Решение № 2-1140/19 от 29.01.2020 Алексинского городского суда (Тульская область)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Алексинский городской суд Тульской области в составе:

председательствующего Солдатовой М С.,

при помощнике судьи Буачидзе Я. Б.,

с участием

представителя истцов по доверенностям Спиренковой М. Б.,

ответчика Афониной В. М. и ее представителя по ордеру Шевяковой И. Н.,

ответчика нотариуса Алексинского нотариального округа Тульской области Фроловой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в Алексинском городском суде Тульской области гражданское дело № 2-43/2020 по иску Афониной Е.А., Мельниковой М.А. к Афониной В.М., нотариусу Алексинского нотариального округа Тульской области Фроловой О.В. о признании завещания недействительным,

установил:

Афонина Е.А., Мельникова М.А. обратились в суд с иском к Афониной В.М., нотариусу Алексинского нотариального округа &lt,адрес&gt,Фроловой О.В. о признании завещания недействительным.

В обоснование заявленных требований указали, что являются родными дочерьми ФИО1 и ФИО3ДД.ММ.ГГГГФИО1 умер. Поскольку брак между ФИО1 и ФИО3 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ, истцы, как наследники ФИО1 первой очереди по закону, ДД.ММ.ГГГГ обратились к нотариусу Алексинского нотариального округа Тульской области Фроловой О.В. с заявлениями о принятии наследства ФИО1ДД.ММ.ГГГГ данным нотариусом истцам было сообщено, что наследственное дело к имуществу ФИО1 заведено на основании заявления Афониной В.М., как наследника по завещанию, которое не изменено и не отменено на момент смерти ФИО1 Также истцам была предоставлена копия данного завещания, в котором было указано, что ввиду болезни ФИО1 и по его просьбе оно подписано ФИО4

Ссылались на то, что в завещании нотариусом не описана неспособность ФИО1 самостоятельно выполнить подпись на завещании нотариусом, обоснования для привлечения рукоприкладчика нет. Указали на то, что в случае не соответствия лица, подписывающего завещание по просьбе завещателя, требованиям, установленным ч. 2 ст. 1125 ГК РФ, завещание может быть признано недействительным.

Указали, что изначально проживали крепкой дружной семьей с ФИО1, который часто брал их с собой на работу, истцы бывали на месте строительства гаражей, один из которых, как озвучивал ФИО1, он строит для одного истца, а другой- для другого истца. В тот же период ФИО1 возводилась дача. Однако около ДД.ММ.ГГГГ назад ФИО1 ушел из семьи к Афониной В.М., продал один из гаражей, перестал общаться с истцами. Афонина В.М. звонила и истцам и их матери, угрожала им, приходила в состоянии опьянения к ним, устраивала драки. Только в ДД.ММ.ГГГГФИО1 стал общаться с истцами через внуков, забирал внуков на дачу, где они вместе проводили время, оставались с ночевкой. При этом данное общение ФИО1 от Афониной В.М. тщательно скрывал. В ДД.ММ.ГГГГФИО1 перестал звонить и на телефонные звонки не отвечал, затем в ДД.ММ.ГГГГАфонина В.М. сообщила ФИО3, что ФИО1 умер, так как у него были &lt,данные изъяты&gt,. Истцы и их мать приехали на прощание с ФИО1, где Афонина В.М. всем рассказывала о том, что ФИО1 болел и за ним ухаживала она и его сестра ФИО2, с которой Афонина В.М. состоит в дружеских отношениях. Затем истцам стало известно, что Афонина В.М. расторгла брак с ФИО1 для покупки квартиры на свое имя, а затем стала проживать с ним одной семьей без регистрации брака.

Просили признать недействительным завещание ФИО1, составленное ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом Алексинского нотариального округа Тульской области Фроловой О.В., зарегистрированное в реестре за номером .

Истец Афонина Е.А. в судебное заседание не явилась, о его времени и месте извещена своевременно и надлежащим образом. Ранее пояснила, что когда истцы были детьми, ФИО1 озвучивал, что хочет оставить один гараж одному истцу, другой- другому, затем говорил, что внуку ФИО6 желает оставить дачу, об изменении своей воли впоследствии ФИО1 не говорил. Пояснила, что видела, как ФИО1 строил гараж, видела правоустанавливающие документы на строения: дачу и гараж. Пояснила, что когда ФИО1 ушел из семьи, происходили разные конфликты, которые инициировал ФИО1, но заканчивались эти конфликты без физического насилия. После того, как ФИО1 ушел из семьи к Афониной В.М., он обратился в суд с иском о разделе лицевых счетов в квартире, в которой проживал с истцами и ФИО3, поясняя, что у него должна быть отдельная территория. Ее (истца) с ФИО1 отношения стали налаживаться только в ДД.ММ.ГГГГ, когда он стал приходить за квитанциями по оплате ЖКУ. Пояснила, что ФИО1 приходил к ней в квартиру в первых числах каждого месяца, забирал квитанции по оплате ЖКУ. Приходил ФИО1 всегда один и всегда заходил в квартиру. Иногда ФИО1 просто приходил в гости к ее сыну ФИО6, иногда бывал дважды в месяц, также приходил в ДД.ММ.ГГГГ. Когда ФИО1 приходил, то всегда спешил, максимальная продолжительность нахождения его в гостях у истца составила примерно ДД.ММ.ГГГГ. Каждый раз ФИО1 приходил до ДД.ММ.ГГГГ, на какие-либо недомогания или острую боль не жаловался. Единожды, на свой день рождения в ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 пришел вечером к истцу. Передвигался ФИО1 без посторонней помощи, слышал всегда хорошо. В последний раз она его видела в начале ДД.ММ.ГГГГ, слышал он также хорошо ее, узнавал и ее и всех иных лиц, в том числе внука ФИО6 и ФИО3, одет был по погоде. На вопросы о состоянии его здоровья всегда пояснял, что у него все в порядке. О наличии каких-либо заболеваний у ФИО1, помимо &lt,данные изъяты&gt,, ей не было известно вплоть до смерти последнего, поскольку ни он сам, ни кто-либо еще ей не говорил о заболеваниях ФИО1 Когда ФИО1 забирал квитанции, он их не читал и не просматривал. Пояснила, что иногда показывала ФИО1 грамоты его внуков, но он говорил, что не видит, что написано в них, просил прочесть для него их. При себе ФИО1 очков не имел. Пояснила, что она лично ФИО1 не звонила и не приходила к нему, поскольку к ДД.ММ.ГГГГ она с ФИО1 не настолько сблизилась, чтобы поддерживать такое общение, с внуками ФИО1 сблизился больше. При визитах ФИО1 тему его отношений с Афониной В.М. не затрагивали. Пояснила, что у нее (истца) имеется номер телефона сестры ФИО1ФИО5, с которой она периодически созванивается, но номера телефона ФИО1 у нее (истца) нет, адрес его места жительства ей также неизвестен. Объяснила это тем, что когда ФИО1 примерно в ДД.ММ.ГГГГ ушел из семьи, у него с ней (истцом) разорвалась связь и в последнее время он был с ней (истцом) скован, между ними не было такого сближения, близкого общения, которое было между ними ранее, поэтому номер телефона ФИО1 был только у ее (истца) сына- ФИО6. Пояснила, что у ее сестры Мельниковой М.А. также нет номера телефона ФИО1 Также пояснила, что после ДД.ММ.ГГГГФИО1 за квитанциями по оплате ЖКУ не приходил. В ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО1 не пришел к истцам, его внук ФИО6 позвонил ему и спросил, ездит ли ФИО1 на дачу, тот ответил, что пока не ездит. Затем ФИО6 также несколько раз звонил ФИО1, но тот не отвечал на звонки. Сосед ФИО1 по даче также спрашивал у ФИО6, почему нет ФИО1 О смерти ФИО1 ей сообщили ДД.ММ.ГГГГ. В оплате похорон ФИО1 она (истец) не участвовала, была только на прощании с ним, на кладбище она не ездила. Дополнительно пояснила, что у ФИО1 было две сестры- ФИО2 и ФИО5, а также один брат ФИО9, но они между собой никогда не общались, о чем ей (истцу) известно с детства и со слов ФИО5 и ФИО9. ФИО5 жила на &lt,адрес&gt,, вернулась в &lt,адрес&gt, около ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО2 вернулась в &lt,адрес&gt, около ДД.ММ.ГГГГ. Затем пояснила, что ФИО2 общалась с ФИО1, приходила к нему в гости, о чем ей (истцу) известно также со слов ФИО5 Считала, что ФИО1 отдавал отчет своим действиям и руководить ими мог, на обратное в обоснование своей позиции не указывала, ходатайств о назначении по данному вопросу экспертизы не заявляла.

