Апелляционное определение № 340008-01-2021-007360-08 от 27.07.2022 Волгоградского областного суда (Волгоградская область)

Судья Коротенко Д.И. Дело № 33-4166/2022

УИД №34RS0008-01-2021-007360-08

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Волгоград 27 июля 2022 года

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе

Председательствующего судьи Старковой Е.М.

судей Самойловой Н.Г., Клиничевой Г.В.,

при секретаре Сиренко Е.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи областного суда Самойловой Н.Г.

гражданское дело № 2-5226/2021 по иску Шмидт В. А. к Лисициной А. Ф. о признании завещания недействительным

по апелляционной жалобе Шмидт В. А. в лице представителя Смолиной Н. И.

на решение Центрального районного суда г.Волгограда от 27 декабря 2021 года, которым в удовлетворении иска Шмидт В. А. к Лисициной А. Ф. о признании завещания Ш.А.С. от 22 декабря 2020 года (зарегистрировано в реестре за № &lt,…&gt,) недействительным – отказано,

УСТАНОВИЛА:

Шмидт В.А. обратилась в суд с иском к Лисициной А.Ф. о признании завещания недействительным.

В обосновании требований указала, что является дочерью Ш.А.С., умершего ДД.ММ.ГГГГ, после смерти которого открылось наследство в виде жилого помещения, расположенного по адресу: &lt,адрес&gt,. При жизни наследодатель 22 декабря 2020 года составил завещание, которым завещал все свое имущество ответчику Лисициной А.Ф. Завещание составлено по месту проживания наследодателя и удостоверено нотариусом Пучкиной Н.И., зарегистрировано в реестре за № &lt,…&gt,.

Поскольку отец страдал рядом заболеваний, в том числе &lt,…….&gt,, сопровождающимся сильными болями, которые купировались только наркотическими обезболивающими препаратами, а также &lt,…….&gt,, в связи с постоянным употреблением большого количества медицинских препаратов психическое состояние отца в последние годы ухудшилось, он не мог отдавать значение своим действиям.

До смерти Ш.А.С. она работала и фактически проживала на Украине, но отца посещала регулярно.

Лисицина А.Ф. познакомилась со Ш.А.С. в клубе пожилых людей с целью сблизиться и получить материальные блага, в 2018 году обманным путем получила от него денежные средства в размере 80 000 рублей, которые не возвратила. В 2020 году Лисицина A.Ф. стала более тесно общаться с её отцом: приходила в клуб пожилых людей, который посещал Ш.А.С., приходила к нему домой, гуляла с ним. С указанного времени она не могла связаться с отцом по телефону.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, просила суд признать недействительным завещание Ш.А.С. от 22 декабря 2020 года (зарегистрировано в реестре за № &lt,…&gt,).

Судом постановлено вышеуказанное решение, которым с учетом определения судьи об устранении описки от 28 января 2022 года в удовлетворении исковых требований Шмидт В.А. отказано.

В апелляционной жалобе Шмидт В.А. в лице представителя Смолиной Н.И. оспаривает законность и обоснованность постановленного судом решения, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неверное определение обстоятельств, имеющих значение по делу, повторяя доводы искового заявления, просит судебный акт отменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

Истец Шмидт В.А., третье лицо нотариус Пучкина Н.И. в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, доказательств уважительных причин неявки суду не представили, в связи с чем, учитывая положения статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, выслушав представителя истца Шмидт В.А. по доверенности Смолину Н.И., поддержавшую доводы апелляционной жалобы, ответчика Лисицину А.Ф., возражавшую против доводов жалобы, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя (пункт 1 статьи 1142 ГК РФ).

В силу пунктов 1, 2 и 5 статьи 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, предусмотренные правилами настоящего Кодекса о наследовании, отменить или изменить совершенное завещание. Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149).

Завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом (пункт 1 статьи 1124 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием (абзац 1 пункта 2 статьи 1131 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, истец Шмидт В.А. является дочерью Ш.А.С., умершего ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти № &lt,…&gt, от 21 января 2021 года.

При жизни, 22 декабря 2020 года Ш.А.С. составил завещание, удостоверенное нотариусом Пучкиной Н.И. и зарегистрированное в реестре № &lt,…&gt,, по условиям которого он завещал все свое имущество ответчику Лисициной А.Ф.

На день смерти Ш.А.С. принадлежала однокомнатная квартира, расположенная по адресу: &lt,адрес&gt,.

Из копии наследственного дела следует, что к нотариусу с заявлениями о принятии наследства обратились истец Шмидт В.А. и ответчик Лисицина А.Ф.

