Дело № 33- 119 судья Рязанцев В.О. 2014 год
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда
в составе председательствующего судьи Буланкиной Л.Г.
судей Лозиной С.П. и Парфеновой Т.В.
при секретаре судебного заседания Суханове М.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Твери
14 января 2014 года
по докладу судьи Парфеновой Т.В. дело по апелляционным жалобам Главного управления по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области, Дымна Л.П., Департамента управления имуществом и земельными ресурсами администрации г.Твери на решение Заволжского районного суда г. Твери от 11 октября 2013 года, которым постановлено:
«Исковые требования Главного управления по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области удовлетворить в части.
Обязать Козлова Д.В., Департамент управления имуществом и земельными ресурсами администрации г.Твери заключить охранные обязательства на объект археологического наследия «Заволжский посад г.Твери» в границах земельного участка по адресу: <,адрес>,.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
В удовлетворении исковых требований Козлова Д.В. – отказать.
В удовлетворении исковых требований Дымна Л.П. – отказать.»
Судебная коллегия
Установила:
Главное управление по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области обратилось в суд с исковыми требованиями к Козлову Д.В., Департаменту управления имуществом и земельными ресурсами администрации г.Твери, уточненными в порядке ст. 39 ГПК РФ, просило обязать ответчиков выполнить работы по восстановлению (воссозданию) выявленного объекта культурного наследия «Дом жилой «Дом бакенщика», кон. ХIХ — нач. ХХ вв.», расположенного по адресу: <,адрес>,, для чего: силами организации, имеющей лицензию на осуществление деятельности по реставрации объектов культурного наследия, произвести обследование указанного выявленного объекта культурного наследия с целью уточнения его ценностных характеристик и технического состояния на настоящий момент, до начала работ согласовать с Главным управлением задание на обследование памятника, силами организации, имеющей лицензию на осуществление деятельности по реставрации объектов культурного наследия, разработать научно-проектную документацию на реставрацию указанного выявленного объекта культурного наследия, до начала работ согласовать с Главным управлением задание на разработку научно-проектной документации, на разработанную проектную документацию получить положительное заключение государственной историко-культурной экспертизы, после чего согласовать разработанную документацию с Главным управлением, по согласованной с Главным управлением научно-проектной документации силами организации, имеющей лицензию на осуществление деятельности по реставрации объектов культурного наследия, выполнить работы по реставрации (воссозданию) выявленного объекта культурного населения, до начала работ получить разрешение Главного управления на их производство, а также заключить охранные обязательства на объект археологического наследия «Заволжский посад г.Твери» в границах земельного участка по вышеуказанному адресу.
Заявленный иск обоснован тем, что «Дом жилой «Дом бакенщика», кон. ХIХ — нач. ХХ вв.» включен в Список выявленных объектов культурного наследия приказом Комитета по охране историко-культурного наследия администрации <,адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ № 68. Земельный участок, на котором находится данный выявленный объект культурного наследия по адресу: <,адрес>, <,адрес>,, расположен в заповедной зоне, в историческом районе города, в квартале с сохранившимися элементами планировки XVIII — XIX в.в., на территории объекта арехологического наследия «Заволжский посад г.Твери», являющегося памятником местного значения.
По результатам проверки, проведенной от ДД.ММ.ГГГГ, истец направил собственникам указанного выявленного объекта культурного наследия, в том числе Козлову Д.В., предписания от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении доступа посторонних лиц на земельный участок, получении в срок до ДД.ММ.ГГГГ условий на производство работ по сохранению памятника, заключении охранных обязательств. Данные предписания собственниками выполнены не были.
ДД.ММ.ГГГГ в доме произошел пожар, в результате которого практически полностью был утрачен выявленный объект культурного наследия.
ДД.ММ.ГГГГ истец направил собственникам предписания о прекращении доступа посторонних лиц на территорию земельного участка, заключении охранных обязательств на памятники архитектуры и археологии, получении условий на производство работ по сохранению памятника, производстве работ по воссозданию утраченного объекта культурного наследия.