Истец Мельникова М.А. в судебное заседание не явилась, о его времени и месте извещена своевременно и надлежащим образом. Ранее пояснила, что хорошие отношения между ней и ФИО1 были прекращены в конце ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО1 ушел к Афониной В.М., которая звонила и угрожала истцам, а иногда вместе с подругами врывалась в квартиру истцов, но по данному факту в правоохранительные органы истцы не обращались. Отметила, что после ухода ФИО1 из семьи и вплоть до момента, когда ФИО1 стал приходить к истцам, она (истец) чувствовала обиду на него. После ухода ФИО1 из семьи, он закрыл свою комнату в квартире, где ранее жил с истцами, а затем, более двух лет назад, когда отношения между ним и внуком ФИО6 стали дружескими, ФИО1 сам снял замок, предложил ему (внуку ФИО6) жить в этой комнате. Пояснила, что ФИО1 всегда имел ключи от данной квартиры. Пояснила, что не имела номера телефона ФИО1, но его номер был у ее дочери ФИО7, с которой ФИО1 также общался, но не так часто, как с внуком ФИО6. При визитах ФИО1 к ФИО3, Афониной Е.А. и внуку ФИО6, иногда ему (ФИО1) звонила Афонина В.М., но он всегда уходил от ответа на вопрос, где находится. В ДД.ММ.ГГГГ она видела ФИО1 редко, реже, чем ее дочь ФИО7 или истец Афонина Е.А. Ее (истца Мельниковой М.А.) встречи с ФИО1 носили случайный характер, данные встречи намерено она не создавала, материальную помощь ФИО1 она никогда не оказывала. При их случайных встречах, ФИО1 был одет по погоде, всегда ее узнавал. Непосредственно к ней (истцу) ФИО1 приходил домой один раз, точный год или дату истец назвать затруднилась, отметив, что данный визит был не в ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ Истец никогда не видела ФИО1 в очках, но допускает, что он мог читать с использованием очков. Отметила, что ФИО1 слышал хорошо, слуховой аппарат не имел. Пояснила, что поддерживает общение с сестрой ФИО1ФИО5, при встрече общается с сестрой ФИО1ФИО2, а также братом ФИО1ФИО9. Ей известно о том, что ФИО2 общалась с ФИО1 Считала, что ФИО1 отдавал отчет своим действиям и руководить ими мог, на обратное в обоснование своей позиции не указывала, ходатайств о назначении по данному вопросу экспертизы не заявляла.

Представитель истцов по доверенностям Спиренкова М.Б. в судебном заседании исковые требования своих доверителей поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в иске. Полагала, что имеет место нарушение как п. 2, так и п. 3 ст. 1125 ГК РФ. Считала, что был нарушен принцип свободы завещания, предусмотренный ч. 1 ст. 1119 ГК РФ, поскольку нотариус приехала к ФИО1 уже с проектом завещания, составленным с помощью наследника Афониной В.М., и в нем уже было определено наследственное имущество- гараж и земельный участок, ввиду чего наследственное имущество определено не самим наследодателем, не при личной беседе с ним, а за него это осуществлено заранее Афониной В.М. Считала, что нотариусом не предприняты меры, позволившие завещателю изложить свою волю свободно от влияния третьих лиц на ее формирование. Считала, что нарушен принцип тайны завещания, установленный ст. 1123 ГК РФ, так как наследник и сестра завещателя имели постоянный доступ к завещанию до его подписания, с нотариусом производили его корректировку на устранение ошибок. Указала, что привлечение рукоприкладчика должно иметь место в исключительных обстоятельствах и не должно носить формальных характер, ограничиваясь только подписанием завещания, законом при этом установлена соответствующая формулировка для призвания рукоприкладчика: «ввиду тяжелой болезни». В завещании и в удостоверительной надписи нотариуса указываются причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно. При этом рукоприкладчик ФИО4 текст оспариваемого завещания не читала, поверила нотариусу «на слово», что свидетельствует о нарушении порядка подписания завещания. Сославшись на показания свидетеля ФИО8, указала, что данным лицом самостоятельно принято решение вводить ФИО1&lt,данные изъяты&gt,, что свидетельствует о том, что самочувствие ФИО1 не было настолько плохим и, по мнению свидетеля, ФИО1 не нуждался во введении &lt,данные изъяты&gt,. При этом доказательств тому, что ФИО1 заявлял о жалобах на &lt,данные изъяты&gt,, стороной ответчиков не представлено. В медицинских документах отсутствует указание на то, что ФИО1 страдал от болей в правой руке, либо на ограничение подвижности в руках, либо слабость, не позволяющую ему &lt,данные изъяты&gt,, а также на то, что ФИО1 не видел, имел заболевания &lt,данные изъяты&gt,. Полагала, что состояние &lt,данные изъяты&gt,, отразившееся на &lt,данные изъяты&gt,, на которое ссылаются ответчики, а также фактическая &lt,данные изъяты&gt,ФИО1 должны быть описаны врачом при вызове его на дом, однако врача на дом при наступившем ухудшении состояния ФИО1 никто не вызывал. Отметила, что &lt,данные изъяты&gt,, которые могли бы повлиять на функцию глаз или конечностей, в другие органы ФИО1, помимо &lt,данные изъяты&gt,, не наблюдалось &lt,данные изъяты&gt,, то есть &lt,данные изъяты&gt,. Отметила, что показания свидетеля ФИО4 и ответчика нотариуса Фроловой О.В. во многом противоречивы, в том числе в части указания ФИО4 на то, что ФИО1 ручку не брал, тогда как Фролова О.В. пояснила, что ФИО1 брал ручку в руку. Считала, что вероятность присутствия заинтересованного лица Афониной В.М. при беседе нотариуса с ФИО1 очень велика, принимая во внимание объяснения Фроловой О.В. о примерке очков ФИО1 Считала, что в этой связи стороной ответчиков не доказана необходимость привлечения рукоприкладчика. Ссылалась на то, что о заболеваниях ФИО1 ее доверители не знали и узнать могли только от Афониной В.М., которая сообщила истцам о заболеваниях ФИО1 только при оповещении о его смерти. Отметила также, что истцы не признавались недостойными наследниками по отношению к ФИО1 Допускала, что в момент совершения завещания ФИО1 отдавал отчет своим действиям и руководить ими мог, на обратное в обоснование своей позиции не указывала, ходатайств о назначении по данному вопросу экспертизы не заявляла.

Ответчик нотариус Алексинского нотариального округа Тульской области Фролова О.В. в судебном заседании исковые требования не признала. Окончательно сформулировав свою правовую позицию по делу, пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ к ней обратилась Афонина В.М., которая попросила осуществить выезд к больному ФИО1, состояние которого ухудшалось, в тот же день по его просьбе по его месту нахождения по адресу: &lt,адрес&gt, для составления и завещания в ее (Афониной В.М.) пользу. На ее вопросы, Афонина В.М. пояснила, что ФИО1 был выписан из больницы, имеет онкологическое заболевание, ему назначены препараты, в том числе наркотические, но он их не принимает, ФИО1 разговаривает, но, скорее всего, сам не сможет документы прочитать или расписаться. Афонина В.М. также пояснила, что ФИО1 желает завещать ей (Афониной В.М.) все свое имущество, что ФИО1 разведен. При этом ей были предоставлены правоустанавливающие документы на имущество ФИО1, его медицинские документы. Пояснила, что ею (нотариусом) был составлен технический проект завещания на все имущество ФИО1, где бы оно не находилось. По прибытии по вышеуказанному адресу она установила по паспорту личность ФИО1, задала ему ряд вопросов, в том числе, как его зовут, сколько ему лет, где он живет, какое имущество и кому он желает завещать, сможет ли прочитать или подписать завещание, состоит ли он в браке, имеет ли детей, как их зовут и какого они возраста, желает ли он что-либо оставить им. ФИО1 на вопросы отвечал понятно, назвал полностью свои фамилию, имя и отчество, сказал, что у него есть имущество в виде гаража и земельного участка, которые он желает завещать своей бывшей жене Афониной В.М. Адреса этого имущества он сам не называл, подтверждал названные ею (нотариусом) адреса. На ее вопрос, желает ли он завещать Афониной В.М. все имущество, ФИО1 пояснил, что имеет намерение завещать ей только земельный участок и гараж. Также ФИО1 пояснил, что иного имущества у него нет и своим дочерям он ничего оставлять не желает. Указала, что не спрашивала у ФИО1, страдает ли он близорукостью или дальнозоркостью, требуется ли ему какой-либо особый шрифт текста, является ли он правшой или левшой. Она подносила к нему технический проект завещания для попыток его прочтения, но ФИО1 пояснил, что не видит текст, так как он «расплывается». Она также подносила к нему, находящемуся в состоянии полулежа, на высоте примерно 15-20 см. от его тела, заранее подготовленный ею технический проект завещания на все его имущество, оформленный не на бланке завещания, который был помещен на реестр нотариальных действий, чтобы он (ФИО1) попробовал поставить свою подпись, но, взяв слабо пишущую ручку в правую руку, поднеся руку к данному документу, свою подпись он поставить не смог, так как он не мог надавить на ручку, был слаб. ФИО1 сказал, что расписаться не может. Попыток к подписанию ФИО1 документа в ином положении она не предпринимала. Отметила, что данная попытка поставить его подпись была предпринята только для того, чтобы выяснить, может ли ФИО1 поставить свою подпись. После этого она разъяснила ему, что подпись за него может поставить рукоприкладчик, спросила, кто им может выступить. По его просьбе в качестве рукоприкладчика была приглашена его соседка из &lt,адрес&gt, того же дома ФИО4, которая согласилась быть рукоприкладчиком, принесла свой паспорт. Поскольку при беседе с ФИО1 выяснилось, что он желает оставить только часть своего имущества Афониной В.М., она (нотариус) вернулась в нотариальную контору, изменила подготовленный ею ранее проект, указав в нем только имущество, названное ФИО1 Затем она выехала к ФИО1 вновь. Снова был приглашен рукоприкладчик ФИО4, в чьем присутствии она (нотариус) прочла текст завещания, после чего ФИО4 была ознакомлена с содержанием завещания, ей разъяснены положения ст. ст. 1123, 1124 ГК РФ, а ФИО1ст. 1149 ГК РФ. ФИО1 прочесть завещание сам не смог, сказал, что его текст «расплывается». Она вновь предложила ФИО1 подписать завещание, составленное в окончательной форме, примерно в том же положении, что и при попытках подписания проекта этого завещания, но он не мог держать ручку, не мог поднять руку. ФИО1 также озвучил, что он подпись поставить не может. В другой день составить завещание ФИО1 она не предлагала, поскольку он чувствовал слабость. После этого завещание было подписано рукоприкладчиком в двух экземплярах, удостоверено ею (нотариусом). Рукоприкладчик расписалась в реестре совершения нотариальных действий также ввиду болезни завещателя. Один экземпляр завещания был оставлен ФИО1 Затем она (нотариус) возвратилась в нотариальную контору, ей позвонила Афонина В.М., которая сообщила, что в завещании ФИО1 допущена описка в месяце ее (Афониной В.М.) рождения. Она (нотариус) выехала к ФИО1 вновь, уведомила завещателя о наличии технической ошибки, он согласился с исправлением, исправление было зачитано вслух, оговорено в тексте завещания соответствующей оговоркой. Пояснила, что квартира, в которой ею удостоверялось завещание, является однокомнатной, в комнате, где она находилась с завещателем и рукоприкладчиком, имеется дверь, которая закрывалась, поскольку она (нотариус) закрыла ее сама. Затем пояснила, что до первой беседы с ФИО1 на него пытались одеть очки, попытки данные были предприняты Афониной В.М. до беседы, однако затем указала, что не помнит, кто пытался их одеть и присутствовал ли при этом рукоприкладчик. Пояснила, что это было необходимо, чтобы возможно было выяснить, читает ли ФИО1 и сможет ли расписаться. Утверждала, что при проведении бесед с ФИО1Афонина В.М. не присутствовала. Считала, что нарушений каких-либо ею при составлении и удостоверении завещания ФИО1 не допущено, поскольку ею предпринимались меры по установлению воли завещателя, имущества, которое желает завещать ФИО1, круг его наследников. Отметила, что информация о том, что человек желает оставить завещание, могла поступить от любого лица, в том числе и от наследников. Настаивала, что тайна завещания была соблюдена, поскольку при проведении беседы она находилась вдвоем с ФИО1, затем, по его просьбе, был приглашен рукоприкладчик, а после составления и подписания завещания оно было передано ФИО1, ввиду чего его (завещания) последующее нахождение у Афониной В.М. также нарушением не является. Считала, что отсутствие указания точной болезни в завещании не является нарушением требований действующего законодательства.

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
8 (499) 938-53-89 (Москва и МО)
8 (812) 467-95-35 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 302-76-91 (Регионы РФ)

Ответчик Афонина В.М. в судебном заседании исковые требования не признала. Пояснила, что с ФИО1 она была знакома с ДД.ММ.ГГГГ. Семейно-брачные отношения между ними начались с ДД.ММ.ГГГГ, в ДД.ММ.ГГГГ ими был зарегистрирован брак, а в ДД.ММ.ГГГГ этот брак расторгнут, но в дальнейшем отношения между ними были восстановлены, однако без повторной регистрации брака. Ссылалась на то, что ФИО1 первый брак расторг в ДД.ММ.ГГГГ и отношений с прежней семьей не поддерживал, в том числе ввиду того, что его дети и первая супруга его били. В отношении квартиры, в которой ФИО1 проживал с прежней семьей, по иску самого ФИО1 произведен раздел лицевых счетов по решению суда, после вынесения которого ФИО1 закрыл свою комнату в данной квартире на замок и не использовал ее, поскольку находиться в квартире с истцами было невозможно. Пояснила, что ФИО1 приходил в данную квартиру только для того, чтобы забрать квитанции на оплату ЖКУ. Пояснила, что в ДД.ММ.ГГГГФИО1 стал плохо себя чувствовать, но к врачу отказывался обращаться. По ее настоянию ФИО1 был госпитализирован ввиду &lt,данные изъяты&gt,. ДД.ММ.ГГГГ он был выписан из больницы, но ДД.ММ.ГГГГ вновь стал жаловаться на те же боли и госпитализирован до ДД.ММ.ГГГГ в разных медицинских учреждениях. Затем ФИО1 вновь был госпитализирован до ДД.ММ.ГГГГ, наблюдался по тем же симптомам у &lt,данные изъяты&gt,. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГФИО1 также находился на стационарном лечении. Пояснила, что при каждой госпитализации ФИО1 она приезжала к нему каждый день. Поскольку &lt,данные изъяты&gt, сказал, что ФИО1 ввиду сильных болей необходим &lt,данные изъяты&gt,, ДД.ММ.ГГГГ она приехала к врачу ФИО8, которая по ее (Афониной В.М.) просьбе выписала ФИО1&lt,данные изъяты&gt,. ФИО1 же категорически от приема &lt,данные изъяты&gt, отказался, поэтому все &lt,данные изъяты&gt, она сдала обратно в медицинское учреждение. Самостоятельно она (Афонина В.М.) ФИО1 давала только обезболивающие таблетки — &lt,данные изъяты&gt,, уколы ему не делала, за &lt,данные изъяты&gt, также сама не ухаживала, обращалась для этого к соседке ФИО8 Ссылалась на то, что она совместно с ФИО2 осуществляла уход за ФИО1 При выписке из стационара ФИО1 перемещался самостоятельно, но впоследствии ослаб и самостоятельно не перемещался даже по квартире, не мог самостоятельно есть, ввиду чего она (Афонина В.М.) кормила его из ложки, поила из стакана при помощи трубочки, поскольку ФИО1 не мог сам держать стакан. В период после выписки из стационара, в пятницу, дату Афонина В.М. назвать затруднилась, ФИО1 попросил ее привезти нотариуса для составления завещания, но за нотариусом она (Афонина В.М.) поехала лишь во ДД.ММ.ГГГГ. Отметила, что первоначально обращалась к двум разным нотариусам, которые сообщили, что заняты. В этой связи она обратилась к третьему нотариусу –Фроловой О.В., которой сообщила о состоянии ФИО1, о его желании оставить завещание, показала выписки из истории болезни, пояснила, что наркотические препараты он (ФИО1) не принимает, а на вопросы нотариуса пояснила, что ФИО1 не может читать, сообщила о наследниках ФИО1 Нотариус приехала и стала беседовать с ФИО1 в комнате, пока Афонина В.М. находилась в кухне. До начала беседы в данную комнату ею (Афониной В.М.) были помещены все документы на имущество ФИО1 Беседа продолжалась около часа, после чего ФИО1 позвал Афонину В.М. и попросил пригласить соседку ФИО4 Отметила, что с ФИО4 она (Афонина В.М.) поддерживает лишь соседские отношения. ФИО4 также находилась в комнате с нотариусом и ФИО1, куда Афонину В.М. не пустили. После того, как ушла ФИО4 и уехала нотариус Фролова О.В., ФИО1 передал ей (Афониной В.М.) завещание, прочитав которое, она увидела ошибку в своей дате рождения, ввиду чего она обратилась к нотариусу, указав на данную ошибку. Переданное ей ФИО1 завещание она показала ФИО2 Нотариус вновь приехала к ФИО1, пришла ФИО4, у них был паспорт Афониной В.М., ошибка в завещании была исправлена. В день составления завещания ФИО1 давали только &lt,данные изъяты&gt,, иных препаратов ФИО1ДД.ММ.ГГГГ не принимал. Указала, что ФИО1 всех узнавал и разговаривал. Отметила, что со свидетелем ФИО5ФИО1 не общался с ДД.ММ.ГГГГ, после произошедшего между ними конфликта. На похороны ФИО1ФИО5 пригласили только ввиду просьбы об этом ФИО2, поскольку при жизни сам ФИО1 не желал ее (ФИО5) видеть. Ссылалась на то, что она с ФИО1 уже около ДД.ММ.ГГГГ овощи не выращивала, если только в небольшом количестве. Отметила, что одна из дочерей ФИО1 не поехала на кладбище, чтобы проститься с отцом. Пояснила, что ФИО1 использовал очки, без них читать не мог. Приобретались данные очки без обращения в больницу к соответствующему врачу.