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
8 (499) 938-53-89 (Москва и МО)
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)

Обращаясь в суд с иском о признании вышеуказанного завещания недействительным, истец Шмидт В.А. указывает, что вследствие преклонного возраста (90 лет), наличия ряда заболеваний Ш.А.С. на момент составления и подписания завещания не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

В судебном заседании суда первой инстанции третье лицо нотариус Пучкина Н.И. пояснила, что 22 декабря 2020 года к ней обратился Ш.А.С., который хотел составить завещание в пользу Лисициной А.Ф. До этого Ш.А.С. неоднократно звонил в нотариальную контору с просьбой составить завещание по месту его жительства. Но в связи с пандемией коронавирусной инфекции она сообщила, что завещание можно составить непосредственно в нотариальной конторе. В нотариальную контору Ш.А.С. пришел вместе с Лисициной А.Ф. При составлении завещания нотариус провела с Ш.А.С. беседу с целью установления действительной воли и состояния завещателя. Несмотря на возраст, он был вменяемый, адекватный и способный понимать значение своих действий. В отношении близких родственников Ш.А.С. пояснил, что дочь ему совсем не помогает и не оказывает должного внимания.

С целью проверки доводов истца, определением суда от 21 сентября 2021 года по делу была назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница № 2».

Согласно заключению врача судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница № 2» № &lt,…&gt, от 12 ноября 2021 года, на основании ретроспективного анализа представленных материалов гражданского дела и медицинской документации, судебно-психиатрические эксперты не исключают, что Ш.А.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерший ДД.ММ.ГГГГ, при жизни, в том числе и в момент составления завещания от 22 декабря 2020 года в пользу Лисициной А.Ф. обнаруживал признаки &lt,…….&gt,. Об этом свидетельствует материалы гражданского дела и свидетельские показания лиц близко знавших Ш.А.С., а также предоставленная экспертам медицинская документация (ксерокопии выписок из историй его болезни), в которых имеются указания на наличие в анамнезе Ш.А.С. гипертонической &lt,…….&gt,, установленные ему врачами общего профиля диагнозы &lt,…….&gt,, но без подробного и конкретного описания выявленных и указанных в диагнозе расстройств. Психическое состояние Ш.А.С., &lt,…….&gt, в период его стационарных лечений в госпитале ветеранов войн и ГУЗ «Отделенческая клиническая больница на ст. Волгоград I» не отражено в предоставленной экспертам медицинской документации. Учитывая, что Ш.А.С., ДД.ММ.ГГГГ, умерший ДД.ММ.ГГГГ, в юридически значимый период времени в момент составления завещания от 22 декабря 2020 года в пользу Лисициной А.Ф., или период наиболее близкий к юридически значимому, врачом-психиатром не осматривался, а его общее состояние, указанное выше, связанное с наличием у него &lt,…….&gt, с констатацией диагнозов имеющихся заболеваний, врачами общемедицинской практики (не психиатрами) не описано в предоставленной экспертам медицинской документации, только на основании имеющихся данных, ретроспективно с наибольшей степенью достоверности оценить его актуальное психическое состояние в юридически значимый период времени – в момент составления завещания от 22 декабря 2020 года в пользу Лисициной А.Ф., а в связи с этим категорично и безальтернативно ответить на вопрос суда: «Могло ли данное заболевание снизить или исключить его способность понимать значение своих действий или руководить ими в момент составления завещания от 22 декабря 2020 года в пользу Лисициной А.Ф.?», не представляется возможным.

Ответ на вопрос медицинского психолога: в материалах гражданского дела не содержится достаточных сведений, позволяющих оценить индивидуально-психологические особенности Ш.А.С. при жизни и на момент составления завещания от 22 декабря 2020 года. В связи с этим, а так же с противоречивостью свидетельских показаний, достоверно оценить имевшиеся при жизни у Ш.А.С. индивидуально-психологические особенности на момент составления завещания от 22 декабря 2020 года не представляется возможным. В связи с невозможностью выявить индивидуально-психологические особенности Ш.А.С. по материалам гражданского дела невозможно оценить и степень их влияния на способность понимать значение своих действий и способность руководить ими на момент составления завещания от 22 декабря 2020 года.

Проверяя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия установила, что судом первой инстанции в распоряжение экспертов были представлены только выписные эпикризы из различных медицинских учреждений, где диагностировались соматические патологии, а также амбулаторная карта ГБУЗ «ВОКОД» в отношении Ш.А.С.

С целью устранения допущенных при проведении экспертизы недостатков (проведение экспертизы на основании ксерокопий выписок из историй болезни наследодателя) судебная коллегия запросила медицинскую документацию в отношении Ш.А.С. из медицинских учреждений, где диагностировались соматические патологии и он проходил лечение, а именно: ГБУЗ «ВОКНД», ГУЗ «ГКБСМП №25», ГБУЗ «ВОКПБ № 2», ЧУЗ «КБ «РЖД-МЕДИЦИНА» г.Волгоград», ГБУЗ «ВОКГВВ», и удовлетворила заявленное представителем истца ходатайство о проведении дополнительной экспертизы.

