет также круг лиц, имеющих право на обязательную долю в наследстве.

Согласно ст. 48 Основ законодательства О нотариате нотариус отказывает в совершении нотариального действия, если документы, представленные для совершения нотариального действия, не соответствуют требования закона.

В силу ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положений ст. 1111, 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации Наумчик М.В. вправе была распорядиться своим имуществом по своему усмотрению, в т.ч. и путем составления завещания — личного распоряжения гражданина на случай смерти принадлежащим ему имуществом в пользу конкретного лица — Черныш Н.В.

Доказательств того, что при жизни Наумчик М.В, была признана в установленном порядке недееспособной (ст. 29 Гражданского кодекса Российской Федерации) или ограниченно дееспособной (ст. 30 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому не имела предусмотренных законом ограничений в праве распоряжения своим имуществом на случай смерти путем совершения завещания, не имеется.

Завещание по своей форме соответствует закону. На момент смерти наследодателя не отменено и не изменено. В рамках рассмотрения дела завещание истцами не оспаривается.

Анализируя изложенное суд приходит к выводу о соответствии действий нотариуса ч. 1 ст. 1, 50, 57, 73 Основ законодательства РФ о нотариате, в связи с чем требование истцов в указанной части удовлетворению не подлежит.

Анализируя довод истцов о том, что на свидетельстве о праве на наследство не могла быть проставлена регистрационная надпись, судом установлено следующее.

В случае, если наследодателю или реорганизованному юридическому лицу (правопредшественнику) принадлежало недвижимое имущество на праве собственности, это право переходит к наследнику или вновь возникшему юридическому лицу независимо от государственной регистрации права на недвижимость.

Право собственности на недвижимое имущество в случае принятия наследства возникает со дня открытия наследства (пункт 4 статьи 1152 ГК РФ), а в случае реорганизации — с момента завершения реорганизации юридического лица (статья 16 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»).

Наследник или вновь возникшее юридическое лицо вправе обратиться с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее — государственный регистратор), после принятия наследства или завершения реорганизации. В этом случае, если право собственности правопредшественника не было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, правоустанавливающими являются документы, подтверждающие основание для перехода права в порядке правопреемства, а также документы правопредшественника, свидетельствующие о приобретении им права собственности на недвижимое имущество.

Доводы истца основаны на неверном толковании закона и опровергаются материалами дела, из которых следует, что на момент смерти наследодателя завещание не было отменено или изменено, что наследодателю принадлежало право собственности на 1/4 долю спорной квартиры.

Таким образом, наличие отметки БТИ в свидетельстве о праве на наследстве и наличие соответствующей записи в реестровой книге (номер обезличен) не повлекло каких-либо правовых последствий, и не противоречит действующему законодательству, поскольку право Черныш Н.В. на принадлежащую Наумчик М.В. долю квартиры возникло в силу закона. Произведённая органами БТИ регистрации была направлена на соблюдение действующего законодательства по учёту жилищного фонда.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что иск в указанной части удовлетворению не подлежит.

Возражая против заявленных требований, ответчик Черныш Н.В., действующая от своего имени и представляя интересы третьего лица, не заявляющего самостоятельных требвоаний относительно предмета спора Черныш А.В., представитель ответчика — Администрации Карачачавеского городского округа Кубанов Ш.Г. просили применить срок исковой давности к спорным правоотношениям.

Рассматривая указанные заявления, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, то есть такой срок, в течение которого лицо, чье право нарушено, вправе требовать в суде защиты нарушенного права.

В соответствии со статьей 10 Федерального закона от 30 ноября 1994 года N 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» установленные частью первой Гражданского кодекса РФ сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к тем требованиям, сроки предъявления которых, предусмотренные ранее действовавшим законодательством, не истекли до 01 января 1995 года.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна. Ничтожная сделка недействительна с момента ее совершения и не требует признания ее таковой в судебном порядке.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ в редакции, действовавшей до 26 июля 2005 года, иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось ее исполнение.