Представитель ответчика Афониной В.М. по ордеру адвокат Шевякова И.Н. в судебном заседании полагала заявленные исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению. Отметила, что в последние дни перед смертью ФИО1 сильно ослаб, не мог даже самостоятельно держать ложку, поэтому допускала, что и совершить подпись на документах он не мог. Ссылалась на то, что в момент совершения завещания ФИО1 отдавал отчет своим действиям и руководить ими мог. Указала, что принцип свободы завещания нарушен не был, так как ФИО1, несмотря на свое тяжелое заболевание, воспользовался своим правом, и ввиду тяжелой болезни ФИО1 нотариус выезжала к нему на дом. Нотариус удостоверилась в том, что ФИО1 не может самостоятельно подписать завещание, был приглашен рукоприкладчик. В оспариваемом завещании указано, что рукоприкладчик привлечен ввиду болезни. Сам факт болезни в завещании был отражен. В своих объяснениях нотариус указала, что ей были предоставлены документы, из которых она увидела диагнозы, имевшиеся у ФИО1 на момент составления завещания. В этой связи считала, что обстоятельства, при которых требуется приглашение рукоприкладчика, были проверены. Нотариус предложила ФИО1 поставить подпись самостоятельно, но он не смог. Данные обстоятельства считала подтвержденными показаниями свидетелей, в том числе ФИО4, а также ФИО2, которая, в свою очередь указала, что самостоятельно ФИО1 за несколько дней до своей смерти осуществлять прием пищи или перевернуться уже не мог. Также ФИО8 в своих показаниях отметила, что ФИО1 очень сильно ослаб, за два дня до смерти у него заострились черты лица, что является признаком скорой смерти. При этом ФИО8 работала в учреждениях по оказанию паллиативной помощи и подтвердила, что была знакома с выписным эпикризом ФИО1, ввиду чего знает, что заболевание, которым страдал ФИО1, является тяжелым. Ссылалась на то, что нотариус убедилась в том, что ФИО1 не может самостоятельно прочесть завещание, при этом ФИО1 был в очках и в присутствии рукоприкладчика, ФИО1 объявил нотариусу, что прочесть текст не может, доверяет прочитать завещание вслух ей, что отражено в оспариваемом завещании. Считала, что нотариус выяснила волю завещателя, что подтверждается объяснениями нотариуса Фроловой О.В., которая указала, что Афонина В.М. ей (нотариусу) пояснила, что необходимо составить завещание на все имущество ФИО1, ввиду чего в техническом проекте завещания нотариусом было указано на то, что оно составлено в отношении всего имущества ФИО1, однако по приезду к ФИО1 последний указал, что желает завещать Афониной В.М. не все имущество, а только садовый участок и гараж, данное обстоятельство он подтвердил и в присутствии рукоприкладчика. В этой связи в окончательном тексте завещания было отражено только то имущество, на которое указал ФИО1 Завещание прочитано и подписано рукоприкладчиком после того, как ФИО1 согласился с текстом завещания. Полагала, что тайна завещания также нарушена не была, поскольку и Афонина В.М., и ФИО2 указали, что завещание им передал после его подписания сам ФИО1, воспользовавшийся своим правом распорядиться своим завещанием. Ни ФИО4, ни нотариус Фролова О.В. не сообщали ни в момент составления завещания, ни после его составления текст завещания. Ссылалась на то, что соответствующими методическими рекомендациями не предусмотрено для нотариуса, каким образом следует указывать наличие у завещателя тяжелой болезни, как нотариус должен удостовериться в том, что болезнь является тяжелой. Полагала, что указание нотариусом на привлечение рукоприкладчика в данном случае в формулировке «ввиду болезни», а не «ввиду тяжелой болезни» не является значительным нарушением, поскольку никак на волю завещателя не влияет. Считала необоснованным и опровергнутым показаниями свидетеля ФИО4 довод стороны истцов о формальном участии рукоприкладчика, нарушении порядка его привлечения, поскольку ФИО4 принимала активное участие в удостоверении завещания, прочла его, участвовала в установлении воли завещателя, интересовалась у ФИО1, согласен ли он с ним и он указал на свое согласие, участвовала она и при внесении исправлений в завещание, ФИО1 при этом назвал дату рождения Афониной В.М. Отметила, что предусмотренных ч. 2 ст. 1124 ГК РФ обстоятельств, исключающих участие ФИО4, как рукоприкладчика, при удостоверении оспариваемого завещания, не имеется. Считала, что не введение ФИО1 наркотического обезболивающего препарата ФИО8 является реализацией права самого ФИО1 на выбор принимать данные медикаменты или не принимать. ФИО8 при введении инъекций ФИО1 выясняла его волю и против данной воли не действовала. Относительно довода об отсутствии у ФИО1 заболеваний рук или глаз пояснила, что действительно, медицинских документов об этом, датированных за несколько дней до смерти ФИО1, не имеется, однако полагала, что ввиду ухудшения здоровья ФИО1 последний и попросил пригласить к нему нотариуса. Дополнительно отметила, что у ФИО1 с его детьми- истцами были плохие отношения, которые стали налаживаться в ДД.ММ.ГГГГ, но не до той степени, которая позволила бы оставить ему его имущество своим детям. Отметила, что истцы пояснили, что не имеют номера телефона отца, по своей инициативе не связывались с ФИО1 Несмотря на то, что ежемесячно ФИО1 приходил к истцам за квитанциями по оплате ЖКУ, его исчезновение за ДД.ММ.ГГГГ до его смерти никак не побудило истцов выяснить, что произошло с их отцом.

В соответствии с положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд счел возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения сторон и их представителей, получив показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч.2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1112 Гражданского кодекса РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Наследство, в силу положений ст. 1113 Гражданского кодекса РФ, открывается со смертью гражданина.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО1, что следует из повторного свидетельства о смерти серии от ДД.ММ.ГГГГ.

На момент смерти ФИО1 на его имя было зарегистрировано право собственности на земельный участок площадью 397 кв. м, разрешенное использование- садоводство, категория земель- земли сельскохозяйственного назначения, расположенный по адресу: &lt,адрес&gt,, а также гараж с подвалом площадью 27 кв. м по адресу: &lt,адрес&gt,, что усматривается из свидетельства на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землей от ДД.ММ.ГГГГ, кадастрового паспорта земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, выписки из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ.

В силу положений ст. 1111, ч. 1 ст. 1141, ч. 1 ст. 1142 Гражданского кодекса РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом. Наследники по закону призываются к наследованию в порядке установленной законом очередности, которой к наследникам первой очереди отнесены дети, супруг и родители наследодателя.

Из материалов дела следует, что на момент смерти ФИО1 в браке не состоял, его наследниками первой очереди по закону являются его дети –истцы Мельникова М.А., Афонина Е.А., что подтверждается свидетельствами о рождении от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствами о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ серии , о расторжении брака от ДД.ММ.ГГГГ серии , о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ серии .

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 1118 Гражданского кодекса РФ (в редакции по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ) распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. Завещание может быть совершено только лично гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Согласно п. 5 ст. 1118 Гражданского кодекса РФ (в редакции по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ) завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В силу пункта 1 ст. 1119 Гражданского кодекса РФ (в редакции по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ) завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения.

ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Алексинского нотариального округа Фроловой О.В. удостоверено завещание , оставленное ФИО1, согласно которому последний, находясь в здравом уме и твердой памяти, действуя добровольно, завещал принадлежащие ему на праве собственности вышеуказанные земельный участок и гараж с подвалом Афониной В.М.

В тексте данного завещания указано на разъяснение ФИО1 положений ст. ст. 1149, 1130 Гражданского кодекса РФ.

В силу п. 1-п.3 ст. 1125 Гражданского кодекса РФ (в редакции по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ) нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие).

Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание.

Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем.

Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина.

В пункте 4 указанного завещания отражено, что ввиду болезни ФИО1 по его просьбе текст завещания ему прочитан нотариусом вслух. Ввиду болезни ФИО1 по его личной просьбе в присутствии нотариуса подписалась ФИО4, &lt,данные изъяты&gt,

В том же пункте завещания указано, что ФИО4, подписывая настоящее завещание ввиду болезни ФИО1, сообщает, что содержание ст. ст. 1123, 1124 Гражданского кодекса РФ ей нотариусом разъяснены и понятны.

Далее по тексту следует рукописное указание фамилии, имени и отчества рукоприкладчика и его подпись.

На оборотной стороне завещания также отражено, что содержание завещания соответствует волеизъявлению завещателя, записано с его слов, ввиду того, что завещатель не может по причине болезни лично прочитать завещание, текст оглашен нотариусом для завещателя, личность завещателя установлена, его дееспособность проверена. Также ввиду болезни ФИО1 и по его просьбе завещание подписано ФИО4, личность которой установлена и которая предупреждена о соблюдении требований ст. ст. 1123, 1124 Гражданского кодекса РФ.