Согласно заключению дополнительной посмертной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы (комиссии экспертов) ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница № 2» № &lt,…&gt, от 3 июня 2022 года, на основании дополнительного ретроспективного анализа предоставленных материалов гражданского дела и медицинской документации, судебно-психиатрические эксперты не исключают, что Ш.А.С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерший ДД.ММ.ГГГГ, при жизни, в том числе и в момент составления завещания от 22 декабря 2020 года, обнаруживал признаки &lt,…….&gt,. Об этом свидетельствуют материалы гражданского дела и свидетельские показания лиц близко знавших Ш.А.С., а также предоставленная экспертам дополнительная медицинская документация (подлинники медицинских карт стационарного больного), в которых имеются указания на наличие в анамнезе Ш.А.С.&lt,…….&gt,, но без подробного и конкретного описания выявленных и указанных в диагнозе расстройств, консультативное заключение клинического психолога о выявленных у Ш.А.С. (на период 29 декабря 2017 года) &lt,…….&gt,. В то же время диагноз психического расстройства при жизни Ш.А.С. не верифицирован, так как врачом-психиатром он не осматривался, его психическое состояние в частности ориентировка в собственной личности и окружающем, уровень снижения памяти и степень выраженности когнитивных нарушений, способность к осмыслению и прогностической оценки ситуации, в период его стационарных лечений в госпитале ветеранов войн и ГУЗ «Отделенческая клиническая больница на ст. Волгоград I» не отражено в предоставленной экспертам медицинской документации. Учитывая, что Ш.А.С. в юридически значимый период времени в момент составления завещания от 22 декабря 2020 года или период наиболее близкий к юридически значимому, врачом-психиатром не осматривался, а его общее состояние, указанное выше, связанное с наличием у него &lt,…….&gt, с констатацией диагнозов имеющихся заболеваний, врачами общемедицинской практики (не психиатрами) не описано в предоставленной экспертам дополнительной медицинской документации, только на основании имеющихся данных, ретроспективно с наибольшей степенью достоверности оценить его актуальное психическое состояние в юридически значимый период времени – в момент составления завещания от 22 декабря 2020 года, а в связи с этим категорично и безальтернативно ответить на вопрос судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда: «Страдал ли Ш.А.С. на момент составления завещания 22 декабря 2020 года каким-либо психическим заболеванием и мог ли Ш.А.С. в силу имеющегося у него заболевания отдавать отчет своим действиям и руководить ими в момент составления завещания от 22 декабря 2020 года?», не представляется возможным.

Ответ на вопрос медицинского психолога: в материалах гражданского дела не содержится достаточных сведений, позволяющих оценить индивидуально-психологические особенности Ш.А.С. при жизни и на момент составления завещания от 22 декабря 2020 года. В связи с этим, а так же с противоречивостью свидетельских показаний, достоверно оценить имевшиеся при жизни у Ш.А.С. индивидуально-психологические особенности на момент составления завещания от 22 декабря 2020 года не представляется возможным. В связи с невозможностью выявить индивидуально-психологические особенности Ш.А.С. по материалам гражданского дела невозможно оценить и степень их влияния на способность понимать значение совершаемых им действий и способность руководить ими при составлении завещания 22 декабря 2020 года.

У судебной коллегии отсутствуют основания ставить под сомнение выводы экспертов, изложенные в приведенном выше заключении, поскольку дополнительная экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка лицами, обладающими специальными знаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов. Экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал, методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на основе исследования выводы, обоснованы. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ.

При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с решением суда первой инстанции, который, отказывая Шмидт В.А. в признании завещания недействительным, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, пришел к правомерному выводу об отсутствии достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что при составлении завещания 22 декабря 2020 года Ш.А.С. не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что имеющиеся у Ш.А.С. онкологическое заболевание и ряд других серьезных заболеваний влияли на его волеизъявление в момент составления завещания от 22 декабря 2020 года, не влекут отмену решения суда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию в пределах заявленного по основанию, предусмотренному статьей 177 ГК РФ, иска является вопрос, мог ли на момент составления завещания от 22 декабря 2020 года Ш.А.С. понимать значение своих действий и руководить ими. Бремя доказывания юридически значимых обстоятельств по данной категории дел лежит на истце и в силу положений статьи 56 ГПК РФ является его обязанностью.

По своему смыслу гражданский закон в системном единстве с другими нормативными правовыми актами Российской Федерации устанавливает презумпцию вменяемости участника сделки, если обратное не подтверждается соответствующими допустимыми доказательствами.