Поскольку на момент вступления в силу части первой Гражданского кодекса РФ не истек срок исковой давности, предусмотренный пунктами 1, 3 статьи 42 Основ гражданского законодательства СССР, и с учетом разъяснений вышестоящих судов (пункт 8 совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12 ноября 2001 года N 15/18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», далее — Постановление N 15/18), применению подлежат нормы пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ в редакции, действовавшей до 26 июля 2005 года.

Так как истец Бородаев С.В. оспаривает договор приватизации по основаниям статьи 168 Гражданского кодекса РФ (несоответствие требованиям закона), следовательно, срок исковой давности для применения последствий недействительности ничтожной сделки составляет десять лет и исчисляется со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Договор передачи квартиры в собственность Наумчик М.В., Черныш Н.В., Черныш А.В. и Бородаева С.В., заключенный (дата обезличена), был зарегистрирован согласно восстановленной регистрационной надписи в БТИ (дата обезличена). Дату регистрации следует рассматривать как момент начала исполнения сделки. Следовательно, моментом окончания срока исковой давности обращения в суд с требованием о признании недействительной ничтожной сделки является (дата обезличена). Указанный срок исковой давности истцом
Бородаевым С.В. пропущен.

Ссылка истца Бородаева С.В. на то, что о нарушении его прав он узнал, только, когда обратился в архивный отдел АКГО за получением информации в 2016 году, несостоятельна, поскольку при наличии заинтересованности и при надлежащем исполнении обязательств по договору социального найма, на что указывают письменные документы, свидетельствующие об оплате коммунальных платежей и оформлении соответствующих льгот, Бородаев С.В., не был лишен возможности получить соответствующие сведения в отношении спорной квартиры.

Ходатайство о восстановлении пропущенного срока, доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности истцом Бородаевым С.В. не представлено.

Рассматривая заявления о пропуске сроков исковой данности для обращения в суд за защитой нарушенных прав Динаевой Е.П., суд исходит из того, что свои требования истец обосновала невключением в договор её как лица, имеющего право пользования спорным жилым помещением на момент его заключения (дата обезличена), и в соответствии с положениями ч. 1 ст. 53 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего на время заключения договора, о равенстве прав членов семьи нанимателя на жилое помещение, она также имела право на приватизацию.

Принимая решение в данной части, суд исходит из того, что при изложенных истцом Динаевой Е.П. обстоятельствах сделка (договор передачи квартиры) является оспоримой, в связи с чем, к ней применяются положения ч. 2 ст. 181 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ в редакции, действовавшей до (дата обезличена), иск о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности может быть предъявлен в течение года со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Динаева Е.П. ссылаясь на ст. 168 ГК РФ, обратилась в суд (дата обезличена), указав, что о приватизации квартиры ей стало известно только при обращении в архивный отдел Администрации Карачаевского городского округа в июне 2016 года года. При этом Динаева Е.П. не просила восстановить срок исковой давности по защите ее нарушенного права, полагая, что он ею не пропущен.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются ГК РФ и иными законами.

Из приведенных правовых норм следует, срок исковой давности исчисляется не только с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении, но и с момента, когда оно должно было узнать о нарушении своего права.

Суд, оценивая доводы ответчиков о пропуске срока исковой давности
Динаевой Е.П., учитывает, что последняя ранее, в 1981 году была зарегистрирована в спорной квартире, была осведомлена о том, что в данной квартире зарегистрированы и проживают, в том числе Черныш Н.В., Черныш А.В., Бородаев С.В.. Динаева Е.П. была осведомлена о смерти нанимателя — собственника 1/4 спорной квартиры -Наумчик М.В. (дата обезличена), и об открытии наследства после её смерти, при необходимой заботливости и осмотрительности имела возможность узнать о приватизации спорной квартиры с момента регистрации права собственности за ответчиками.

Соответственно срок исковой давности для признания оспариваемого договора недействительным, установленный п. 2 ст. 181 ГК РФ, истек (дата обезличена).

Наличие уважительных причин пропуска истцами срока исковой давности материалами дела не подтверждается, обстоятельств, исключающих возможность своевременного обращения в суд с требованиями о признании договора недействительным, или прерывающих течение срока исковой давности, судом не установлено.

Таким образом, при наличии заявлений ответчиков об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса РФ, а также иными способами, предусмотренными законом. Из смысла данной нормы следует, что истец свободен в выборе защиты своего нарушенного права, однако, избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты. При этом, изложенные основания иска должны соответствовать его предмету, то есть материально-правовому требованию.

В силу ст. 56 ГПК РФ, лицо участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Рассматривая требования истца Бородаева С.В. по исковому заявлению к ответчикам о признании договора приватизации ничтожной сделкой, суд приходит к выводу о том, что избранный истцом способ защиты гражданских прав, не повлечёт устранения их нарушения.

Судом, учитывается, что при признании договора передачи спорной квартиры в собственность Наумчик М.В., Бородаева С.В., Черныш Н.В., Черныш А.В., от (дата обезличена) недействительным и применяя последствия недействительности сделки, в силу положений статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации спорная квартира подлежит возврату в муниципальную собственность.

Последующее заключение договора приватизации спорной квартиры с лицами, имеющими на это право, повлечёт уменьшение доли Бородаева С.В. в праве на указанную квартиру.

В то же время, требования Бородаева С.В. основаны на доводах об отсутствии возможности пользоваться принадлежащей ему 1/4 доли спорной квартиры.

В данном случае, с учётом характера возникших правоотношений истец Бородаев С.В. может осуществить защиту нарушенных по его мнению прав путём избрания иного способа защиты, связанного с восстановлением положения существовавшего до нарушения права — восстановления права пользования принадлежащей ему 1/4 доли квартиры, расположенной в г. Карачаевске (адрес обезличен) и пресечении действий, нарушающих его право пользования жилым помещением, либо создающих угрозу его нарушения.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в их совокупности.

Оценив приведенные и исследованные в ходе судебного заседания письменные доказательства по делу, проверив правильность, суд принимает представленные сторонами письменные доказательства как относимые, достоверные и допустимые доказательства по делу. Так, приведенные доказательства составлены и исходят из правомочных на выдачу данных документом органов и должностных лиц, и заверены уполномоченным на то должностными лицами.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам.

Учитывая, что по делу в удовлетворении их требований отказано в полном объёме, понесённые ими расходы возмещению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 — 198, ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Бородаева С.В. и Динаевой Е.П. к Администрации Карачаевского городского округа, Черныш Н.В., Карачаево-Черкесскому республиканскому государственному унитарному предприятию «Бюро технической инвентаризации по Карачаевскому городскому муниципальному образованию» о признании договора на передачу и продажу квартир в собственность граждан (дата обезличена), заключенного между Администрацией (адрес обезличен) и Наумчик М.В.. Черныш Н.В., Черныш А.В., Бородаевым С.В. о продаже (адрес обезличен), недействительным, о признании регистрационной надписи БТИ (адрес обезличен) на договорах на передачу и продажу квартир в собственность граждан от (дата обезличена) между Администрацией (адрес обезличен) и Наумчик М.В., Черныш Н.В., Черныш А.В., Бородаевым С.В. о продаже квартиры (адрес обезличен) в городе Карачаевске и регистрационной надписи с записью «Восстановлено мною директором БТИ г. Карачаевска Акбаевым М.У. (дата обезличена)», недействительными, о признании свидетельства о праве на наследство по завещанию от (дата обезличена), выданного Пономаревой Н.Д., нотариусом Карачаевской нотариальной конторы Ставропольского края, недействительным — отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме, через Карачаевский городской суд КЧР.

Судья «подпись» М.В. Тарасов

Копия верна:

Судья М.В. Тарасов