Место совершения нотариального действия: &lt,адрес&gt,.

Также данное завещание содержит рукописное исправление месяца рождения Афониной В.М., с рукописным указанием рукоприкладчика зачеркнутое не читать, вписанному верить и подпись рукоприкладчика, а его оборотная сторона- аналогичные данные, указанные нотариусом.

За номером 291 в реестре регистрации нотариальных действий, начатом ДД.ММ.ГГГГ и оконченном ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Фроловой О.В., содержится соответствующая запись о нотариальном действии по удостоверению названного завещания, совершение которого подтверждено рукоприкладчиком ФИО4

Полагая данное завещание составленным и удостоверенным в нарушение требований нормативно-правовых актов, регулирующих порядок такого составления и удостоверения, Мельникова М.А. и Афонина Е.А. обратились в суд с требованиями о признании данного завещания недействительным.

Одним из доводов стороны истцов являлось отсутствие необходимости к привлечению к удостоверению оспариваемого ныне завещания рукоприкладчика.

В соответствии со ст.44 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11.02.1993 № 4462-I содержание нотариально удостоверяемой сделки, а также заявления и иных документов должно быть зачитано вслух участникам. Документы, оформляемые в нотариальном порядке, подписываются в присутствии нотариуса. Если гражданин вследствие физических недостатков, болезни или по каким-либо иным причинам не может лично расписаться, по его поручению, в его присутствии и в присутствии нотариуса сделку, заявление или иной документ может подписать другой гражданин с указанием причин, в силу которых документ не мог быть подписан собственноручно гражданином, обратившимся за совершением нотариального действия.

Согласно ст.54 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11.02.1993 № 4462-I нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта сделки и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона.

В пункте 34 Методических рекомендаций по удостоверению завещаний, принятию нотариусом закрытого завещания, вскрытию и оглашению закрытого завещания, утвержденных решением Правления Федеральной нотариальной палаты (Протокол № 044 от 12.07.2004) (далее- Методические рекомендации) указано, что нотариус обязан выяснить волю завещателя, направленную на определение судьбы имущества завещателя на день его смерти. Воля завещателя может быть выяснена в ходе личной беседы нотариуса и завещателя о действительном и свободном намерении завещателя составить завещание в отношении определенных лиц и определенного имущества. Нотариус принимает меры, позволяющие завещателю изложить волю свободно, без влияния третьих лиц на ее формирование.

Согласно пункту 39 названных Методических рекомендаций при нотариальном удостоверении завещания допускается присутствие помимо завещателя и нотариуса только переводчика, исполнителя завещания, свидетеля, лица, подписывающего завещание вместо завещателя (далее — рукоприкладчика). В обязательном порядке предусматривается присутствие при нотариальном удостоверении завещания рукоприкладчика, если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание. Лицам, присутствующим при удостоверении завещания, нотариус разъясняет их обязанность до открытия наследства хранить тайну завещания, не разглашать сведения, касающиеся содержания завещания, его совершения, изменения или отмены, и право завещателя потребовать компенсацию морального вреда или воспользоваться другими способами защиты гражданских прав в случае нарушения тайны завещания.

В силу пункта 42 Методических рекомендаций подписание завещания вместо завещателя рукоприкладчиком допускается исключительно в случаях, прямо предусмотренных ГК РФ (статья 1125): физические недостатки завещателя, его тяжелая болезнь или неграмотность. Завещание подписывается рукоприкладчиком по просьбе завещателя в его, присутствии и в присутствии нотариуса.

Согласно пункту 45 Методических рекомендаций участие рукоприкладчика в процессе составления и удостоверения завещания не должно носить формальный характер и ограничиваться только подписанием завещания. Рукоприкладчик обязан ознакомиться с текстом завещания, к подписанию которого он привлечен. Если завещатель не может лично ознакомиться с текстом завещания в силу своей неграмотности или физических недостатков, убедиться, что текст завещания верно записан нотариусом, со слов завещателя, и соответствует его воле, должен рукоприкладчик.

При нарушении положений Гражданского кодекса РФ, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание) (п. 1 ст. 1131 Гражданского кодекса РФ).

Не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя (п. 3 ст. 1131 Гражданского кодекса РФ).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 №9 «О судебной практике по делам о наследовании» завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписывающего завещание по просьбе завещателя (абзац второй пункта 3 статьи 1125 ГК РФ), требованиям, установленным пунктом 2 статьи 1124 ГК РФ, присутствия при, составлении, подписании, удостоверении завещания и при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (пункт 2 статьи 1124 ГК РФ), в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя.

Из толкования вышеуказанных норм следует, что тяжелая болезнь, как основание для привлечения рукоприкладчика для подписания завещания, поставлена в один ряд с физическим недостатком и неграмотностью, то есть с такими обстоятельствами, при которых завещатель объективно лишен возможности поставить свою подпись.

По смыслу указанных законоположений в их системной взаимосвязи и с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, составление и удостоверение завещания с участием рукоприкладчика имеет исключительный характер, наличие физических недостатков, тяжелой болезни, неграмотности должно быть очевидным и бесспорным, отсутствие доказательств, безусловно подтверждающих указанные обстоятельства, означает несоблюдение требований о собственноручном подписании завещания, что в свою очередь влечет недействительность завещания, как не соответствующее требованию закона, в частности требования о собственноручном подписании завещания. Данное нарушение требований закона является существенным, поскольку влияет на понимание волеизъявления наследодателя по распоряжению принадлежащим ему имуществом.

Согласно представленной ГУЗ «&lt,данные изъяты&gt,» ДД.ММ.ГГГГ выданной ДД.ММ.ГГГГ справки о смерти на имя ФИО1, причина его смерти- &lt,данные изъяты&gt,.

Суд соглашается с доводами стороны истца о том, что представленная стороной ответчика Афониной В.М. статья «Помощь онкологическим больным при неврологических симптомах» из журнала «Сестринское дело» носит исключительно информационный характер.

Между тем, в выписном эпикризе (номер истории болезни ) на имя ФИО1 указано, что ФИО1 находился на стационарном лечении в &lt,данные изъяты&gt, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозами: &lt,данные изъяты&gt,

ДД.ММ.ГГГГ при выписке состояние ФИО1 зафиксировано как средней тяжести, на фоне улучшения показателей крови нарастал болевой синдром в нижних отделах живота, слабость. Нефростома функционировала хорошо.

ФИО1 рекомендовано диспансерное наблюдение &lt,данные изъяты&gt, поликлиники, препараты &lt,данные изъяты&gt,, назначения &lt,данные изъяты&gt,

В качестве проведенного лечения указаны &lt,данные изъяты&gt,

Согласно медицинской карте стационарного больного ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ он самостоятельно обратился за медицинской помощью.

ДД.ММ.ГГГГФИО1 самостоятельно поставил свою подпись в листе ознакомления с необходимостью соблюдения лечебно-охранительного режима отделения, а также информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство.

При нахождении на лечении у ФИО1 неоднократно (ДД.ММ.ГГГГДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) отмечалась общая слабость, которая периодически нарастала.

В дневнике лечащего врача-уролога от ДД.ММ.ГГГГ также указано на приступы интенсивных болей &lt,данные изъяты&gt,. Указано на то, что, несмотря на жалобы, пациент, находясь в сознании, настаивает на выписке из отделения, от дальнейшего лечения отказывается.

В выписном эпикризе ГУЗ ТО «&lt,данные изъяты&gt,» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ также указано, что ФИО1 за медицинской помощью обращался самостоятельно, его сознание ясное.

Свидетель ФИО8, являющаяся участковым терапевтом с ДД.ММ.ГГГГ на территории проживания ФИО1, дала показания о том, что в середине ДД.ММ.ГГГГ к ней приходила Афонина В.М., которая принесла выписки из историй болезни в отношении ФИО1, а также документы для оформления ему &lt,данные изъяты&gt,. Затем, примерно ДД.ММ.ГГГГ, Афонина В.М. вновь обратилась к свидетелю и пояснила, что у ФИО1 усилились болевые ощущения, в связи с чем необходимо выписать &lt,данные изъяты&gt,. По сведениям выписки из истории болезни ФИО1, свидетель выписала &lt,данные изъяты&gt,. Самостоятельно на дом к ФИО1 свидетель не выезжала и его не осматривала, поскольку такие выезды &lt,данные изъяты&gt, не осуществляются. Пояснила, что диагнозы, указанные в выписном эпикризе ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, на его физическую возможность двигать руками или возможность видеть, а также речь не влияли. Диагноз, указанный в консультации &lt,данные изъяты&gt, от ДД.ММ.ГГГГ, не свидетельствует о полной потере ФИО1 слуха и необходимость использовать слуховой аппарат. В период ДД.ММ.ГГГГ к ней никто за выдачей каких-либо справок о состоянии здоровья ФИО1 не обращался. Указала, что совокупность имевшихся у ФИО1 заболеваний можно назвать тяжелой болезнью, ввиду чего перед смертью ФИО1, ввиду &lt,данные изъяты&gt,, мог находится в ослабленном состоянии, при котором не мог самостоятельно передвигаться и есть, держать ложку.

Свидетель ФИО8 дала показания о том, что работает &lt,данные изъяты&gt, в последние ДД.ММ.ГГГГ ранее работала в &lt,данные изъяты&gt,. Проживает в одном доме с Афониной В.М. Свидетелю известно, что с Афониной В.М. примерно ДД.ММ.ГГГГ проживал ФИО1 Пояснила, что при предоставлении ей выписки и назначения врача она может делать инъекции или иные необходимые манипуляции. В ДД.ММ.ГГГГ, Афонина В.М. просила свидетеля делать ФИО1&lt,данные изъяты&gt,. &lt,данные изъяты&gt,ФИО1 свидетель делала &lt,данные изъяты&gt,: до работы, то есть в ДД.ММ.ГГГГ, после работы, то есть примерно после ДД.ММ.ГГГГ. Перевязки по уходу за &lt,данные изъяты&gt, свидетель делала с момента обращения ФИО1 и до смерти ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ) примерно дважды. Необходимость ухода за &lt,данные изъяты&gt, свидетелем определялась самостоятельно по состоянию повязки, а не со слов Афониной В.М. У &lt,данные изъяты&gt, был мешочек, но его меняла Афонина В.М. самостоятельно, свидетель только промывала &lt,данные изъяты&gt,. Пояснила, что при ненадлежащем уходе за &lt,данные изъяты&gt, может вырасти &lt,данные изъяты&gt,. В назначениях ФИО1 было рекомендовано делать &lt,данные изъяты&gt,. Вначале ФИО1 вводили &lt,данные изъяты&gt,ДД.ММ.ГГГГ, затем, когда он ослаб, боли стали сильнее, свидетель также делала ФИО1&lt,данные изъяты&gt,ДД.ММ.ГГГГ вместе с &lt,данные изъяты&gt,, но эти препараты на сознание ФИО1 не влияли. Свидетель видела, что ФИО1 также были выписаны &lt,данные изъяты&gt,, что при лечении в больнице ФИО1 делали &lt,данные изъяты&gt,, ввиду чего свидетель предложила ФИО1 их вводить, но ФИО1 был категорически против этого, плохо к ним относился. Перед каждым уколом свидетель спрашивала ФИО1, делать ли ему укол. Свидетелю неизвестно, требовались ли ФИО1&lt,данные изъяты&gt, в течение дня, но пару раз, ближе к смерти ФИО1, Афонина В.М. обращалась к свидетелю ночью, чтобы та сделала укол ФИО1 Отметила, что является &lt,данные изъяты&gt,. Когда свидетель приходила к ФИО1, она иногда видела у него его сестру ФИО2, внучку и дочку Афониной В.М. Иных лиц в квартире Афониной В.М. свидетель не видела, о наличии у ФИО1 детей свидетелю неизвестно. ДД.ММ.ГГГГ, примерно в начале ДД.ММ.ГГГГ, свидетель пришла к ФИО1 для того, чтобы сделать укол, но Афонина В.М. сказала, что ФИО1 умер около ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 всегда узнавал свидетеля, когда она приходила, в том числе и ДД.ММ.ГГГГ. Вначале, иногда, когда свидетель приходила, она видела, что ФИО1 был на балконе или на кухне или в иных помещениях квартиры, затем, через ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 только лежал, перестал вставать, Афонина В.М. за ним ухаживала, а за несколько дней до смерти ФИО1 свидетель вместе с Афониной В.М. вместе переворачивала ФИО1 для осуществления ухода за его &lt,данные изъяты&gt,, поскольку ФИО1 сильно &lt,данные изъяты&gt,, сам говорил свидетелю, что не может &lt,данные изъяты&gt,. Также Афониной В.М. в уходе за ФИО1 помогала сестра последнего- ФИО2. В последние несколько дней у ФИО1 заострились черты лица, что является предсмертным признаком. В тот же период Афонина В.М. кормила ФИО1 с ложки и поила его из стакана с трубочкой, который подносила ему сама, ввиду истощения и отравления организма ФИО1 из-за &lt,данные изъяты&gt,. Не помнит, чтобы у ФИО1 были очки или слуховой аппарат, ФИО1 хорошо слышал, при этом общался в основном односложно, большие предложения не составлял. Пояснила, что когда работала в &lt,данные изъяты&gt,, в том числе с &lt,данные изъяты&gt,, видела много больных, как ФИО1, которые осознают происходящее, но постоянно лежат, ввиду чего за ними осуществляют сторонний гигиенический уход, их кормление.

ФИО2, являющаяся родной сестрой ФИО1, дала показания о том, что помогала Афониной В.М. осуществлять уход за ФИО1 с момента его возвращения из больницы и дня его смерти. Пояснила, что с каждым днем ФИО1 чувствовал себя все хуже, не читал, разговаривал, все понимал, был контактным, но плохо слышал, однако слуховым аппаратом не пользовался. Считала, что сам ФИО1 писать не мог, поскольку его руки ослабли и сам он ослаб, отметив, что кормила его Афонина В.М., которой она (свидетель) помогала переместить ФИО1 в ванную комнату для гигиенических процедур.

Оценивая показания данных свидетелей, суд не усматривает оснований для сомнения в них, поскольку они последовательны, непротиворечивы и согласуются друг с другом и с иными доказательствами по делу. Кроме того, ФИО8 и ФИО2 являются очевидцами физического состояния ФИО1 за несколько дней до его смерти, которое, будучи предупрежденными об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 308 УК РФ, они охарактеризовали как крайне ослабленное и не позволяющее ему самостоятельно осуществлять прием пищи, в том числе держать приборы, посуду или самостоятельно себя обслуживать.

Таким образом, приведенными выше установленными судом фактическими обстоятельствами дела подтверждается отсутствие у ФИО1 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ физической возможности поставить свою подпись или написать фамилию, имя отчество.

Предоставление &lt,данные изъяты&gt,ФИО1ДД.ММ.ГГГГ подтверждается рецептом серии от ДД.ММ.ГГГГ, а их возвращение в полном объеме Афониной В.М.ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «&lt,данные изъяты&gt,» — справкой от ДД.ММ.ГГГГ заместителя главного врача данного медицинского учреждения.

По сообщению ГУЗ «&lt,данные изъяты&gt,» от ДД.ММ.ГГГГ, по данным РИСЗ ТО, сведений о вызовах медицинских работников для оказания медицинской помощи ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ не зафиксировано.

По тому же сообщению, к врачу &lt,данные изъяты&gt, за медицинской помощью ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ не обращался.

Согласно представленным ГУЗ «&lt,данные изъяты&gt,» протоколам посещений ФИО1 за и листа для записи уточненных (заключительных) диагнозов на ФИО1, последнему диагнозы, свидетельствующие о полной потере слуха или о полной или частичной потере зрения, не устанавливались.

Лишь ДД.ММ.ГГГГ он жаловался на шум в ушах (субьективный) и ДД.ММ.ГГГГ на снижение слуха и на периодических шум в ушах.

Свидетель ФИО3, которая состояла в браке с ФИО1 до , пояснила, что после ухода к Афониной В.М.ФИО1 стал агрессивно себя вести, но физического насилия по отношении к истцам не допускал. С ФИО1 перестал проживать со свидетелем, до в квартиру к истцам и свидетелю ФИО1 не приходил. В ФИО1 стал приходить в квартиру к свидетелю, чтобы забирать квитанции на оплату ЖКУ и общаться с внуком ФИО6. Самое продолжительное пребывание ФИО1 в данной квартире длилось около ДД.ММ.ГГГГ. Когда ФИО1 приходил в данную квартиру, он общался со всеми, кто в ней живет, не только с ФИО6. Свидетель не отмечала у ФИО1 нарушений памяти, о каких –либо заболеваниях его, помимо &lt,данные изъяты&gt,, ей не известно, равно как и о его нахождении в каких-либо лечебных учреждениях, слухового аппарата у него она не видела, при общении с ним не требовалось говорить громче. Конфликтов никаких не происходило. Отметила, что в данной квартире две комнаты используются Афониной Е.А., ее сыном ФИО6 и свидетелем. В ДД.ММ.ГГГГФИО1 повесил на дверь в свою комнату в данной квартире замок и снял его только в ДД.ММ.ГГГГ, когда предоставил эту комнату в пользование внуку ФИО6. Также указала, что до ДД.ММ.ГГГГФИО1 говорил, что один гараж хочет оставить одной своей дочери, а другой гараж- другой дочери. Данные гаражи и дача были выстроены примерно в конце ДД.ММ.ГГГГ. Но после ДД.ММ.ГГГГ истцы с ФИО1 не виделись до ДД.ММ.ГГГГ, в гости к ФИО1 не ходили. Пояснила, что иногда ФИО1, когда приходил, использовал ее очки, чтобы читать, поскольку читал только с использованием очков. Отметила, что при крупном тексте, например, как в паспорте, прочесть документ она может. Иногда ФИО1 давал денежные средства внукам, детям денежных средств ФИО1 не давал. Пояснила, что ФИО1 общался с ФИО2 В организации похорон ФИО1 ни свидетель, ни истцы участия не принимали, о помощи в такой организации их никто не просил.

ФИО10 в своих показаниях указала, что знакома с истцами ввиду того, что проживает примерно с ДД.ММ.ГГГГ по соседству с ними в &lt,адрес&gt,. Свидетель также знакома с родителями истцов. Указала, что отец истцов ушел из семьи и не проживает с истцами более ДД.ММ.ГГГГ Некоторое время отец истцов к ним не приходил, а затем начал приходить и общаться с ними и с внуками, то есть с детьми истцов. Свидетелю известны данные обстоятельства, так как она неоднократно видела отца истцов у них (истцов), поскольку бывала в это время у них в гостях, либо встречала ФИО1 на лестничной клетке. В последнее время ФИО1 приходил к ним примерно раз в месяц, в том числе за квитанциями на оплату ЖКУ. При встречах со свидетелем ФИО1 передвигался без посторонней помощи, был одет по погоде и всегда узнавал свидетеля, здоровался с ней, при разговоре с ФИО1 не требовалось повышать голос, чтобы он мог слышать. В присутствии свидетеля ФИО1 не читал никогда. Использовал ли ФИО1 очки, свидетелю не известно, при встречах со свидетелем ФИО1 был без очков. Также свидетель видела отца истцов в медблоке, в больнице, но он свидетелю о состоянии его (ФИО1) здоровья не рассказывал. Также свидетель указала на наличие скандалов в семье истцов, их унижение в отношении истцов со стороны ФИО1 и его новой женщины, но имевшие место до того, как истец перестал проживать с семьей истцов, и известные ей со слов истцов и их матери. В период последних более ДД.ММ.ГГГГ конфликтов между данными лицами не было. Затруднившись назвать год, свидетель пояснила, что ФИО1 приходил к истцам на день рождения своего внука ФИО6 с тортом. Также затруднившись назвать дату, свидетель указала, что была в гостях у ФИО3, когда та рассказала, что ФИО1 не приходил в течение ДД.ММ.ГГГГ за квитанциями. Затем стало известно, что ФИО1 умер.

Свидетель ФИО11 дал показания о том, что поддерживает с Афониной Е.А. близкие отношения, ввиду чего знаком с ее сестрой Мельниковой М.А., детьми истцов и их родителями истцов. Пояснил, что в квартире, где проживает Афонина Е.А., некоторое время была закрыта одна комната. Закрыта она была ФИО1 после судебного разбирательства по поводу разделения лицевых счетов на квартиру, а впоследствии была открыта самим ФИО1, который указал на то, чтобы его внук стал пользоваться данной комнатой. Пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ в семье истцов с ФИО1 были конфликтные отношения, поскольку единожды свидетель слышал, как ФИО1 ссорится с ФИО3 по поводу квартиры. Свидетелю, со слов Афониной Е.А., известно о том, что один раз в месяц ФИО1 приходил к ней в квартиру и брал квитанции по оплате ЖКУ. В последний раз свидетель видел ФИО1 примерно в ДД.ММ.ГГГГ, поскольку ездил с ним вместе на дачу за картофелем. Номера телефона ФИО1 у свидетеля не было, ФИО1 звонил ФИО3, которая говорила, где необходимо забрать ФИО1 Свидетелю также известно, что ФИО1 нерегулярно, но помогал семье истцов, давал денежные средства внуку, овощи-истцам. При свидетеле Афонина Е.А.ФИО1 не звонила. При встречах свидетеля с ФИО1 последний хорошо слышал, разговаривал по мобильному телефону, при этом ФИО1 видел, кто ему звонит на телефон, отвечал на звонки и телефон держал правой рукой. При звонках ФИО1 от его супруги, имевших место при свидетеле, ФИО1 уходил от ответа на вопрос, где он (ФИО1) находится. Очки или слуховой аппарат у ФИО1 свидетель не видел. Указал на отсутствие конфликтов между истцами и ФИО1ФИО1 свидетелю о каких-либо недомоганиях не говорил, при встречах свидетель не видел, чтобы ФИО1 плохо себя чувствовал.

Из приведенных выше фактических обстоятельств дела, анализа объяснений сторон, в частности объяснений истца Афониной Е.А., а также показаний свидетелей ФИО3, ФИО11, ФИО10, оснований сомневаться в которых судом, с учетом их последовательности и непротиворечивости друг другу и иным доказательствам по делу, не установлено, следует, что ФИО1 не имел расстройств памяти, хорошо слышал, одет был по погоде, всегда осознавал происходящее, имел проблемы &lt,данные изъяты&gt, при чтении, на момент оставления завещания наркотические препараты не принимал, нарушений дикции не имел, всех узнавал.

Ни одной из сторон суду не было заявлено о нахождении ФИО1 в состоянии, не позволяющем ему осознавать значение своих действий, руководить ими.

В материалах дела отсутствуют доказательства, прямо или косвенно подтверждающие, что ФИО1 в период, относящийся к составлению завещания, и позднее лично без посторонней помощи подписывал какие-либо документы, был способен самостоятельно прочесть текст, выполнить подпись и ее расшифровку.

Изложенное приводит суд к выводу о наличии бесспорных доказательств нахождения ФИО1ДД.ММ.ГГГГ в состоянии, которое объективно лишало его возможности самостоятельно прочитать оспариваемое ныне завещание и собственноручно подписать его, то есть о наличии оснований для призвания рукоприкладчика для подписания завещания вместо завещателя.

Более того, из объяснений участвующих в деле лиц прямо следует, что ФИО1 сам указал лицо, которого желает призвать в качестве рукоприкладчика – ФИО4

ФИО4, проживающая по адресу: &lt,адрес&gt,, будучи допрошенной в качестве свидетеля дала показания о том, что знает Афонину В.М. с ДД.ММ.ГГГГ, когда последняя с ФИО1 переехала в квартиру по соседству. При этом с ФИО1 свидетель была знакома и ранее, поскольку свидетель работала на одном заводе с его (ФИО1) родителями. Детей ФИО1 свидетель никогда не видела, но ей известно, что у него было двое дочерей. Свидетелю известно, что перед смертью ФИО1 заболел, но поскольку последний был скрытным, свидетель не знала о заболевании ФИО1 Показала, что к ней пришла Афонина В.М., попросила зайти к ней домой. В квартире Афониной В.М. был нотариус вместе с ФИО1 в комнате, в которой имеется дверь, Афонина В.М. и сестра ФИО1ФИО2 находились в другой комнате- на кухне. ФИО1 сказал, что приболел, сказал нотариусу, что пришла его соседка ФИО4, свидетелю пояснил, что хочет составить завещание в пользу Афониной В.М., так как она его жена и за ним ухаживала, пояснил, что не может сам подписать завещание. Свидетель затруднилась перечислить вопросы, заданные нотариусом ФИО1, разъяснения которые ей (свидетелю) давала нотариус, но помнит, что ФИО1 проблем с дикцией не имел, отвечал на все поставленные вопросы, пояснил, что хочет завещать Афониной В.М. дачу: садовый участок и гараж, но адреса не называл сам. Свидетель приходила в квартиру к ФИО1 неоднократно. В первый раз имела место беседа с ней, ФИО1 и нотариусом, каких-либо документов свидетель не видела. Нотариус спрашивала у рукоприкладчика, является она грамотной, задавала иные вопросы и давала разъяснения, точное содержание которых она не помнит, но указывает, что, несмотря на данные разъяснения, она (свидетель) от того, чтобы выступить рукоприкладчиком ФИО1, не отказывалась. Затем нотариус уехала, а по ее возвращению свидетеля вновь позвали к ФИО1, где нотариус прочитала составленное завещание, передала его в руки ФИО1, тот взял его, но пояснил, что не может прочитать, так как текст «двоится» и «плывет». ФИО1 был в очках. При этом свидетель описала то же положение ФИО1 и расположение по отношению к нему завещания, что и нотариус Фролова О.В. Свидетель указала, что руки ФИО1 были ослаблены, тряслись. Затем свидетель бегло прочла то же завещание. Текст, прочитанный свидетелем и прочитанный нотариусом, совпадал. Обычно свидетель использует очки при чтении, но ввиду яркого света в квартире ФИО1, она видела текст без очков. После прочтения ею завещания, она его подписала в двух экземплярах и отдала оба экземпляра нотариусу, затем расписалась в книге, переданной ей нотариусом. До этого к ФИО1 нотариус поднесла завещание, поддерживала это завещание, но тот сказал, что не может его подписать, доверяет это своей соседке (свидетелю). Один экземпляр завещания был отдан ФИО1, после чего свидетель ушла из квартиры ФИО1, где оставалось нотариус Фролова О.В. Затем, в тот же день, к свидетелю вновь пришла Афонина В.М., сказала, что в завещании, в ее (Афониной В.М.) дате рождения ошибка. Свидетель пришла вновь к ФИО1, куда также приехал нотариус. Нотариус спросила у ФИО1 дату рождения Афониной В.М. и он (ФИО1) назвал правильную дату рождения последней, ввиду чего в завещание внесли исправления, свидетель вновь его прочитала полностью, нотариус также прочитала это завещание.

По личности ФИО4 доказательств наличия обстоятельств, предусмотренных п. 2 ст. 1124 Гражданского кодекса РФ и исключающих возможность ее призвания в качестве рукоприкладчика ФИО1, суду представлено не было.

Оценивая данные показания, учитывая довод стороны истцов о наличии частичных противоречий между показаниями рукоприкладчика и ответчика Фроловой О.В., суд полагает необходимым исходить из показаний свидетеля ФИО4, сведений о заинтересованности которой в исходе дела не имеется, предупрежденной об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 308 УК РФ, применительно к етм обстоятельствам, очевидцем которых она непосредственно выступала.

Как следует из показаний данного свидетеля, содержания завещания, ее участие при оформлении оспариваемого ныне завещания ФИО1 формальным, вопреки доводам стороны истцов, не являлось, поскольку ей были разъяснены положения действующего законодательства, связанные с ее участием в данной процедуре, с которыми она согласилась, она была очевидцем того, что ФИО1 не может подписать свое завещание или прочесть его содержание, при этом, прочтя его самостоятельно после его прочтения нотариусом, убедилась в том, что содержание завещания, озвученное нотариусом и отраженное в тексте завещания, совпадают и действительно отражают озвученную ФИО1 волю в том объеме, в котором им самим было заявлено в присутствии рукоприкладчика.

Из объяснений участвующих в деле лиц и свидетелей, в частности непосредственного очевидца процедуры составления и удостоверения завещания- рукоприкладчика ФИО4, также следует, что рукоприкладчик передала оба подписанные ею экземпляра данного завещания нотариусу, нотариус оставила один экземпляр завещания ФИО1 и один экземпляр забрала для учета в соответствующий наряд. После того, как ФИО4 и нотариус Фролова О.В. покинули квартиру ФИО1, Афонина В.М. позвонила нотариусу и сообщила об описке, допущенной в завещании в ее (Афониной В.М.) дате рождения. Комната, в которой находились завещатель ФИО1, нотариус Фролова О.В., рукоприкладчик ФИО4 имела дверь, которая была закрыта. Доказательств нахождения в данной комнате иных, помимо перечисленных лиц суду не представлено.

Таким образом, о содержании данного завещания Афониной В.М., ФИО2 стало известно после его составления и удостоверения.

Как пояснила нотариус Фролова О.В., первоначально при обращении Афониной В.М. последняя указала, что ФИО1 желает оставить завещание на ее (Афониной В.М.) имя все его имущество, предоставив правоустанавливающие документы на имущество, между тем, из текста оспариваемого ныне завещания и показаний свидетеля ФИО4 следует, что ФИО1 пожелал оставить на случай своей смерти Афониной В.М. не все, а только часть своего имущества, что также свидетельствует о том, что содержание данного завещания до его составления и при его составлении Афониной В.М. или иным лицам известно не было, стало известно только после его составления и удостоверения по личному желанию ФИО1

Следовательно, предусмотренная ст. 1123 Гражданского кодекса РФ тайна завещания нарушена не была.

Действительно, как указывает сторона истца, сведений о том, что Афонина Е.А. и Мельникова М.А. были признаны недостойными наследниками ФИО1, не представлено.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения данного гражданского дела по существу судом не установлено обстоятельств, достоверно указывающих на возможное формирование иной воли ФИО1, помимо изложенной в оспариваемом ныне завещании.

Так, из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ&lt,данные изъяты&gt, городским судом &lt,данные изъяты&gt, вынесено решение по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО3, Афониной Е.А. об изменении договора найма жилого помещения, заключении отдельного договора найма жилого помещения и разделе задолженности по квартирной плате, которое вступило в законную силу.

Данным решением постановлено изменить договор найма жилого помещения – квартиры по адресу: &lt,адрес&gt,, обязать МУП «Служба заказчика» заключить договор найма жилого помещения с оформлением отдельного лицевого счета – комнаты площадью 8,5 кв. м. в указанной квартире с ФИО1, в удовлетворении иных требований судом отказано.

Судом было установлено, что брак между ФИО1 и ФИО3 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ на основании решения суда от ДД.ММ.ГГГГ. Данные лица вместе с Афониной Е.А., Афониной М.А. (ныне Мельниковой М.А.) проживали совместно в квартире по указанному выше адресу, затем последняя была снята с регистрационного учета по данному адресу.

В содержащихся в данном решении суда объяснениях ФИО1 указано, что до января ДД.ММ.ГГГГ он проживал в вышеуказанной квартире постоянно, а затем стал бывать в ней примерно один раз в неделю. Поскольку после расторжения брака с ФИО3 с ним (ФИО1) не разговаривают и не советуются, он не был уведомлен о том, что его старшая дочь Афонина М.А. была снята с регистрационного учета из данной квартиры.

Из зафиксированных в том же решении объяснений ФИО3 следует, что до ДД.ММ.ГГГГ – до рождения внука ФИО6, ФИО1 бывал в вышеуказанной квартире ежемесячно, а с ДД.ММ.ГГГГ и по день рассмотрения дела судом не был ни разу. Две комнаты, занимаемые ФИО3 и Афониной Е.А. с ФИО6 имеют замки, так как с ФИО1 они не ведут общего хозяйства с момента расторжения брака с ФИО3, поскольку ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения устраивает скандалы.

Наличие конфликтных отношений между истцами и ФИО1 в указанный период времени и вплоть до ДД.ММ.ГГГГ подтверждается как самими истцами, так приведенными выше показаниями допрошенных при рассмотрении данного дела свидетелей в частности, ФИО10, ФИО3, ФИО11

При оценке характера взаимоотношений ФИО1 и истцов и иных фактических обстоятельств, имеющих значение по делу, суд полагает невозможным учитывать показания свидетеля ФИО5, поскольку все сведения о таких обстоятельствах известны данному лицу лишь со слов иных лиц.

Более того, в своих объяснениях сами истцы указывают на то, что после ухода ФИО1 из их семьи к Афониной В.М. связь между ними разорвалась и общение не было столь близким по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ввиду чего ни у одного из истцов не имелось номера телефона ФИО1 для поддержания общения с ним, ни один из истцов не располагал сведениями о месте жительства их отца, не инициировал самостоятельно встреч с ним, данные встречи были случайными или имели место только при его визитах за квитанциями по оплате ЖКУ, являясь непродолжительными и нечастыми.

Также из объяснений истцов в совокупном анализе с иными доказательствами по делу, в частности медицинскими документов на имя ФИО1, следует, что в период с продолжительного, практически непрерывного нахождения ФИО1 на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, при отсутствии его визитов за квитанциями по оплате ЖКУ и его ответа на звонки его внука ФИО6, действий по установлению судьбы своего отца в данный период истцы не предпринимали, равно как не принимали и участия в организации его похорон.

Вместе с тем, несмотря на расторжение брака между ФИО1 и Афониной В.М., они продолжили проживать совместно одной семьей, Афонина В.М. осуществляла уход за ФИО1, следила за его состоянием здоровья, регулярно навещала его при его нахождении на лечении в медицинских учреждениях.

Установленные по делу фактические обстоятельства применительно к приведенным нормативно-правовым актам приводят суд к выводу о том, что предъявляемые к порядку составления завещания и его форме, в том числе к порядку призвания и участия рукоприкладчика, требования ДД.ММ.ГГГГ были соблюдены, завещатель ФИО1 свободно, в отсутствии влияния третьих лиц, выразил свою волю в завещании, тайна завещания нарушена не была, причина, по которой ФИО1 не прочитал данное завещание лично и не подписал его самостоятельно, в оспариваемом завещании приведена: ввиду болезни, отсутствие же указания в данном завещании на то, в чем именно заключается болезнь ФИО1, воспрепятствовавшая подписанию им завещания собственноручно и прочтению его лично, нарушением, влекущем недействительность такого завещания не является, принимая во внимание, что закон прямо не предусматривает указание в завещании конкретного заболевания, по причине которого завещатель не может, в частности, собственноручно подписать завещание, лично его прочесть, что свидетельствует об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцами требований.

Руководствуясь ст. ст. 194 — 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований Афониной Е.А., Мельниковой М.А. к Афониной В.М., нотариусу Алексинского нотариального округа Тульской области Фроловой О.В. о признании завещания недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Алексинский городской суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 31 января 2020 года.

Председательствующий М.С. Солдатова