ДД.ММ.ГГГГ сотрудники истца составил акт о попытке разборки выявленного объекта культурного наследия, производившегося по поручению Козлова Д.В.
Мер к исполнению предписаний истца собственники зданий не приняли. В настоящее время на здание и земельный участок по адресу: <,адрес>,, наб.<,адрес>, ЕГРП зарегистрировано только право собственности Козлова Д.В.
В учетной карточке № 8245, составленной на выявленный объект культурного наследия «Дом жилой «Дом бакенщика», кон. ХIХ — нач. ХХ вв.» указано на живописную объемно-пространственную композицию объекта, состоящую из двух объемов — традиционного сруба в обшивке на кирпичном полуэтаже и трехъярусной смотровой башни, а также на то, что «Дом бакенщика» формирует усадебную застройку, является значительным градостроительным акцентом с обширной зоной видимости по обеим набережным <,адрес>,. О внешнем виде объекта, площади строения и внутренних обмерах дает представление План дома от 1930 года, которым располагает истец. Также в Главном управлении имеется экспертное заключение от 14 мая 2010 года, согласно которому не рекомендовалось исключать дом из Списка выявленных объектов культурного наследия Тверской области.
В ходе производства по делу Козлов Д.В. обратился с встречным иском к Главному управлению по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области, в котором просил признать незаконными действия Главного управления, связанные с отказом во внесении изменений в приказ Комитета по охране историко-культурного наследия Тверской области от ДД.ММ.ГГГГ № и обязанием Козлова Д.В. провести государственную историко-культурную экспертизу жилого дома по адресу: <,адрес>,, наб.<,адрес>,, а также обязать Главное управление внести изменения в названный приказ Комитета по охране историко-культурного наследия Тверской области, исключить из приложения к приказу пункт 124.
В обоснование встречных требований Козлов Д.В. указал, что он является собственником 79/100 долей в праве собственности на жилой дом по адресу: <,адрес>,, наб.<,адрес>,. Приказ от ДД.ММ.ГГГГ № и п. 124 Списка к нему были утверждены незаконно — без заключения государственной историко-культурной экспертизы. Данный приказ и направленные Козлову Д.В. на его основании охранные обязательства ограничивают права собственника, незаконно возлагают на него ряд обязанностей. Наличие учетной карточки на выявленный объект культурного наследия не свидетельствует о соблюдении порядка отнесения указанного объекта к выявленным объектам культурного наследия. При таких обстоятельствах у Комитета по охране историко-культурного наследия Тверской области отсутствовали законные основания для включения объекта по вышеуказанному адресу в государственный список объектов культурного наследия регионального значения.
Судом к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены Дымна Л.П. и Территориальное управление Федерального агентства по управлению федеральным имуществом в Тверской области.
На основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ настоящее гражданское дело объединено в одно производство с делом по иску Дымна Л.П. к Департаменту управления имуществом и земельными ресурсами администрации <,адрес>, об установлении фактов родственных отношений и принятия наследства, включении имущества в наследственную массу, восстановлении срока для принятия наследства, признании права собственности.
В данном иске, с учетом его последующего уточнения и дополнения в заявлениях от 09 и 26 июля и ДД.ММ.ГГГГ в порядке ст. 39 ГПК РФ, Дымна Л.П. просила: установить факт родственных отношений между К., умершей ДД.ММ.ГГГГ, и Х., умершей ДД.ММ.ГГГГ, а именно, что они являются родными сестрами, установить факт принятия наследства К. после смерти Х., включить в наследственную массу после смерти К. 21/200 долю в праве собственности на <,адрес>, по наб.<,адрес>,, ранее принадлежавшую Х., установить факт родственных отношений между К. и Дымна Л.П., а именно, что истец является племянницей названного ею наследодателя, восстановить Дымна Л.П. срок для принятия наследства после смерти К., установить факт принятия Дымна Л.П. наследства после смерти К., определить долю умершей К. в праве пожизненного наследуемого владения на земельный участок под указанным домом в размере 11/100, признать за истцом в порядке наследования право собственности на 21/100 долю в праве на дом и на земельный участок под домом.
Исковые требования Дымна Л.П. обосновала тем, что ДД.ММ.ГГГГ получила от нотариуса С. письмо, откуда узнала о том, что заведено наследственное дело после смерти К., умершей ДД.ММ.ГГГГ, и что истец является наследником умершей по завещанию. Завещанное имущество состояло из 21/200 доли в праве на жилой дом по указанному адресу. Аналогичная доля в праве принадлежала Х., умершей ДД.ММ.ГГГГ, являвшейся родной сестрой К. Пережив сестру и продолжив пользоваться принадлежащей ей комнатой, К. приняла наследство после ее смерти. На заявление нотариусу о принятии наследства истец получила отказ со ссылкой на пропуск установленного законом срока для принятия наследства. Дымна Л.П. не знала о том, что в ее пользу было составлено завещание. К. являлась родной сестрой матери истца — Ц., умершей ДД.ММ.ГГГГ, других родственников не имела. Дымна Л.П. – единственный наследник К. по праву представления. После смерти последней она взяла себе принадлежавшие наследодателю вещи: швейную машину, садовый инвентарь, доски, то есть фактически приняла наследство. Документы, достоверно подтверждающие родство Х. и К., а также родство истца и К., не сохранились, однако факт родственных отношений могут подтвердить свидетели. При жизни К. был предоставлен на праве пожизненного наследуемого владения земельный участок площадью 146 кв.м, что составляет 11/100 долей. Данное имущество подлежит включению в наследственную массу после смерти К.
Определениями суда к участию в деле в качестве соответчиков по иску Дымна Л.П. были привлечены Козлов Д.В., Территориальное Управление Росимущества в Тверской области, в качестве соответчика по первоначальному иску — Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области, администрация г.Твери.
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)
В судебное заседание представитель истца по первоначальному иску Главного управления по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области, ответчик Козлов Д.В., представители ответчиков по первоначальному иску и по объединенному делу Департамента управления имуществом и земельными ресурсами администрации г.Твери и Территориального управления Росимущества по Тверской области, представитель ответчика по первоначальному иску администрации г.Твери, представитель ответчика по первоначальному иску Министерства имущественных и земельных отношений, надлежаще извещенные о месте и времени рассмотрения дела, не явились.
Представитель ответчика по первоначальному иску Козлова Д.В. — Ленева А.Н. В судебном заседании исковые требования Главного управления по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области не признала, поддержала встречный иск, в удовлетворении иска Дымна Л.П. просила отказать.
Истец Дымна Л.П. и ее представитель Ширкунова Л.В. исковые требования Главного управления по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области не признали, заявленные исковые требования поддержали.
Судом постановлено приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе представитель истца Дымна Л.П. просит отменить решение суда в части разрешения исковых требований ее доверителя, указывая на отсутствие в мотивировочной части решения суда выводов относительно требований об установлении факта принятия Дымна Л.П. наследства после смерти К. Учитывая, что истец является наследником по завещанию после смерти К., наличие родственных отношений между ними значения не имеет. Суд необоснованно поставил факт принятия наследства в зависимость от родственных отношений истца с наследодателем, неверно оценил представленные доказательства, посчитав недоказанным факт родства между Х., К. и матерью истца Ц., тогда как истцом ставился вопрос только об установлении родственных отношений только между Х. и К. Истцом представлены доказательства фактического принятия части наследства после смерти К. Ответчики по иску Дымна Л.П. не представили доказательств, опровергающих это обстоятельство, не привели каких-либо аргументов в обоснование своей позиции по иску. Также не опровергнуто утверждение истца о том, что до 2013 года она не знала о наличии завещания К. В противном случае она бы воспользовалась правом наследования по завещанию в 1995 году.
Главное управление по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области просит отменить решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований об обязывании ответчиков выполнить работы по восстановлению (воссозданию) выявленного объекта культурного наследия, принять в этой части новое решение. В обоснование жалобы истец указывает, что факт обращения Козлова Д.В. в Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области с заявлением о прекращении регистрационной записи не означает, что она была осуществлена. В случае, если по данному заявлению была осуществлена запись о прекращении права собственности, то согласно ст. 236 ГК РФ отказ от права собственности не влечет прекращения прав и обязанностей собственника в отношении соответствующего имущества до приобретения права на него другим лицом. При этом собственник в силу ст. 210 ГК РФ несет бремя содержания принадлежащего ему имущества. Прекращение регистрационной записи в отношении объекта подтверждает обоснованность требований истца о производстве работ по воссозданию утраченного объекта культурного наследия. Необходимость воссоздания обусловлена архитектурной, художественной, градостроительной, эстетической значимостью объекта, указанной в учетной документации, позицией органа охраны при рассмотрении вопроса об исключении объекта из Списка выявленных объектов культурного наследия, а также тем, что статус выявленного объекта культурного наследия с объекта «Дом жилой «Дом бакенщика», кон. ХIХ — нач. ХХ вв.» не снят в установленном порядке.
Департамент управления имуществом и земельными ресурсами администрации г.Твери ставит вопрос об отмене решения суда в части обязания названного ответчика заключить охранное обязательство на объект археологического наследия «Заволжский посад г.Твери» в границах земельного участка по адресу: <,адрес>,, наб. <,адрес>,, указывая, что единственным наследником после смерти К., которой при жизни постановлением администрации <,адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ № был предоставлен земельный участок площадью 146 кв.м по названному адресу на праве пожизненного наследуемого владения, является Дымна Л.П. На обращение Департамента нотариусом было вынесено постановление об отказе в совершении нотариальных действий от ДД.ММ.ГГГГ в связи с тем, что на спорное имущество имеется наследник. Повторно Департамент не обращался к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону, собственником 21/100 доли в праве на указанный земельный участок не является.
В заседание суда апелляционной инстанции ответчик по первоначальному иску Козлов Д.В., истец по второму иску Дымна Л.П., представители ответчиков по первоначальному иску и по объединенному делу: Департамента управления имуществом и земельными ресурсами администрации г.Твери, Территориального управления Росимущества по Тверской области, администрации г.Твери, Министерства имущественных и земельных отношений, надлежаще извещенные о месте и времени рассмотрения дела, не явились. В связи с этим судебная коллегия в соответствии со статьями 167, 327 ГПК РФ сочла возможным рассмотрение дела в их отсутствие.
В соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.
Проверив материалы дела по правилам ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав объяснения представителя истца Главного управления по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области Луньковой Е.В., представителя истца Дымна Л.П. – Ширкунову Л.В., поддержавших апелляционные жалобы, представителя ответчика по первоначальному иску Козлова Д.В. — Леневу А.Н., возражавшую против удовлетворения жалоб на основании доводов, приведенных в письменном отзыве, судебная коллегия приходит к следующему выводу.
Судом установлено, что Козлов Д.В. являлся собственником 79/100 долей в праве собственности на жилой дом по адресу: <,адрес>,, наб. <,адрес>,.
Согласно постановлению следователя отдела № СУ УМВД России по <,адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ неустановленное лицо путем поджога совершило умышленное повреждение дома по вышеуказанному адресу. Сведений о завершении предварительного расследования и установлении лица, совершившего указанные действия, материалы дела не содержат.
В соответствии с актом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, составленным представителями Главного управления по государственной охране объектов культурного наследия Тверской области, в результате пожара находившийся по адресу: <,адрес>,, наб. <,адрес>, памятник архитектуры «Дом жилой «Дом бакенщика», кон. ХIХ — нач. ХХ вв.» утрачен.
Из имеющейся в материалах дела выписки из ЕГРП от 24 июля 2013 года следует, что данный объект недвижимого имущества ликвидирован в связи со сносом всех конструктивных элементов, о чем в ЕГРП 24 июля 2013 года сделана соответствующая запись.
Жилой дом по адресу: <,адрес>,, наб.<,адрес>, был включен в Список вновь выявленных памятников истории и культуры Тверской области как «Дом жилой «Дом бакенщика», кон. ХIХ — нач. ХХ вв.» приказом председателя Комитета по охране культурного наследия от ДД.ММ.ГГГГ № 69.
В соответствии с действовавшим на момент включения жилого дома в указанный список законодательством, в частности, ст. 39 Закона РСФСР от 15 декабря 1978 года «Об охране и использовании памятников истории и культуры, п. 14 Инструкции о порядке учета, обеспечения сохранности, содержания, использования и реставрации недвижимых памятников истории и культуры, утвержденной приказом Минкультуры СССР от 13 мая 1986 года № 203, данный объект относился к числу вновь выявленных объектов, представляющих историческую или иную культурную ценность, признававшихся памятником истории и культуры, подлежавших охране в порядке, предусмотренном действующим законодательством об охране памятников истории и культуры, впоследствии данный статус не утратил.
Отказывая в удовлетворении первоначальных исковых требований об обязывании ответчиков выполнить работы по восстановлению (воссозданию) выявленного объекта культурного наследия, суд указал, что жилой дом по указанному адресу прекратил свое существование, и исходил из отсутствия правовых оснований для возложения на ответчиков данной обязанности.
Оснований не согласиться с таким выводом судебная коллегия не усматривает.
Отношения в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия, особенности владения, пользования и распоряжения объектами культурного наследия как особым видом недвижимого имущества регулируются Федеральным законом от 25 июня 2002 года № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации».
Согласно п. 1 ст. 40 Федерального закона от 25 июня 2002 года № 73-ФЗ под сохранением объекта культурного наследия понимаются направленные на обеспечение физической сохранности объекта культурного наследия ремонтно-реставрационные работы, в том числе консервация объекта культурного наследия, ремонт памятника, реставрация памятника или ансамбля, приспособление объекта культурного наследия для современного использования, а также научно-исследовательские, изыскательские, проектные и производственные работы, научно-методическое руководство, технический и авторский надзор.
В силу п. 1 ст. 47 данного Федерального закона воссоздание утраченного объекта культурного наследия осуществляется посредством его реставрации в исключительных случаях при особой исторической, архитектурной, научной, художественной, градостроительной, эстетической или иной значимости указанного объекта и при наличии достаточных научных данных, необходимых для его воссоздания.
Пунктом 3 ст. 48 Федерального закона от 25 июня 2002 года № 73-ФЗ определено, что бремя содержания объекта культурного наследия, включенного в реестр, или выявленного объекта культурного наследия несет собственник такого объекта с учетом требований настоящего Федерального закона, если иное не установлено договором между собственником и пользователем данным объектом культурного наследия.
Обязательства по содержанию объекта культурного наследия, по его сохранению (включая требования к порядку и срокам проведения реставрационных, ремонтных и иных работ), требования к условиям доступа к нему граждан, иные обеспечивающие его сохранность требования, устанавливаются охранным обязательством (п. 4 этой же статьи).
В соответствии с п. 72 Инструкции о порядке учета, обеспечения сохранности, содержания, использования и реставрации недвижимых памятников истории и культуры, утвержденной приказом Минкультуры СССР от 13 мая 1986 года № 203, порядок и условия использования памятников истории и культуры устанавливаются государственными органами охраны памятников и определяются для каждого памятника, находящегося в пользовании или собственности предприятий, учреждений, организаций и граждан, соответствующим охранным документом, в частности, охранным обязательством.
В силу действующего законодательства заключение охранных обязательств направлено на достижение баланса публичных интересов по сохранению объектов культурного наследия и частных интересов по осуществлению полномочий владения и пользования данными объектами. Установления обязательств владельцев и собственников памятников по сохранению соответствующих объектов, в том числе проведению ремонтно-реставрационных работ в определенном объеме и сроки без заключения охранных обязательств закон не предусматривает.