Как установлено судом, Ш.А.С. на учете в психоневрологическом диспансере не состоял.

Согласно пояснениям представителя истца Шмидт В.А.Смолиной Н.И. в суде апелляционной инстанции, последний раз Шмидт В.А. общалась с отцом по телефону в ноябре 2020 года. Каких-либо странностей за отцом она не замечала. По утверждению представителя истца вывод о том, что в момент составления завещания Ш.А.С. не отдавал отчет своим действиям, сделан исходя из наличия ряда заболеваний у последнего, в том числе &lt,…….&gt,, диагностированной еще в 2017 году.

Действительно, заключением судебной экспертизы ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница № 2» установлено, что наследодатель Ш.А.С. в силу преклонного возраста страдал рядом заболеваний, при жизни обнаруживал признаки психического расстройства &lt,…….&gt,&lt,…….&gt,. Между тем, ретроспективно с наибольшей степенью достоверности оценить его актуальное психическое состояние в юридически значимый период времени комиссии экспертов не представилось возможным.

Таким образом, то обстоятельство, что Ш.А.С. страдал рядом хронических заболеваний и принимал медицинские препараты, не свидетельствует о том, что данные обстоятельства лишали его возможности понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания от 22 декабря 2020 года.

Из показаний свидетелей В.И.М, и У.Л.М., допрошенных по инициативе представителя истца, не усматривается, что в рассматриваемый период времени в поведении Ш.А.С. были замечены какие-либо странности. Напротив, свидетель В.И.М, пояснила суду, что, несмотря на боли, Ш.А.С. все помнил и понимал. Свидетель У.Л.М. сослалась лишь на проблемы с памятью у Ш.А.С., указав при этом, что он посещал мероприятия в клубе пожилых людей.

Показания С.Н.Э., данные ею в письменной форме, не могут быть приняты в качестве доказательства, поскольку непосредственно судом она не допрашивалась.

При таких обстоятельствах, в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ, бесспорных и безусловных доказательств того, что при заключении оспариваемого завещания Ш.А.С. не осознавал и не мог руководить своими действиями, истцом не представлено, материалы дела не содержат, в связи с чем порока воли наследодателя не установлено. Несогласие истца с волей наследодателя в отсутствие порока самой воли по предусмотренным ГК РФ основаниям не свидетельствует о недействительности завещания.

Вопреки ошибочным утверждениям стороны истца, перед смертью наследодатель находился на стационарном лечении в ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница № 2» ОССП № 2 по поводу инфекционного, а не психиатрического заболевания.

Тот факт, что состояние здоровья Ш.А.С. за неделю до подписания завещания ухудшилось, сам по себе не может свидетельствовать о том, что Ш.А.С. по общему состоянию своего здоровья не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Каких-либо нарушений правил о письменной форме завещания и его удостоверения допущено не было. Приведенным в статье 1125 ГК РФ требованиям завещание от 22 декабря 2020 года соответствует. Согласно тексту оспариваемого завещания он записан уполномоченным должностным лицом на совершение нотариальных действий со слов Ш.А.С. и до его подписания прочитан им лично в присутствии уполномоченного лица на совершение нотариальных действий. Содержание статьи 1149 ГК РФ Ш.А.С. уполномоченным должностным лицом на совершение нотариальных действий разъяснено.

Доводы жалобы о том, что нотариусом была нарушена тайна составления завещания, являются голословными, поскольку какими-либо объективными данными не подтверждаются, а сам факт прихода Ш.А.С. в нотариальную контору совместно с Лисициной А.Ф. об этом свидетельствовать не может.

Утверждения представителя истца Шмидт В.А.Смолиной Н.И. в суде апелляционной инстанции о несоответствии даты рождения ответчика Лисициной А.Ф., указанной в завещании от 22 декабря 2020 года и в протоколе судебного заседания суда первой инстанции от 27 декабря 2021 года, не свидетельствуют о недействительности завещания, определением судьи от 14 января 2022 года в протокол судебного заседания от 27 декабря 2021 года в части неверного указания даты рождения ответчика внесены исправления.

Иные доводы апелляционной жалобы, повторяя позицию истца в суде первой инстанции, являются несостоятельными. Данные доводы получили должную и мотивированную оценку в решении суда первой инстанции, оснований для иной оценки в суде апелляционной инстанции не усматривается.

С учетом изложенного принятое по делу решение суда первой инстанции следует признать законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции в соответствии с частью 4 статьи 330 ГПК РФ, судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь статьёй 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Центрального районного суда г.Волгограда от 27 декабря 2021 года – оставить без изменения, апелляционную жалобу Шмидт В. А. в лице представителя Смолиной Н. И. – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: