Дело № 2-705/2016 г.
Р Е Ш Е Н И Е
Именем Российской Федерации
«06» октября 2016 года г. Пролетарск
Пролетарский районный суд Ростовской области в составе:
председательствующего судьи Кирюхиной Е.В.,
при секретаре Сергеевой И.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Наумовой О.И. к Наумову А.С., Наумовой В.С., Наумовой Н.С., третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Жданов А.В. о разделе совместно нажитого имущества,
у с т а н о в и л:
Наумова О.И. обратилась в суд с иском к Наумову А. С., Наумовой В. С., Наумовой Н. С. о разделе совместно нажитого имущества, в котором просила признать за ней 1/2 долю в совместно нажитом имуществе на земельный участок общей площадью 53000 кв.м с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <,адрес>,, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, 1/2 долю на земельный участок общей площадью 59000 кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу: Россия, <,адрес>,, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, 1/2 долю производственного помещения, площадью 83, 3 кв.м, литеры Б, под Б, насосная площадью 31, 4 кв.м, литера В, материальный склад площадью 35 кв.м, литера Д, материальный склад площадью 129,4 кв.м, литера М, контурные и разделительные дамбы, отсыпанные бульдозером при перемещении грунта II группы на расстояние до 100м и профилированные экскаватором драйлек № 1, донные водоспуски — 4 штуки № 2, рыбоуловители железобетонные- 3 штуки №№ 2,4 и 5, пруды №№ 1,2,3 и 4 (№№ 6,7,8,9 по техпаспорту), аквакамера № 10, расположенные на берегу <,адрес>,
Истец Наумова О.И. в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала в полном объёме, настаивала на их удовлетворении по мотивам и доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, она состояла в зарегистрированном браке с Наумов С.В.. От брака у них совместный сын Наумову А.С., ДД.ММ.ГГГГ рождения. Проживая в совместном браке ими была приобретена, производственная база на берегу реки Маныч, 5 <,адрес>,. Изначально были приобретены пруды в колхозе «Уютный» и одна насосная станция. Затем были произведены постройки, в 2006 году было получено свидетельство на право собственности на все постройки. Считает, что имеет право на половину совместно нажитого имущества. В браке с Наумовым С.В. проживали много лет. От первого брака, она имела квартиру, которая в 2005 году была продана. Деньги от продажи квартиры были отданы на строительство этой базы, ввиду чего считает, что база приобреталась не только в совместно нажитом имуществе, но и её с детьми доля была заложена в этой базе. В 2010 году брак между ней и её супругом Наумовым С.В. был расторгнут. Брак был расторгнут для того, чтобы брать кредиты без согласия супруги. А фактически продолжали жить совместно, вели общее хозяйство, имели совместный бюджет. Расторжение брака было в марте, а в феврале 2010 года ей была сделана операция в г. Сальске и отправлен материал на гистологию. Результаты гистологии были положительные, и было направление в Ростовский онкологический институт. Для всех это было секретом, дети это не знали, никто это не знал. Между Наумовым С.В. и ней была договоренность в письменном виде о том, что после её смерти, её половину он оформит дарственную на их совместного сына Наумова А.С., а её просто достойно похоронят. ДД.ММ.ГГГГ, будучи уже в разводе, Наумов С.В., делают операцию. Ему удаляют надпочечник. Уезжая на операцию, он написал предсмертную записку, в которой написано что, «…если сегодняшний билет окажется в один конец, продавай базу через Ирку и через Сашку…», дальше там не связывайся ни с тем, ни с другим и самое главное «…не обижай малого». Больше не сказано ни о ком, кто должен к этой базе касаться, кто должен её продавать. Имеется копия выписного эпикриза, где указана дата операции, копия его предсмертной записки, он её написал когда уезжал, можно любой экспертизой доказать то, что его рукой написана эта записка. Пояснила, что она произвела похороны Наумова С.В. Раздела имущества между ними после расторжения брака не было. Считает, что согласно ст. 200 ГК РФ срок давности идет не с момента расторжения брака, а с момента нарушения её прав, когда она узнала о нарушении своего права на пользование их совместным имуществом. Утверждает, что до смерти Наумова С.В. она пользовалась базой, в любое время приезжала туда, так как это было их совместно нажитое имущество. Пояснила, что угроза нарушения её прав со стороны ответчиков, в том, что наследство их отца и её бывшего мужа после его смерти будет делиться между его детьми. Имущество войдет в состав наследства, а она будет лишена супружеской доли. Считает, что дети являются надлежащими ответчиками по делу. Поэтому был подан иск, чтобы отстоять супружескую долю. Суть иска заключается в том, что согласно ст. 34 СК РФ любые доходы супругов являются общими, следовательно, имущество, приобретенное на доходы одного из супругов, является общим. Согласно п. 3 ст. 34 СК РФ право на общее имущество супругов принадлежит также супругу, который в период брака осуществлял ведение домашнего хозяйства, уход за детьми или по другим причинам не имел самостоятельного дохода. Поэтому слова представителя ответчика Наумовой В.С. о том, что бизнесом занимался Сергей Васильевич, слова Наумовой В.С. о том, что кредиты платил папа сам, в данном случае не имеют смысла. При разделе совместно нажитого имущества, оно делится в равных долях, независимо от того кто и чем занимался. Адвокат ответчиков заявляет, что беседуя с ответчиками Натальей и Викторией, они говорят о том, что по факту имущество на 2010 год было разделено. ДД.ММ.ГГГГ был нотариально составлен договор дарения и ДД.ММ.ГГГГ, согласно существующему на то время закону о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, в соответствии с ч. 3 ст. 574 ГК РФ, был зарегистрирован в БТИ г. Пролетарска. На тот момент в г. Пролетарск отдела Юстиции не было, он открылся только ДД.ММ.ГГГГ. Поэтому все сделки, зарегистрированные до этой даты не подлежали обязательной регистрации в юстиции, эта регистрация была добровольной, свидетельство о регистрации права собственности было получено ДД.ММ.ГГГГ. Собственность, полученная по дарственной, не подлежит разделу при разводе. Ответчики утверждают о том, что был добровольный раздел, тогда пусть покажут нотариальное соглашение в соответствии с ч.2 ст. 38 Семейного кодекса РФ. Незаверенное у нотариуса соглашение о разделе имущества считается не заключенным. Имущество делится между супругами либо путем нотариального соглашения, либо в суде (ч. 2 и 3 ст. 38 Семейного кодекса РФ), ни того, ни другого раздела имущества не было. Кроме того, обратила внимание суда на то, что дом ей был подарен Наумовым С.В. в 1998 году, и в тот же год она надлежащим образом зарегистрировала на него право собственности, а база ими была приобретена в 2003 году. Таким образом, на момент дарения дома они никак не могли заключить какое-либо соглашение о разделе (по версии ответчиков), поскольку спорной базы на тот момент просто не было, а на момент расторжения брака дом, принадлежащий ей и неявляя их совместной собственностью, так как он уже был зарегистрирован на её имя, не мог быть включен в состав общего имущества супругов. Более того, согласно ст. 56 ч. 1 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на основании которых она основывает свои требования или возражения. В данном случае, ответчики не представили ни одного допустимого доказательства наличия какого-либо соглашения между супругами Наумовыми о разделе общего имущества. При таких обстоятельствах нет никаких оснований для утверждения ответчиками и их представителем о том, что между ней и Наумовым С.В. было соглашение о разделе имущества. Слова адвоката: «она приезжала в гости к сыну, который фактически жил на этой базе, не говорят о том, что она имеет право поставить вопрос в отношении этой базы». На момент развода сыну было 14 лет, он ходил в школу и никогда не жил на базе, да и Сергей Васильевич там не жил, он жил дома, они вели совместное хозяйство и после официального расторжения брака. После развода раздела имущества не было. Для этого было множество причин, о которых было сказано ранее. Истец утверждает, что Сергей Васильевич продолжал жить дома в семье, продукты для питания были общие, она стирала, убирала, готовила, все вещи покупала ему только она, они совместно занимались воспитанием сына. На развод он подал только для того, чтобы брать без её ведома кредиты и совершать сделки, которые она никогда бы не одобрила и не подписала, в том числе и кредит с поручительством Жданова А.В., а следовательно и расписку о залоге данной базы, она бы никогда не подписала. Ответчик Наумова В.С. не считает себя надлежащим ответчиком, но при этом говорит о том, что она с братом будет заниматься рыбой, и база ей нужна как единое целое. Полагает, что в связи с разделом наследственного имущества, её права на пользование супружеской долей будут однозначно нарушены. При этом все ответчики, заявленные ею в качестве таковых, высказали свое намерению о принятии наследства. Данное намерение было высказано ими в момент поминок 40 дней смерти Наумова С.В., поэтому они и привлечены в качестве ответчиков. В случае отказа их от наследства в порядке ст. 1157 ГК РФ, готова изменить круг ответчиков по настоящему делу. Ходатайство Жданова А.В. о том, что «любое ваше решение затронет мои права относительно базы», считает неправомерным. О каких его правах на базу может идти речь, тем более в суде о выделении супружеской доли, он что был третьим членом семьи? Соглашение (расписка) обязательно должна содержать паспортные и контактные данные двух сторон. Оно должно быть скреплено подписями физических лиц. Ни паспортных данных второй стороны, ни второй подписи, на этой расписке нет. В данном случае договор будет признан недействительным. Кроме того, согласно ст. 334.1 ч.1 Гражданского кодекса РФ залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора, то есть двусторонней сделки. Ждановым А.В. представлена расписка Наумова С.В., что не может быть двусторонней сделкой, так как это выражает позицию одного человека — Наумова С.В. Согласно ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух, в данном случае, или более лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. При этом никакого договора залога (в соответствии с нормами Гражданского кодекса РФ — ст. 420 и 334.1 ч.1) между Ждановым А.В. и Наумовым С.В. не заключено. Кроме того, согласно ст. 339.1 ч.2 и 8.1 Гражданского кодекса РФ договор залога недвижимости подлежит государственной регистрации, чего в данном случае также не было. Государственная регистрация договора займа с залоговым обеспечением недвижимым имуществом или земельным участком, обязательна. В этом случае, нужно указать все реквизиты правоустанавливающих документов на недвижимость, а также его оценочную стоимость. Оценочная стоимость не должна значительно превышать сумму займа. В данном случае стоимость залогового имущества значительно превышает стоимость долга. Только с момента регистрации договора у залогодержателя возникает право залога. По договору займа, он считается заключённым не с момента передачи предмета займа, а с момента его государственной регистрации, так как регистрации договора займа не было, следовательно ни о каком залоге недвижимого имущества не может быть и речи. Судебное решение о разделе совместно нажитого имущества никаким образом не повлияет на права и обязанности Жданова А.В. Деньги по долговой расписке в размере 1.322.500 рублей третьему лицу возвращены. Копии квитанций имеются. В качестве последствий для наследников может быть только обязанность на основании судебного решения выплатить остаток долга, но исключительно в пределах стоимости наследственного имущества, которое будет принято наследниками. Срок исковой давности не пропущен, поскольку до момента смерти Наумова С.В. её права по поводу спорного имущества никаким образом не были нарушены, поскольку они продолжали проживать совместно, вели общее хозяйство, совместно распоряжались общим имуществом и доходами от него. Доказательств обратного суду со стороны ответчиков не представлено. Срок исковой давности не упущен. Он начал течь с момента нарушения её прав, то есть с момента смерти её бывшего супруга ДД.ММ.ГГГГ. Насколько ей известно до настоящего времени никто не вступил в наследство, никто подавал заявление о вступлении в наследство. Но все трое детей устно заявили, что будут вступать в наследство после смерти отца. Поэтому просила удовлетворить иск о разделе совместно нажитого имущества согласно статьи 34 СК РФ.
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)
Ответчик Наумов А.С. в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен надлежаще, предоставил ходатайство о рассмотрении дела без его участия, в предыдущем судебном заседании пояснил, что он признает заявленные исковые требования в полном объёме, не возражает, против их удовлетворения. Считает, что после смерти отца, мать достойна 1/2 части его базы, потому что они вместе прожили больше двадцати лет и за это время есть не одна сотня фотографий. Все это имеется, в том числе и с последнего его юбилея. С заявлением к нотариусу о вступлении в наследство он не обращался. Обращаться или нет с данным заявление пока еще не решил.
Ответчик Наумова В.С. в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещена надлежаще, предоставила ходатайство, в котором просит рассмотреть дело без её участия, просила отказать в удовлетворении исковых требований, в предыдущих судебных заседаниях, поясняла, что заявленные исковые требования не признает, просила отказать в их удовлетворении в полном объёме. Считает, что базу делить нельзя, она нужна как целое, для того, чтобы дальше она работала. Полагает, что прошел срок исковой давности раздела имущества. К нотариусу с заявлением о принятии наследства не обращалась. Считает себя не надлежащим ответчиком по делу.
Представитель ответчика Наумовой В.С. — адвокат Невейницына Н.Г. в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще, в материалах дела имеется её заявление о рассмотрении дела без её участия. В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ пояснила суду, что со слов ответчиков Наумовой Н.С. и Наумовой В.С., следует, что по факту имущество на 2010 год было разделено, было добровольное соглашение о том, что бизнесом занимается Сергей Васильевич, он один решал все производственные вопросы. За шесть лет, кроме того, что у истца истек срок исковой давности, она вполне могла поставить вопрос о разделе совместно нажитого имущества в те сроки, которые определены законодательством и то, что она приезжала в гости к сыну, который фактически жил на этой базе, не говорит о том, что она имеет право поставить вопрос в отношении этой базы. Также представила суду письменные возражения, из которых следует, что считает Наумовой О.И. пропущен срок исковой давности по требованию о разделе совместно нажитого имущества. Доводы истца о том, что срок исковой давности следует исчислять с ДД.ММ.ГГГГ, то есть со дня смерти Наумова С.В., считает необоснованными, поскольку истица знала о зарегистрированном праве собственности Наумова С.В. на спорное имущество в период брака, бесспорных и достоверных доказательств того, что истец после расторжения брака с 2010 г. продолжала пользоваться спорным имуществом как собственник, и несла бремя по его содержанию не представлено. Наумова О.И. имела возможность при должной осмотрительности и внимательности реализовать свое право на раздел супружеского имущества в пределах трехлетнего срока. Истица не представила суду доказательств наличия причин, объективно препятствовавших ей обратиться в суд за защитой нарушенного права в установленный законом срок. Наумовой О.И. объём имущества, подлежащего разделу, был известен на момент прекращения брака, между тем она с требованиями о разделе совместно нажитого имущества к супругу в добровольном либо в судебном порядке не обращалась, каких-либо действий, направленных на признание за ней права на долю в совместно нажитом имуществе не предпринимала, право собственности Наумова С.В. на спорное имущество не оспаривала. Утверждала, что истице о нарушении её прав на совместное имущество стало известно еще в 2012 г., когда её бывший супруг осуществлял активные действия, направленные на отчуждение спорного имущества. Просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объёме.
Ответчик Наумова Н.С. в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещена надлежаще, представила ходатайство о рассмотрении дела без её участия, в котором также указала, что просит отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объёме.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Жданов А.В. в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще, о причинах неявки не сообщил суду. Между тем в материалах имеется ранее поданное им заявление о рассмотрении дела без его участия, в котором просил отказать в удовлетворении исковых требований.
Представитель третьего лица — Жданова А.В. по доверенности Вертянов А.Д. в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени судебного разбирательства извещен надлежаще, в материалах дела имеется его ходатайство об отложении судебного разбирательства, ввиду нахождения его в отпуске. В предыдущем судебном заседании пояснил, что считает, заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению, по мотивам и доводам, изложенным в возражениях относительно исковых требований, которые приобщены к материалам дела.
По ходатайству истца в судебном заседании был допрошен свидетель Кривошлыков А. В., который пояснил, что он проживает и работает на базе ООО «Бартер» с января 2015 года. Видел ли он на базе ответчика Наумову В.С. не помнит, а истец Наумова О.И. бывала на базе очень часто. На данный момент базу содержит истец Наумова О.И., она привозила бензин, в содержание базы она вкладывает свои деньги. Каких либо вопросов по базе совместно истец с Наумовым С.В. не решали.
По ходатайству истца в судебном заседании был допрошен свидетель Наумов С.С., который пояснил, что истец Наумова О.И. является его матерью, ответчик Наумов А.С. его брат, ответчик Наумова В.С. сводная сестра, ответчик Наумова Н.С. также сводная сестра. Неприязненных отношений к сторонам не имеет. С продажи квартиры в 2005 году, которая была у них в совместной собственности за вырученные деньги ему ничего не купили. Деньгами распоряжались мать и отец. На спорной базе бывает, так как это база его отца. Мама тоже приезжала на базу как к себе домой, так как эта база принадлежала ей также как и отцу. Родители не делили совместно нажитое имущество, никаких договоров о разделе имущества между ними не было.
По ходатайству истца в судебном заседании был допрошен свидетель Подтыканова Л.А., которая в судебном заседании пояснила, что она долгое время не знала о разводе между истицей и Наумовым С.В., так как они жили до дня смерти совместно и вели совместное хозяйство, как дома, так и на базе, об их разводе узнала только в 2013 году. На спорную базу истца могла приехать в любое время, у неё от базы были ключи. Истец передавала и возила на базу посуду, продукты питания, Наумов С.В. привозил домой рыбу, мясо, яйца или передавал через кого-то. Они жили одной полноценной семьей. На базе истица вела хозяйство практически сама.
В судебном заседании по ходатайству истца был допрошен свидетель Кислов Е.Н., который пояснил, что знает истицу давно, они вместе работали. Наумова С.В. тоже знал. Он возил его в г. Ростов-на-Дону один-два раза в месяц, забирал его всегда из дома. Возил он их вместе и с истицей, они заезжали к детям, также совместно они заезжали к брату Наумова С.В. в ст. Егорлыкская. Истец ранее работала технологом на хлебозаводе, получала достойную заработную плату. О том, что Наумов С.В. владел базой на берегу реки Маныч знал, часто бывал на этой базе. Постоянно привозил на базу истицу. Несла ли истица расходы по содержанию базы не знает.
Так же в судебном заседании по ходатайству истца был допрошен свидетель Наумова С.Г., которая пояснила, что она является женой родного брата Наумов С.В., были в очень близких отношениях как с Наумовой О.И., так и с Наумовым С.В. До последнего дня Наумов С.В. жил дома, на базе было совместное имущество, было хозяйство, за которым он присматривал, производство. Все праздники проводили вместе, истец с Наумовым С.В. приезжали к ним в гости, они с супругом приезжали в гости к ним. ДД.ММ.ГГГГ было двадцать лет совместной жизни Наумовых, с данной датой их поздравляли, они праздновали. О том, что они разведены официально, ей известно, но это не повлияло на их отношения. Наумов С.В. даже высказывался о том, чтобы повторно зарегистрировать брак, но наверно не успел. Кто брал кредиты ей неизвестно и не интересно, это никогда не обсуждалось. О наличии базы на берегу Маныча, знала, поскольку часто отдыхали на этой базе, отмечали совместно семейные праздники и дни рождения. Наумова О.И. и Наумов С.В. до последнего были одной семьёй. На базе было подсобное хозяйство: утки, гуси, свиньи были. Дом Наумова С.В. был там. Наумов С.В. проживал и дома и на берегу, так как была необходимость кому-то присматривать за хозяйством. Ухаживали за этой базой все вместе. Несла ли расходы по содержанию базы истица, платила ли она налоги, платила ли она за электроэнергию, за бензин на генератор не знает.
По ходатайству истца в судебном заседании был допрошен свидетель Головко Т.П., которая пояснила, что истец и Наумов С.В всегда проживали совместно, все праздники отмечали вместе, свадьбу дочери, юбилей Сергея Васильевича, имеется ряд фотографий, свидетельствующих об этом. О том, что Сергей Васильевич брал кредиты или займы у кого-либо её неизвестно, но точно знает, что истица всегда была против того, чтобы он брал кредиты. О том, что Сергей Васильевич владеет базой на берегу реки Маныч, ей известно. Думает, что все расходы по содержанию этой базы, истец и Наумов С.В. несли совместно.
Суд, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса в порядке ст. 167 ГПК РФ.
Суд, выслушав истца, исследовав материалы дела, учитывая мнение ответчиков, их представителей, мнение третьего лица и его представителя, показания свидетелей, приходит к следующему.
В судебном заседании установлено и не оспаривалось сторонами, что Наумова О.И. и Наумов С.В. состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ.(л.д.12).
ДД.ММ.ГГГГ брак меду Наумовой О.И. и Наумовым С.В. прекращен на основании решения мирового судьи судебного участка № 2 Пролетарского района Ростовской области от ДД.ММ.ГГГГ, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о расторжении брака № Отделом ЗАГС Пролетарского района Ростовской области. Данный факт не оспаривался сторонами в судебном заседании и подтвержден копией свидетельства о расторжении брака №№, выданного ДД.ММ.ГГГГ.(л.д.13).
В период брака Наумовой О.И. и Наумовым С.В. было совместно приобретено спорное недвижимое имущество, которое было зарегистрировано на Наумова С.В., данный факт подтвержден материалами дела, не оспаривался сторонами (л.д.16-31).
ДД.ММ.ГГГГ Наумов С.В. — умер, что подтверждается копией свидетельства о смерти III-АН №, выданным ДД.ММ.ГГГГ Отделом ЗАГС Пролетарского района Ростовской области (л.д.32).
ДД.ММ.ГГГГ Наумова О.И. обратилась в Пролетарский районный суд с иском к Наумову А.С., Наумовой В.С., Наумовой Н.С. о разделе совместно нажитого имущества.
Ответчики Наумова В.С., Наумова Н.С. являются дочерьми, умершего Наумова С.В., ответчик Наумов А.С. является совместным сыном, умершего Наумова С.В. и истицы Наумовой О.И., данный факт не оспаривался сторонами в судебном заседании.
В соответствии с п. 1 ст. 256 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.
В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.
К такому имуществу согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 О применении судами законодательства при рассмотрении дела о расторжении брака, относится любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.
Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (пункт 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).
Согласно п. 1 ст. 38 СК РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов.
В силу п. 7 ст. 38 названного Кодекса к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.
В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 г. N 15 О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака, течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде — дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).
Таким образом, исковая давность по разделу имущества супругов наступает с момента нарушения прав супруга на совместно нажитое имущество и будет исчисляться со времени, когда супруг узнал о чинимых другим супругом препятствиях в пользовании.
Если после расторжения брака бывшие супруги продолжают пользоваться общим имуществом, то срок исковой давности начинает течь с того дня, когда одним из них будет совершено действие, препятствующее другому супругу осуществлять свои права в отношении этого имущества.
Обращаясь в суд с настоящим иском, Наумова О.И. ссылалась на то, что после расторжения брака она и Наумов С.В. продолжали жить совместно, вели общее хозяйство, имели общей бюджет, совместно воспитывали детей, раздела спорного имущества не производили, спорное имущество продолжало находиться в общей совместной собственности бывших супругов, она беспрепятственно пользовалась спорным недвижимым имуществом. 19.05.2016 г. Наумов С.В., умер, дети намерены вступить в наследство на спорное имущество. Истец считает, что данные действия ответчиков нарушают ее права. Считает, что Наумов А.С., Наумова В.С., Наумова Н.С. являются надлежащими ответчиками. Полагает, что срок исковой давности не пропущен, исчисляет его с 19.05.2016 г., то есть со дня смерти Наумова С.В.
Возражая против иска, Наумова В.С., Наумова Н.С., равно как и представитель ответчика Наумовой В.С. адвокат Невейницына Н.Г. указали на пропуск срока исковой давности по заявленным требованиям.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Жданова А.В. по доверенности Вертянов А.Д. также в своих возражениях на заявленные исковые требования Наумовой О.И. указал о пропуске последней срока исковой давности.
Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).
Суд полагает, что с доводами ответчиков, представителя третьего лица о том, что истицей пропущен срок исковой давности согласиться нельзя, так как они основаны на неправильном толковании и применении норм материального права.
Как указывалось выше, раздел общего имущества супругов согласно п. 1 ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов.
Пунктом 7 ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.
В силу пункта 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
В п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака разъяснено, что течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде — дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).
Однако ответчики полагали необходимым срок исковой давности по требованиям Наумовой О.И. исчислять с 2012 г., когда ей стало известно о нарушенном её праве, а именно, когда Наумов С.В. осуществлял активные действия, направленные на отчуждение спорного имущества, между тем достоверных и безусловных доказательств тому, что истице было известно о данных действиях Наумова С.В. суду не представлено. Доводы представителя третьего лица, о том, что срок исковой давности надлежит исчислять с момента прекращения брака между сторонами, противоречит приведенным выше нормам Семейного кодекса Российской Федерации и Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениям по их применению, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, а также фактическим обстоятельствам дела.
Из материалов дела следует, что спорное имущество было приобретено в период брака Наумовых, в связи, с чем в силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации является совместной собственностью супругов.
После расторжения брака раздел имущества между бывшими супругами не производился, спора о порядке пользования общим имуществом не имелось, от своих прав на спорное имущество Наумова О.И. не отказывалась.
В судебном заседании Наумова О.И. указывала, что с вопросом о разделе совместно нажитого имущества и выделе доли в праве собственности на спорное имущество она не обращалась в связи с отсутствием такой необходимости, поскольку могла беспрепятственно пользоваться спорным недвижимым имуществом до момента смерти Наумова С.В. Только с момента смерти бывшего супруга в мае 2016 года, в связи с возможностью включения спорного недвижимого имущества в наследственную массу, Наумова О.И. сочла свои права на это имущество нарушенными, поэтому трехлетний срок исковой давности на момент ее обращения в суд в июле 2016 года за защитой своих прав ею не пропущен.
Данные обстоятельства нашли свое подтверждение при разбирательстве дела в суде, так из показаний свидетелей следует, что после расторжения брака Наумовы продолжали проживать совместно, вели общее хозяйство, имели совместный бюджет, показания свидетелей в судебном заседании последовательны, не противоречат другу, сомнений у суда не вызывают, ввиду чего суд принимает их ко вниманию и оценивает как достоверные.
Ссылка ответчиков на то, что с момента расторжения брака истец спорным имуществом не пользовалась, не участвовала в его содержании, несостоятельна, поскольку срок исковой давности в данном случае исчисляется с момента, когда бывшему супругу стало известно о нарушении своего права на общее имущество, а не с момента возникновения иных обстоятельств (прекращение брака, неиспользование спорного имущества и т.п.).
При отсутствии доказательств того, что при жизни Наумова С.В. когда-либо оспаривалось право Наумовой О.И. на совместно нажитое в браке имущество и нарушались ее права по владению и пользованию спорным недвижимым имуществом, у суда отсутствуют правовые основания для принятия решения об отказе в иске по мотиву пропуска истцом срока исковой давности.
Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Между тем, суд приходит к выводу, что истцом Наумовой О.И. в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представлено безусловных и достоверных доказательств тому, что ответчиками какими-либо действиями на момент её обращения в суд и рассмотрения дела по существу нарушены её права и интересы.
Так в судебном заседании установлено, не оспаривалось сторонами, кроме того подтверждено материалами дела, что никто из ответчиков до настоящего времени не обращался в нотариальную контору с заявлением о вступлении в наследство после умершего ДД.ММ.ГГГГ Наумова С.В.
Из ответа нотариуса Пролетарского нотариального округа № от ДД.ММ.ГГГГ, полученного на запрос суда, следует, что в производстве нотариуса наследственное дело на умершего Наумова С.В. по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ не заводилось.
До истечения срока на вступление в наследство, который на настоящее время еще не истек, круг надлежащих ответчиков не может быть определён. Ввиду, чего довод истицы о том, что ответчики устно высказали намерение вступить на спорное имущество в наследство, тем самым нарушили её права и законные интересы, суд считает несостоятельным. Иных доводов, подтверждающих, что действиями ответчиков нарушены права и законные интересы Наумовой О.И., истцом суду не заявлено.
При этом, суд также учитывает, что существо заявленного иска Наумовой О.И. фактически сводится к притязаниям истца на её супружескую долю, однако право требования раздела совместно нажитого имущества к детям, согласно ст. 38 СК РФ, не представлено.
Ввиду указанного, суд приходит к выводу о том, что при таких обстоятельствах дела исковые требования Наумовой О.И. удовлетворению не подлежат.
Руководствуясь ст. ст. 194 — 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
Р е ш и л:
отказать в удовлетворении исковых требований Наумовой О.И. к Наумову А.С., Наумовой В.С., Наумовой Н.С., третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Жданов А.В. о разделе совместно нажитого имущества, в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Пролетарский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
В окончательной форме решение изготовлено 07 октября 2016 года.
Судья подпись
Копия верна.
Судья Пролетарского районного суда
Ростовской области Кирюхина Е.В.