В соответствии с п. 3 приказа Комитета по охране объектов культурного наследия Тверской области от 30 декабря 1999 года № 68 отделу госучета было поручено организовать работу по уведомлению юридических и физических лиц, владеющих зданиями, внесенными в утвержденный Список.
Доказательства того, что такая работа по своевременному уведомлению собственников спорного объекта недвижимого имущества была проведена должным образом, в деле отсутствуют. Данных об уведомлении правопредшественников ответчика? о значении данного объекта материалы дела не содержат, охранное обязательство с ними не заключалось. Представленная в материалы дела копия технического паспорта жилого дома отметок о принятии его на государственную охрану не имеет. Впервые предписание о принятии мер к сохранению памятника истцом было направлено собственникам объекта недвижимого имущества 30 мая 2012 года.
При таких обстоятельствах требования о возложении на ответчика обязанностей по выполнению работ по восстановлению (воссозданию) выявленного объекта культурного наследия, проведению его обследования, по разработке научно-проектной документации на реставрацию и реставрации удовлетворению не подлежат, так как возложение подобных обязанностей в судебном порядке возможно лишь в том случае, если они предусмотрены охранным обязательством, но собственником объекта культурного наследия не выполняются.
Кроме того п. 2 ст. 61 Федерального закона № 73-ФЗ установлена обязанность лица, причинившего вред объекту культурного наследия, возместить стоимость восстановительных работ, при этом последствия в виде возложения на причинителя вреда обязанности восстановить объект законом не предусмотрена.
По сведениям ЕГРП в отношении земельного участка площадью 1335,9 кв.м с кадастровым номером № по вышеуказанному адресу зарегистрировано право долевой собственности Козлова Д.В. в размере 79/100. В отношении 21/100 доли в праве на данный земельный участок сведения о зарегистрированных правах отсутствуют.
Согласно справке Тверского филиала ФГУП «Ростехинвентаризация» — Федеральное БТИ» правообладателями жилого <,адрес>, по наб. <,адрес>,, помимо правопредшественников Козлова Д.В., являлись Х. и К. Каждой из них принадлежала доля в праве собственности на дом в размере 21/200.
Постановлением главы администрации <,адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ № К. была предоставлена доля земельного участка площадью 146 кв.м на праве пожизненного наследуемого владения.
По данным отдела ЗАГС <,адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ Х., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ, К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ.
По сообщению нотариуса в адрес истца от ДД.ММ.ГГГГ после смерти К. открылось наследство, заведено наследственное дело № 29/13, Дымна Л.П. является наследником по завещанию.
Из содержания завещания, удостоверенного государственным нотариусом ДД.ММ.ГГГГ, следует, что К. завещала принадлежавшую ей долю жилого дома по адресу: <,адрес>,, наб. <,адрес>,, Дымна Л.П.
Постановлением нотариуса от ДД.ММ.ГГГГ Дымна Л.П. отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по завещанию в связи с пропуском установленного ст. 546 ГК РСФСР и ст. 1154 ГК РФ шестимесячного срока для принятия наследства.
Согласно ст. 546 ГК РСФСР, а также ст.ст. 1152, 1153 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять путем подачи нотариальному органу по месту открытия наследства заявления о принятии наследства либо путем фактического вступления во владение наследственным имуществом.
Указанные в настоящей статье действия должны быть совершены в течение шести месяцев со дня открытия наследства.
Истец к нотариусу по месту открытия наследства с заявлением о принятии наследства в пределах установленного срока не обращалась. Таким образом, установление факта принятия наследства было возможно лишь при условии доказанности вступления Дымна Л.П. во владение наследственным имуществом в течение установленного законом срока.
В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
На основе анализа и оценки представленных доказательств, включая показания указанных в апелляционной жалобе свидетелей, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности истцом указанного юридически значимого обстоятельства, что исключает возможность удовлетворения требований истца об установлении факта принятия наследственного имущества.
Вопреки доводам апелляционной жалобы показания свидетелей: супруга племянницы истца — В. о том, что в ноябре 1995 года, приехав дом, где жила К., из открытого сарая он и истец забрали лопаты и грабли, а также супруга истца — Дымны В.Н. о том, что истец забрала оставшиеся после смерти К. грабли, лопаты, лейку, доски — не свидетельствуют о совершении предусмотренных законом действий, достаточных для вывода о принятии наследственного имущества. Эти показания не подтверждают принадлежность данного имущества именно наследодателю. Кроме того, действия истца по использованию садового инвентаря и досок, сами по себе не свидетельствуют о его намерении вступить во владение наследственным имуществом, которое должно характеризоваться не только использованием данного имущества претендующим на него лицом в собственных интересах, но и осуществлением мер по содержанию наследственного имущества, несением связанных с этим расходов.
Проанализировав доводы истца о причинах пропуска ею срока принятия наследства, суд первой инстанции правильно не нашел оснований для восстановления данного срока.
Согласно п. 1 ст. 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства, суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.
Бремя доказывания наличия уважительных причин пропуска срока для принятия наследства после смерти наследодателя лежит на лице, обратившемся с требованиями о восстановлении данного срока.
Разрешая спор и отказывая Дымна Л.П. в удовлетворении иска, суд правильно исходил из отсутствия доказательств уважительности причин пропуска данного срока.
Как следует из разъяснений, данных в п. 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п., если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом.
Истцом не оспаривается и показаниями допрошенных по ее инициативе свидетелей, указанных в апелляционной жалобе, подтверждается, что о времени смерти К., а, следовательно, и об открытии наследства, она узнала своевременно.
Соответственно, она имела возможность в полном объеме реализовать свои наследственные права, однако такой возможностью в пределах установленного законом шестимесячного срока не воспользовалась. Доказательств наличия уважительных причин, воспрепятствовавших ей обратиться к нотариусу с соответствующим заявлением в течение данного срока суду не представлено.
Ссылки истца на отсутствие у нее информации о наличии составленного К. завещания на ее имя безосновательны. При должной степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от нее как от наследника, претендующего на наследственное имущество, с момента открытия наследства она должна была выяснить судьбу жилого помещения, в котором проживала и которым владела на праве собственности наследодатель.
С учетом установленных судом обстоятельств, свидетельствующих о пропуске Дымна Л.П. установленного законом срока для принятия наследства после смерти К. и отсутствия законных оснований для его восстановления не имеет правового значения для разрешения заявленных ею требований о признании права собственности на вышеуказанные объекты недвижимого имущества и установление юридических фактов наличия родственных отношений между К. и Х., а также между К. и Дымна Л.П.
Вместе с тем, разрешая в этой части иск Дымна Л.П., суд первой инстанции, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные ею письменные доказательства, а также показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, пришел к обоснованному выводу о недоказанности этих требований. Оснований для иной оценки доказательств судебная коллегия не находит.
При этом позиция ответчиков в данном процессе, которые, по мнению Дымна Л.П., не представили доказательств своих возражений против ее требований, не освобождала истца от выполнения процессуальной обязанности по доказыванию обоснованности заявленных требований, невыполнение которой исключала возможность принятия иного решения, нежели то, которое постановлено судом.
С учетом изложенного вывод суда первой инстанции об отказе в полном объеме в удовлетворении иска Дымна Л.П. соответствует фактическим обстоятельствам и нормам законодательства, регламентирующего спорные правоотношения.
Доводы апелляционной жалобы Дымна Л.П. о том, что при рассмотрении дела, суд вышел за пределы ее исковых требований, безосновательны. Решение суда первой инстанции в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ постановлено по заявленным и впоследствии дополненным ею требованиям, от которых истец не отказывалась.
Статьей 552 ГК РСФСР было предусмотрено, что, если у наследодателя нет наследников ни по закону, ни по завещанию, если ни один из наследников не принял наследство, наследственное имущество по праву наследования переходит к государству.
В соответствии со ст. 1151 ГК РФ в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным (п. 1).
В порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо городского округа переходит следующее выморочное имущество, находящееся на соответствующей территории: жилое помещение, земельный участок, а также расположенные на нем здания, сооружения, иные объекты недвижимого имущества, доля в праве общей долевой собственности на указанные в абзацах втором и третьем настоящего пункта объекты недвижимого имущества.
Постановлением нотариуса С. от ДД.ММ.ГГГГ Департаменту управления имуществом и земельными ресурсами администрации <,адрес>, было отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону после смерти К. в связи с наличием завещания и обращением наследника, поступившим нотариусу ДД.ММ.ГГГГ о выдаче свидетельства оправе на наследство по завещанию, выразившего намерение обратиться в суд с заявлением о восстановлении срока для принятия наследства.
Из материалов наследственного дела № к имуществу К. следует, что ДД.ММ.ГГГГ к нотариусу с указанным заявлением обратилась истец по настоящему делу — Дымна Л.П.
Доводы апелляционной жалобы Департамента управления имуществом и земельными ресурсами администрации г.Твери о том, что в связи с ранее вынесенным нотариусом отказом в выдаче свидетельства о праве на наследство на выморочное имущество на Департамент не может быть возложена обязанность по заключению охранного обязательства в отношении объекта археологического наследия «Заволжский посад г.Твери» в границах земельного участка по адресу: <,адрес>,, доля в праве пожизненного наследуемого владения на который принадлежала К., основаны на ошибочном толковании закона.
В соответствии с п. 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года № 9 неполучение свидетельства о праве на наследство не освобождает наследников, приобретших наследство, в том числе при наследовании выморочного имущества, от возникших в связи с этим обязанностей.
Соответствующее выморочное имущество, при наследовании которого отказ от наследства не допускается, со дня открытия наследства переходит в порядке наследования по закону в собственность муниципального образования в силу фактов, указанных в п.1ст.1151 ГК РФ, без акта принятия наследства, а также вне зависимости от оформления наследственных прав и их государственной регистрации (п. 50 данного постановления).
Учитывая, что решением суда первой инстанции Дымна Л.П. обоснованно отказано в восстановлении срока для принятия наследства и признании ее принявшей наследство, право на принадлежавшее К. имущество со дня открытия наследства перешло в порядке наследования по закону к муниципальному образованию.
Земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <,адрес>,, наб. <,адрес>, расположен в границах исторического района г.Твери на территории памятника археологии «Загородский посад г.Твери», отнесен к числу памятников археологии решением Исполнительного комитета Калининского областного Совета депутатов трудящихся от 20 августа 1973 года № 310 «Об утверждении и согласовании списков памятников истории, и культуры».
С учетом данного обстоятельства суд обоснованно, в соответствии с п. 4 ст. 48 Федерального закона от 25 июня 2002 года № 73-ФЗ, п. 59 Положения об охране и использовании памятников истории и культуры, утвержденного постановлением Совета Министров СССР от 16 сентября 1982 года № 865, п. 72 Инструкции о порядке учета, обеспечения сохранности, содержания, использования и реставрации недвижимых памятников истории и культуры, утвержденной приказом Министерства культуры СССР от 13 мая 1986 года № 203, возложил на Козлова Д.В. и Департамент, действующий от имени и в интересах муниципального образования г.Тверь, обязанность заключить охранные обязательства на объект археологического наследия в границах указанного земельного участка.
Приведенные в апелляционной жалобе возражения Департамента управления имуществом и земельными ресурсами администрации г.Твери относительно решения суда в этой части безосновательны, поскольку собственник объекта культурного наследия в силу закона обязан принять на себя обязательство по сохранению такого объекта, заключив охранное обязательство.
Обстоятельства, имеющие значение по делу, судом установлены правильно. Выводы, изложенные в постановленном по делу решении, этим обстоятельствам соответствуют. Нарушений норм материального и процессуального права не установлено. Оснований к отмене постановленного по делу судебного решения по доводам апелляционных жалоб не имеется.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Заволжского районного суда г.Твери от 11 октября 2013 года оставить без изменения, апелляционные жалобы — без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи